Чтение онлайн

Когда он начинает трахать мой рот в медленном, безжалостном ритме, он опускает голову между моих бедер, его язык набрасывается на мою киску с такой же яростью. Давление приливает к моей голове, когда его толчки становятся сильнее, он врывается внутрь и заставляет меня неоднократно давиться. Я чувствую, как моя теплая кровь медленно стекает по животу из раны, когда он покусывает мой клитор, пока не отстраняется, оставляя меня набухшей и пульсирующей в ожидании облегчения.

Я замечаю, как он тянется к жонглерской булаве рядом с собой и затем поднимает ее. Когда он прижимает ее к моему влажному входу, мои ноги напрягаются, и я пытаюсь заговорить, несмотря на его члена, но он, конечно, не останавливается. Его толчки становятся грубыми, каждый из них - наказывающий удар, заставляющий меня замолчать, когда он ослабляет жонглирование булавой внутри моей скользкой киски. Растяжение интенсивное, восхитительная агония, и он рычит, продвигаясь медленно и глубоко, с каждым разом вдавливая булавку все глубже внутрь меня. Он трахает мое лицо и киску.

— Такие жадные гребаные дырки, — выпаливает он с восхищением, показывая, как сильно он наслаждается своей порочностью.

Слюна, кровь и сперма капают с меня, смешиваясь в скользкое месиво, и его движения становятся дикими. Когда я кончаю вокруг булавы, мое тело сотрясается в конвульсиях, и он замедляется у меня во рту, мой громкий крик вибрирует вокруг его члена, посылая дрожь по его телу.

Он вытаскивает булаву, ощущение оставляет меня ноющей и опустошенной, затем вытаскивает свой член у меня изо рта, каждый его пирсинг пробегает по моему покалывающему языку. Внезапно повернувшись, он разворачивает меня вертикально. Когда я прихожу в себя, я чувствую, как он расстегивает мои ноги, оставляя меня подвешенной за руки. Он встает, его угрожающий взгляд прокладывает жаркую дорожку по моему телу, впитываясь в каждый сантиметр, пока он не нависает надо мной. Он наклоняется, захватывая мой рот своим в диком поцелуе, наши языки борются с жестоким голодом.

Внезапно он хватает меня сзади за бедра, легко поднимает и обхватывает моими ногами свою талию. Не прерывая поцелуя, он погружает свой член в мою мокрую киску, и это ощущение заставляет меня громко застонать ему в губы. Он начинает трахать меня в резком темпе, его сильные мускулистые руки поднимаются над нами, чтобы ухватиться за руль для большего эффекта.

Каждый толчок мощный и глубокий, я шире раздвигаю ноги рядом с ним. Мои сиськи прижимаются к его груди, его теплое дыхание касается моих губ, прерываемое случайными поцелуями. Когда он начинает вбивать меня в дерево, каждый удар приближает меня к краю, заставляя кричать в экстазе.

С последним сильным толчком он кончает в меня, и это ощущение заставляет меня кончить одновременно. Мое тело яростно содрогается, когда мы преодолеваем волны нашей общей кульминации, его член пульсирует глубоко внутри меня.

Я прижимаюсь лбом к его плечу, мое тело обессилено, когда он замедляет темп и останавливается. Он протягивает руку и отпускает каждое мое запястье, путы спадают с тихим звоном.

— Никогда не доверяй мне, когда дело касается того, как я трахаю тебя, но во всем остальном, красотка, я тебя прикрою. — Он бормочет сквозь тяжелое дыхание, прежде чем крепко поцеловать меня в макушку.

Он без усилий поднимает меня выше по своему телу, мои ноги все еще обвиты вокруг его талии, и я цепляюсь за него, пока он ведет меня к выходу. Когда мы выходим из комнаты, он набрасывает толстое одеяло на мое почти обнаженное тело, и я прижимаюсь к нему.

Сегодня вечером состоится цирковое представление, и я готовлюсь в раздевалке рядом с Блаш, мы обе накладываем макияж.

— Значит, маленький проныра просто ушел, ничего не сказав? — она спрашивает об Илае, в ее голосе слышится шок. Я бросаю на нее косой взгляд, мои губы кривятся в кривой улыбке, когда я наклоняюсь вперед, аккуратно подводя морщинки вокруг глаз.

