Чтение онлайн

Незадолго до встречи со своей нынешней женой он окончательно свыкся с мыслью о скромном существовании до конца своих дней. Возможно, причинами, заставившими его связать себя узами брака именно с этой женщиной, были ее терпимость и понимание. Сама Даша, работавшая до декрета воспитательницей в детском саду, никогда много не получала и не стремилась к карьерному росту. Но после наступления беременности запросы жены сильно изменились. Ясное дело – она заботилась о грядущем пополнении в семье, но Николаю от этого было не легче.

Просвет появился как раз незадолго до того, как он стал отцом. Парищеву удалось наладить контакт с бюро переводов «Аметист», разработавшим собственный, более простой аналог системы автоматизированного перевода, работающий онлайн. Вообще вся деятельность фирмы осуществлялась через всемирную паутину. В специальный файлообменник выкладывались заказы, в этой же системе хранились данные о платежах внештатным сотрудникам. Конечно, у них были телефоны и электронная почта, но львиная доля коммуникаций между штатными сотрудниками и фрилансерами, а также все расчеты выполнялись через портал.

Нельзя сказать, что Парищев легко освоил эту систему, но ему это удалось. Новый работодатель обеспечивал большие объемы работы, фактически предлагая ему столько, сколько он в принципе был способен перевести. Постраничная ставка была не очень большой, но при упорном труде ежемесячно выходила вполне неплохая сумма.

И вот несколько недель назад все опять рухнуло. Когда он в очередной раз с утра стал входить в систему, чтобы приступить к работе, вместо кнопки входа в систему высветилась загадочная фраза: «Несчастье – это инструмент, с помощью которого Бог придает нам более совершенную форму». Поначалу Парищев думал, что это вирус – загадочная напасть ЭВМ, с которой сталкиваться ему еще толком не приходилось, но которой он боялся до глубины души. Он испытал огромное облегчение, когда менеджер бюро переводов уверил его, что с проблемой столкнулся не он один, а все пользователи файлообменника. Проблемы с входом в систему возникали и раньше, но всякий раз они оперативно решались сотрудниками бюро. Парищев даже обрадовался, что сможет на легальных основаниях отдохнуть денек.

Но время простоя сильно затянулось. Изо дня в день сотрудники бюро повторяли ему в устной и письменной форме, что отказ в доступе связан с техническими неполадками, и они работают над решением проблемы. Но ситуация не менялась. Более того, он не только потерял возможность переводить заказы, но и не мог получить с внутреннего электронного счета деньги за уже выполненную работу.

Хуже того, когда Парищев начал сотрудничество с новым работодателем и убедился в его эффективности, он порвал связи почти со всеми организациями, от которых прежде с той или иной периодичностью получал заказы на работу. Это было неизбежно. Ведь раньше сотрудничество всегда шло по одной и той же схеме: ему звонили или писали, когда возникала необходимость в его услугах. Стоило пару-тройку раз отказаться от заказа, сославшись на занятость в другом проекте, и его сразу вычеркивали из списка подрядчиков. С другой стороны, с некоторыми контрагентами он разорвал деловые отношения сам и с огромным удовольствием: маленькая ставка и наглые придирчивые менеджеры еще никому не добавляли энтузиазма. И теперь у Николая не оставалось запасных вариантов. Он был в самой настоящей западне.

Схватив свой сотовый-раскладушку, Парищев в очередной раз набрал знакомый московский номер. Ему ответил молодой женский голос. Девушка представилась менеджером переводческих проектов. Кто-то новый – это хорошо. В прошлый раз менеджер-мужчина бросил трубку посреди разговора. Их общение продолжалось около пятнадцати минут, в течение которых девушка произнесла лишь несколько фраз, не добавивших ничего нового к уже знакомой картине серьезного сбоя. Зато Парищев разошелся не на шутку. Он поведал собеседнице во всех подробностях о своем сотрудничестве с ее организацией, о своем бесценном многолетнем опыте работы, детально рассказал о своих финансовых проблемах, начиная с двухтысячных годов, своих трудностях с техникой и, наконец, о своем изменившимся семейном положении. И конечно, львиную долю времени переводчик посвятил рассказу о своих чувствах по поводу создавшейся ситуации и своем мнении о компетентности сотрудников бюро. Он распалялся все больше и больше, переходя на выражения, недостойные лингвиста и явно неподходящие для разговора с дамой. Поймав секундную паузу в его сентенциях, девушка пообещала, что сотрудники бюро сделают все возможное, чтобы как можно скорее решить возникшую проблему, и поспешно повесила трубку.

