Чтение онлайн

— О чем вы говорите? Откуда вы вытряхиваетесь? Где вы?

— Слушайте, короткие штанишки, меня зовут Эмми Малон, и я друг Kappa. — Она хрипло засмеялась. — Достаточно близкий друг, чтобы напоследок приподнять его.

— В каком смысле «ему хуже»? Что с ним?

— Ничего такого, о чем вы бы хотели услышать. Но он теперь абсолютная развалина. Ох, черт, ведь ваш муженек — врач. Просто передайте ему, что я сказала Скажите, что ему лучше бы приехать сюда, пока . — Внезапно послышался звук, как будто кого-то волокли по полу. Потом Бетс услышала, как кто-то визгливо ругается, и в трубке возник другой голос — дребезжащий и злой.

— Не смей говорить ничего своему дерьму! — И трубку повесили.

— Я в самом деле слышала, как звонит телефон? — спросила Джинкс, входя в комнату.

Бетс медленно повернулась к ней, трубка все еще была зажата в ее руке.

— О! Ты сняла трубку?! Бетс положила трубку, лицо ее окаменело от шока.

— Снова мисс Эмми? Она может быть весьма грубой. — Джинкс отвела Бетс к дивану. — Что она сказала — если отбросить грубости, я имею в виду.

— Она сказала, что Карру хуже и что она сегодня уезжает — вытряхивается, как она это назвала. Вытряхивается откуда куда?

— Она живет с Карром.

— Здесь — в Хэрроугейте? — Бетс от удивления взвизгнула. — Так вот откуда ты знала, что Карр здесь, хотя его и не видно! Эта женщина звонит тебе!

— Что еще она сказала?

— Что Кифу лучше бы приехать, потому что Карру нужна помощь. О, какие ужасные, отвратительные люди! Я не хочу, чтобы Киф приезжал сюда.

Джинкс согласно кивнула, лицо ее побледнело, губы сжались от гнева.

— Потом послышались звуки борьбы, и я услышала, как они кричат и проклинают друг друга. А потом этот человек — наверное, твой брат — подошел к телефону и сказал, чтоб я ничего не говорила Кифу.

— Они не имеют права переносить свои сражения в мои дом! — Голос Джинкс дрожал. — Башенное крыло — мое. Таков был договор. Он не тронет нас до тех пор, пока мы будем оставаться в своих комнатах и не будем попадаться ему на глаза.

— Ты хочешь сказать, что это он держит тебя взаперти в башне? — Голос Бетс зазвенел. — Почему, зачем ему это?! Зачем ему это надо? И почему ты вообще согласилась на это чудовищное условие?

— О, Бетс, мне так жаль, что ты оказалась втянутой во все это.

— Я же теперь член вашей семьи, я — часть ее. И, наверное, нам следует позвать шерифа, вот что я думаю. Мне показалось, что там происходит что-то ужасное. Страшно подумать, но, по-моему, он ударил ее.

— Я думаю, что он все время ее бьет. Теперь Бетс была уже по-настоящему шокирована.

— А Киф знает об этом?

— Как-то он был здесь вечером, но не знаю, как много слышал.

— А когда это было? Когда Киф был здесь?

— Несколько лет назад, когда еще учился в Гарварде. Мисс Эмми живет здесь уже давно.

«Ничего удивительного, что Киф так не любит рассказывать о своей семье, — подумала Бетс. — Бедный, он стыдится ее!» Как-нибудь она расскажет ему о пирате, который есть в ее генеалогическом древе.

— Ну, — оживленно сказала она, — если мы не будем звать шерифа, то, наверное, нам придется послать сюда Кифа, чтобы он посмотрел, что у них творится.

— О, пожалуйста, не надо. Не посылай Кифа в этот кавардак.

— Но если твои брат оскорбляет ту женщину.

— Бетс, они все время дерутся. В этом нет ничего нового. Не подвергай Кифа… прошу тебя, не говори ему ничего.

По дороге домой Бетс все думала, должна ли она сказать мужу о том, что происходит в Хэрроугейте. Джинкс просила ее не говорить об этом, но та женщина Эмми… может быть, ей нужна помощь. Или Карру. Кто знает, на что способна подобная женщина? В конце концов, ведь он член их семьи. Так должна она говорить об этом Кифу или нет?

Потом Бетс стала раздумывать о странном поведении мужа в последнее время. Что, если он наткнулся в тот день, когда ездил на кладбище, на Карра или на его женщину?

К тому времени как Киф пришел в тот вечер из больницы, Бетс уже была убеждена, что его злой юмор и внезапный интерес к конспектам как-то связаны с его ужасным братом. Если б только она могла узнать, что так беспокоит Кифа, это помогло бы ей решить, говорить ему или нет о телефонном звонке, Сразу после ужина тетя Пэйшиенс извинилась и пошла спать.

— Я что-то немного устала сегодня, — сказала она.

— Может, я могу помочь? — спросила Бетс, идя за ней к лестнице.

— Спасибо, дорогая, но мне просто надо выспаться.

— Спокойной ночи, тетя Пэйшиенс. — Киф устроился в кресле с пачкой толстых книг.

«О Боже, — подумала Бетс. — Я совсем не умею интриговать. С чего начать?»

— Киф…

— М-м-м-м.

— Прошу тебя, закрой книгу. Я хочу поговорить с тобой.

— М-м-м.

— Это важно!

— М-м-м.

— То, о чем я хочу поговорить, связано с тем, что случилось с тобой в прошлый понедельник.

— Это мило.

— Киф Хэрроу! — крикнула она. — Не смей затыкать мне рот!

— Что? — Он посмотрел на нее поверх книги. — Бетс, что ты там кричишь?

— Я хочу сказать тебе что-то важное, а ты не слушаешь меня. Он вздохнул.

— Ну, теперь я слушаю.

— Это о Карре.

Голубые глаза его расширились.

— Откуда ты знаешь о Карре?

— Потому что со мной сегодня кое-что случилось.

Он встал с кресла и подошел к ней, лицо его горело тревогой и внезапной злостью.

— Ты видела его? О, дорогая, он не… о Господи! (Он подумал, что она видела Карра!) — Что с ним? — быстро спросила она, не отрицая того, что видела его.

— О, бедняжка, я… я…

— Ты перестанешь бормотать и скажешь мне наконец, что с ним?

— Он всегда был… но теперь, наверное…

— Киф!

— Хорошо, хорошо. — Он наклонил голову, не в силах смотреть на нее.

— У Карра… сифилис. Я уверен, что в конечной стадии.

— О Боже правый.

— Обещай мне, что больше не поедешь туда.

— А мы можем подхватить его? Или Эли с Джинкс?

— Нет, дорогая. Даже если б мы жили с ним, Карр теперь не заразен. Я просто не хочу, чтобы ты подвергалась его… о, Бетс, что ты делала там?