— Совершенно, верно.

— Ты теперь остаешься с Хеллом, да? — допытывается она.

Я откидываюсь на спинку стула, окунаю кисть в краску и обдумываю ее вопрос.

— Да, это так, — признаю я, слова кажутся тяжелее, чем следовало бы.

— И он ведет себя мило?

Я делаю паузу, встречаясь с ней взглядом, и мы обе взрываемся смехом, звук эхом отражается от стен.

— Да, чертовски мило. С тех пор моя киска уже не та, — говорю я сквозь смешок.

Когда смех затихает, я ловлю себя на том, что думаю о Хелле. Несмотря на его безумие, в том, как он относится ко мне, есть странная доброта, и я не могу винить его за то, как он относится ко мне. Он может быть грубым и совершенно неуправляемым, но кажется, что ему не все равно.

— Знаешь, он на самом деле хорошо ко мне относится, — говорю я, опуская глаза. Блаш улыбается, подталкивая меня локтем в плечо.

— Нуар влюблена? — поддразнивает она, ее глаза искрятся озорством.

Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на нее, мое лицо ничего не выражает.

— Я даже не знаю, что такое любовь, — отвечаю я, и на моем языке звучит незнакомое слово.

Она понимающе кивает, переводя взгляд на свое отражение.

— Ну, я слышала, это когда ты чувствуешь то, чего никогда раньше не чувствовал, сильное притяжение, как будто ты знаешь этого человека всю свою жизнь, и все течет между вами без усилий.

Я думаю о ее словах, вздох срывается с моих губ, когда я смотрю вперед. Почему это описание соответствует всему, что я чувствую?

— Кроме того, мысль о том, что ты его потеряешь, разбивает твое сердце на миллион осколков. Это очень важно, — продолжает она, ее голос смягчается.

Я глубоко вдыхаю, наклоняясь ближе к зеркалу, от моего дыхания стекло запотевает.

— Я не так давно его знаю, — бормочу я.

— Ну и что, блядь. Если ты, что-то чувствуешь, значит это так. С этим невозможно бороться, это просто случается. Время ни хрена не значит, — твердо отвечает она.

Внезапно чье-то прикосновение к моему плечу заставляет меня замереть, сердце пропускает удар. Я оборачиваюсь и вижу Мадам и Соула - одного их присутствия достаточно, чтобы заполнить собой все пространство комнаты. Я перевожу взгляд с одного на другого, мое замешательство очевидно, пока Мадам не нарушает молчание.

— Сегодня вечером в представлении небольшое изменение, Нуар, — говорит она спокойным, но твердым тоном. Я в замешательстве хмурю брови, и она продолжает: — Хелла вызвали для чего-то важного, так что его не будет здесь на шоу.

Я резко вдыхаю, ощущая тяжесть ее слов, и роняю кисточку, думая, что мое выступление, возможно, отменят.

— Итак, вместо этого ты будешь выступать с Соулом, — объявляет она, переводя взгляд на него. Я встречаюсь с ним взглядом, его зеленые глаза с искорками встречаются с моими, когда он одаривает меня широкой, озорной улыбкой. Я уже некоторое время нахожусь с Хеллом, но, кажется, я едва вижу Соула или Рафа. Я все еще не уверена, кто из них кто, но уверена, что со временем узнаю.

— Все останется по-прежнему. Соул знает программу, — объясняет она. — Итак, танец на колесе смерти и финальный поцелуй пройдут, как и планировалось.

Когда она поворачивается, чтобы уйти, я резко встаю, в моем голосе слышится паника.

— Хелл не будет против этого? — Спрашиваю я, зная, каким собственником он может быть.

Она поворачивается ко мне лицом, на ее губах играет улыбка.

— Нуар, ты работаешь на меня, — заявляет она, ее авторитет неоспорим.

Я смотрю на Соула, когда он хихикает, его смех глубокий и пугающий.

— Все в порядке, Нуар, я не кусаюсь, — говорит он, внезапно высовывая язык. Он раздвоен, с двумя пирсингами с каждой стороны, и моя голова дергается назад, глаза расширяются от шока.