Вытерев о юбку вспотевшие руки, девушка распечатала из файла документы и понесла их в кабинет директора. С учетом последних событий тот в последнее время предпочитал получать нужную информацию на бумажном носителе. Стук ее каблуков о кафель пола гулко отдавался в пустом коридоре. Сейчас в офисе было совсем мало людей, хотя обычно здесь кипела жизнь. В целях уменьшения расходов большинство сотрудников по настоятельной просьбе руководства написало заявление на неоплачиваемый отпуск, а оставшиеся отвечали на звонки недовольных клиентов и фрилансеров.

– Евгений Анатольевич, экономический отдел направил отчет об убытках, как вы просили, – девушка положила перед директором распечатку.

Бросив взгляд на цифры, тот тяжело вздохнул:

– Какие-нибудь еще проблемы…. помимо очевидных?

– Звонил один из внештатных переводчиков…

– Что, опять Парищев? – Евгений Анатольевич нервно провел рукой по волосам. – Да, уже наслышан о нем. Когда все было хорошо, я почти ничего не знал о нем и результатах его работы. Зато теперь он стал знаменит благодаря своим истерикам!

– Он обещал приехать и лично во всем разобраться. Это звучит как пустая угроза, но я почему-то ему верю.

– Ладно, я разберусь. Как ситуация в целом?

– Переводчики, которые ранее работали в автономных программах, полностью задействованы в выполнении срочных переводов. Все остальное… ждет своего часа.

Едва девушка вышла за дверь, на пороге показался начальник IT-отдела. За последние недели у Евгения Анатольевича выработалась стойкая аллергия на программистов, поэтому церемониться он не собирался:

– Ты мне можешь или нет, наконец, объяснить, в чем проблема и когда она уже будет решена? – вскричал он вместо приветствия. – Только по-русски, пожалуйста, без компьютерного сленга.

– Это определенно вирус. Сначала мы думали на случайную ошибку в коде, но теперь ясно, что это вмешательство извне.

– Да в интернете вирусов пруд пруди, но за три года у нас таких проблем не было! У всех, кто входит в систему, свой логин и пароль, свои полномочия. Полный контроль над системой имеют только два человека: я и ты. Как так вышло, что доступ теперь заблокирован для всех. Кто облажался: я или ты? Отвечай!

– Тут дело не в раскрытии логина и пароля, – начал программист, нервным движением протирая краем футболки линзы очков. Это… как бы объяснить? – проникновение на более глубоком уровне – обрушение. Тут поработал настоящий профессионал – хакер.

– И зачем это кому-то может быть нужно? Я понимаю, когда взламывают сайт Пентагона, правительства или банка. Но зачем кому-то нужны мы?

Евгений Анатольевич вдруг нахмурился:

– С нашими счетами все в порядке?

– Да, до них через файлообменник не добраться. Мы связались с банком на всякий случай и приняли дополнительные меры предосторожности.

– Так кто это может быть? Конкуренты?

– Это весьма вероятно…

– И самое главное: какие выходы из создавшегося положения? Есть какие-то подвижки?

– Нам удавалось два раза войти в систему, меняли пароли, проверяли на вирусы и ошибки. Но через полчаса все начиналось сначала. Кто-то явно делает это умышленно. Должен признать, что борьба с хакерами – не мой профиль. Я предлагаю найти специалиста в этой области.

– Есть кто-то на примете?

– Нет, не совсем… Но есть сайты, где программисты-фрилансеры предлагают свои услуги. Вроде тех, где ищут заказы наши менеджеры, только по IT-тематике. Там и области специализации, и резюме, и портфолио – все есть. Я посмотрел: те, у кого послужной список внушает доверие, просят немало, но я думаю, оно того стоит.