Бездыханная
Шрифт:
Удар кулаком в живот отбросил ее к двери, незнакомец кинулся к ней, однако в этот момент она свернулась и упала ему под ноги.
Расчет оказался верным. Нападавший грохнулся на пол, но тут же подмял ее под себя.
– Вот и все!
«Вот и все!» – эхом отдалось у нее в мозгу. Сердце бешено колотилось где-то в горле, в ушах стучала кровь, тело прижато весом незнакомца.
– Почему ты вела со мной грязную игру, Энджел? Почему заставила меня чувствовать то, чего я не хотел чувствовать?
Синджун!
– Господи, Синджун! Это я… это… – Но ведь он знал, что это она. Назвал по имени. И все-таки вырывал у нее пистолет, хотя мог просто отпустить. – Это я. В темноте я приняла тебя за другого.
– Хватит играть со мной. Я пришел обезвредить ядовитую змею. Ты никому больше не причинишь вреда.
– Я и так никому не причиняла вреда, – пробормотала она.
– Ты считаешь меня никем? – зло рассмеялся он. – Благодаря Чаку я знаю, кто ты.
– Я тебя не понимаю.
– Ну да, ты просто журналистка, которая хочет написать мою биографию.
– Я просто журналистка, которая влюблена в тебя.
Его рука тут же закрыла ей рот, и Анжелика стала задыхаться. Нет, это кошмарный сон, который исчезнет, когда она проснется.
– Будь ты проклята! Сколько Гарт Либер заплатил тебе за мое убийство? Я уберу руку, если ты обещаешь не кричать… и не лгать… Просто скажи мне, сколько тебе заплатил Гарт Либер за мою голову. Расскажи, кто ты на самом деле и почему тогда не справилась с заданием. Ведь ты могла сделать вторую попытку и столкнуть мою машину. Почему ты должна убить меня здесь, на Хелле? – Он убрал руку. – Говори.
– Как ты мог подумать, что я… Ведь я люблю тебя, Синджун!
– Ради Бога, перестань говорить мне о любви. Иначе я за себя не отвечаю!
У нее хлынули слезы горя и отчаяния.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь. Разве ты не просил Мэри Баррет позвонить мне и передать твой приказ отправляться на яхту? Разве ты не говорил, что я не должна звонить тебе? А потом отключился свет. Это ты все устроил? Что вам от меня надо? – Она почувствовала, что Синджун перестал дышать. – Сейчас придут Бренда и Уиллис. Я позвонила ей, когда телефон еще работал. Я не могла уйти, не попрощавшись.
– Тебе звонила Мэри?
– Да, она сказала…
– Я уже слышал. Она велела тебе идти к яхте? – Дрожащими пальцами он стал гладить ее лицо.
– Да, спрятаться в каюте на корме и ждать, пока заведут двигатели. Она сказала, это будет знаком того, что ты на яхте и мы благополучно уходим от опасности. Только я не знала, где твоя яхта.
– Господи! – пробормотал Синджун. – Я не прикасался к электропроводке. Тут какой-то заговор. А письмо действительно существует?
– Письмо?
– Да, письмо от Гарта Либера, в котором он приказывает тебе убить меня.
– Кто сказал тебе о письме?
– Чак, а ему Лорейн. – Он еще крепче обнял ее. – Но ведь такого письма нет?
– Есть, – прошептала Анжелика. – Только оно не от Гарта, и в нем ни слова о том, чтобы убить тебя. Это письмо от моей матери, в котором говорится о Мэри и ее отношениях с тобой.
– Мэри и я? Почему твоя мать вдруг написала обо мне и моей сотруднице? Ведь я не знаком с твоей матерью.
– Да, – кивнула Анжелика. – Зато с ней знакома Мэри. Хочешь увидеть письмо? На кухне должны быть свечи.
Синджун повел ее на кухню, нашел в ящике свечи и коробок спичек. Когда разгорелось неяркое пламя, она увидела на его лице царапины.
– Кажется, я поранила тебя.
– А я чуть не переломал тебе кости, – грустно усмехнулся он. – Как ты себя чувствуешь?
– Нормально.
Она достала из-под подкладки истертое письмо матери, вынула два листа и протянула Синджуну.
Разгладив страницы, он начал читать, и Анжелика зажгла вторую свечу, чтобы стало светлее.
– Твоя мать покончила жизнь самоубийством?
– Да.
– Это о ней ты говорила тогда, в моем кабинете?
– Да.
– Это ее друг бесконечно врал, что не может жениться на ней из-за несуществующей больной жены?
– Да.
– Ясно. Но кто та хитрая стерва, о которой тут написано?
– Неужели ты не понял? Мэри Баррет.
– А как зовут друга?
– Гарт Либер.
– Час от часу не легче, – простонал Синджун. – На переговорах ты притворилась, что не знакома с ним, он тебе подыграл.
– Я виновата лишь в одном. Я составила о тебе совершенно неправильное представление и приехала на остров, чтобы найти способ разоблачить тебя перед всем миром. Я не собиралась писать твою биографию. Я осудила тебя и вынесла обвинительный приговор. Это было ужасной ошибкой.
– Неудивительно, что Лорейн положила письмо обратно. А где остальные листы?
Будь что будет. Анжелика молча протянула ему вторую половину. Синджун читал, а она следила за выражением его лица.
– Мэри пришла к моей матери и сказала, что Гарту она больше не нужна, поскольку слишком для него стара. И тогда мама… Она не могла поступить иначе.
– Я все понял, – тихо ответил Синджун. – Прости меня, Энджел.
Он обнял ее за талию. И она не смела шевельнуться, боясь спугнуть счастье, только ноги дрожали от пережитого напряжения.
– Я хотела помочь Гарту ради мамы. Ведь он мой отец. Я ненавижу его. Когда мама сообщила ему о своей беременности, он устроил ее свадьбу с Ларри Голденом. Человек, которого я считала отцом, просто взял меня на воспитание, если можно так выразиться, потому что боялся потерять работу в компании Либера. Тот фактически купил себе замену: мужа для мамы и отца для меня.
– Но почему ты решила, что в этом замешана Мэри? Любовницей Гарта была Лорейн. Должно быть, именно она приходила к твоей матери и врала ей по поводу намерений Гарта. Скорее всего он вообще не имел отношения к ее вранью. Лорейн сделала это по собственной инициативе. Так сказать, из любви к искусству.
– Но Лорейн говорила, что вы с Чаком… оба ее любовники!
– Потому что ей очень этого хотелось. Она всегда путает реальность с фантазией, выдает желаемое за действительное.
– Почему же Мэри звонила мне и велела идти на яхту?
– Наверное, по той же причине, по какой она уговорила Чака послать на яхту и меня.
– Ничего не понимаю.
– Разумеется. Ведь не ты работаешь на Гарта Либера, а Мэри. Теперь мне все ясно. Сначала она фальсифицировала данные, чтобы заставить меня подписать хотя бы промежуточное соглашение с Либером, а потом… Давай отложим разговор. Пока нам следует подумать о спасении. Идем!