Чтение онлайн

— Что?!

— Если я собираюсь одна пойти в рой, мне нужно как можно больше узнать о положении вещей. Если графиня Надасди чего-то от меня хочет, мне хорошо бы знать, чего именно и могу ли я дать ей это.

Лорд Маккон встал, слегка запаниковав, и сказал именно то, чего категорически не следовало говорить:

— Я запрещаю вам идти туда!

Он понятия не имел, что именно в этой женщине заставляет его отбросить всякие приличия в выборе выражений. Но факт оставался фактом: злополучные слова вырвались наружу.

Мисс Таработти тоже встала, мгновенно разозлившись. Ее грудь взволнованно вздымалась:

— Вы не имеете права!

Оборотень железной хваткой вцепился в ее запястье:

— Да будет вам известно, я — главный сандаунер БРП. Запредельные подпадают под мою юрисдикцию.

— Но мы обладаем той же степенью свободы, что и сверхъестественные, не так ли? И среди прочего — мы полноправные члены общества. Графиня просто пригласила меня посетить ее вечером, и ничего более.

— Алексия! — застонал от досады сверх меры огорченный лорд Маккон.

Мисс Таработти сообразила, что, когда граф называет ее по имени, это свидетельствует об определенной степени его раздражения. Оборотень глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Это не помогло, потому что он стоял слишком близко к Алексии. От вампиров пахнет несвежей кровью и их кровными связями. От его сотоварищей-оборотней — шерстью и влажными ночами. А от обычных людей? Даже после долгих лет, в течение которых он сидел взаперти каждое полнолуние, запретив себе охотиться, люди пахли пищей. Но в запахе Алексии было что-то еще, что-то… не мясное. От нее пахло какой-то теплой и пряной сладостью, как от старомодного итальянского печенья, которое его тело уже не могло переварить, но вкус которого не забылся и оставался все таким же желанным.

Граф склонился к мисс Таработти. Та в свойственной ей манере шлепнула его ладонью:

— Лорд Маккон! Вы забываетесь!

В этом-то все и дело, подумал он, выпустил ее запястье и почувствовал, что опять стал оборотнем: к нему вернулись сила и обостренные чувства, которые он получил после своей частичной смерти многие десятилетия назад.

— Рой не будет вам доверять, мисс Таработти. Вы должны понимать, что они считают вас своим естественным врагом. Вы ведь стараетесь держаться в курсе новейших научных открытий?

Он порылся у себя на столе и достал маленький еженедельный проспект. Передовица была озаглавлена «ТЕОРИЯ ПРОТИВОВЕСОВ ПРИМЕНИТЕЛЬНО К САДОВОДСТВУ». Алексия моргнула, не понимая. Она перевернула проспект и прочла: «Издательство Типокрас-пресс». Это ничем ей не помогло. Конечно же, она знала о теории противовесов. И находила ее постулаты довольно интересными. Алексия сказала:

— Теория противовесов — это научная гипотеза о том, что в природе для каждой силы существует противоположно направленная. Например, для каждого яда естественного происхождения есть противоядие, которое обычно расположено где-то поблизости. Вроде того, что сок крапивных листьев лечит крапивные ожоги. Но какое это имеет отношение ко мне?

— Ну, вампиры считают, что запредельные — это их противовес. Что ваше изначальное назначение — нейтрализовать их.

Пришла очередь мисс Таработти фыркать:

— Какая нелепость!

— У вампиров, дорогая моя, долгая память. Даже дольше, чем у оборотней, потому что мы часто сражаемся с себе подобными и погибаем слишком молодыми. Когда мы, сверхъестественные, скрывались в ночи и охотились на людей, именно ваши запредельные предки охотились на нас. Это был жестокий баланс. Вампиры всегда будут ненавидеть вас, а призраки — бояться. Мы, оборотни, не столь категоричны. Для нас метаморфоза — это отчасти проклятье, из-за которого мы вынуждены ежемесячно запираться на замок, чтобы никому не навредить. Некоторые из нас видят в запредельных лекарство от проклятия полной луны. Ходят истории про оборотней, становившихся покорными домашними животными, которые в качестве платы за прикосновение запредельного охотились на себе подобных, — весь облик лорда Маккона выражал отвращение. — Все это стало яснее с тех пор, как в век Разума возникло понятие соразмерной души и англиканская церковь порвала с Римом. Но современная наука, и в том числе теория противовесов, всколыхнула в вампирах старые воспоминания. Они не зря называли сверхъестественных душесосами. На территории Лондона зарегистрированы лишь вы одна. И вы только что убили вампира.

Вид у мисс Таработти был мрачный.

— Я уже приняла приглашение графини Надасди. Отказаться теперь было бы ребячеством.

— Почему с вами всегда так трудно? — крайне раздраженно поинтересовался лорд Маккон.

Алексия осклабилась и предположила:

— Из-за отсутствия души?

— Скорее, разума, — поправил ее граф.

— Тем не менее, — мисс Таработти встала, — кто-то должен выяснить, что происходит. Если рой знает что-то о мертвом вампире, я намерена понять, что именно. Лорд Акелдама сказал, они хотят понять, что я об этом знаю, потому что они либо знают больше, чем я, либо, наоборот, меньше. Выяснить, как обстоят дела, в моих интересах.

— И снова лорд Акелдама!

— Его совет показался мне разумным, и он находит мое общество умиротворяющим.

Это последнее заявление удивило оборотня.

— Что ж, наверно, кто-то должен считать и так. Но это очень экстравагантно.

Обиженная мисс Таработти подхватила свой парасоль и собралась уходить. Лорд Маккон остановил ее вопросом:

— Почему вас так интересует это дело? И почему вы так желаете в нем участвовать?

— Потому что кое-кто умер, причем от моей руки, — ответила Алексия с хмурым видом. — Вернее, от моего зонтика, — поправилась она.

Лорд Маккон вздохнул. Он допускал, что когда-нибудь, возможно, переспорит эту выдающуюся дамочку, но явно не сегодня.

— Вы прибыли в собственной карете? — спросил он, признавая этим вопросом свое поражение.

— Не беспокойтесь, я найму извозчика.

Граф Вулси весьма решительно потянулся за пальто и шляпой:

— У меня тут карета Вулси и четверка лошадей. Позвольте мне по крайней мере отвезти вас домой.

Мисс Таработти поняла, что для одного-единственного утра лорд Маккон сделал ей предостаточно уступок.

— Если вы настаиваете, милорд, — согласилась она. — Но попрошу вас высадить меня на некотором расстоянии от моего дома. Видите ли, маменька совершенно не осведомлена о моем интересе к этому делу.

— Не говоря уже о том, какой шок она испытает, если увидит вас выходящей из моей кареты без сопровождения. Мы же в любом случае не хотим испортить вам репутацию, не правда ли? — одна мысль об этом явно вызывала у лорда Маккона негодование.

Мисс Таработти подумала, что понимает причину его злости, и рассмеялась:

— Милорд, уж не думаете ли вы, что я пытаюсь вас на себе женить?

— А что такого смешного в подобной идее?

Глаза Алексии искрились весельем.

— Я старая дева и давно не котируюсь на брачном рынке, а вы — жених высшей пробы. Даже подумать странно!

Лорд Маккон вышел за дверь, увлекая за собой Алексию.

— Не пойму, почему вы находите это настолько дьявольски забавным, — пробормотал он себе под нос. — Вы, по крайней мере, ближе ко мне по возрасту, чем большинство тех так называемых бесподобных девиц, которых вечно подсовывают мне светские дамы.