Безликая женщина
Шрифт:
Конечно, они были сестрами. Он должен был понять, как только увидел красавицу, привязанную к дереву. Женщины их рода всегда были скованы чем-то: Эльва своей красотой, Айслинг — своей магией. И его влекло к ним как мотылька к огню.
— Бран? — Эльва нарушила молчание. — Ты не можешь тут оставаться.
— Я останусь с ней.
— Этот остров не для мужчин.
— Но мы звали это место домом раньше. Я останусь с ней.
Она скривила губы и окинула его взглядом.
— Если это жалкая попытка завоевать меня, то дам тебе знать…
— Стой, — Бран поднял ладонь и медленно сжал ее в кулак. — Не сейчас. Мы поговорим позже. Прошло много времени. Но сейчас меня беспокоит только ее состояние. Бери ее, куда нужно, но я пойду следом.
Эльва прищурилась, отвела взгляд от вороньего глаза, глядящего на Айслинг.
— Ты изменился, Бран. Не знаю, стал лучше или хуже.
— Еще узнаем.
Он не спорил с ней. Он изменился. Влиянию Айслинг было сложно противостоять. Она заставляла видеть мир так, как его видела она. И ее нежные прикосновения и смелость стерли острые края его гнева.
Благие фейри видели в нем зверя. Неблагие видели в нем смесь человека и зверя без опасности. Айслинг видела в нем мужчину, и она первой приблизилась к тому, чтобы признать, что у него была душа.
— Она истекает кровью, — тихо сказал он. — Нужно помочь ей.
— Ты удержишься на ногах, если пойдешь за мной?
Вряд ли, но он расправил плечи и кивнул.
Они пошли по каменному берегу, обходя трещины с водорослями. Он чуть не поскользнулся пару раз, но удержался на ногах. Когда они добрались до вершины небольшого холма, море пропало. Перед ними раскинулась изумрудная трава, будто одеяло, расстеленное для божества.
Крепость торчала из земли вдали. Она соответствовала имени, будучи из черного камня. Крепость теней была домом самых сильных женщин Другого мира. Короли молили их о поддержке, о тренировках, но лишь один смог уговорить женщин преклонить колено.
И это плохо для него кончилось.
Он выдохнул и следовал за Эльвой, идущей по тропе к дому великой леди Скатах.
Бран ярко помнил истории о ней. Как она сама одолела армию. Как она поднялась из земли взрослой женщиной с сильными руками, острым мечом и душой, просящей мести.
Ее боялись в Другом мире, но не из-за злости. Она воплощала месть.
Темные стены выпирали из земли и нависали над ними. Эльва прошла мимо, лучницы направляли на них луки, но не выстрелили.
Женщины выглядывали из палаток вокруг крепости. Все они тренировались, чтобы быть опасными, как Скатах. Многие преуспеют и отправятся захватывать свои королевства, убивать тех, кто обидел их, учить мужей и сыновей истинному искусству войны.
Он ощущал себя мелким рядом с ними. Бран не был маленьким. Он был высоким, хотя и худым, в отличие от его родни. Но эти женщины были сильны во всем. Мышцы напряглись на их шеях, они скрестили руки и свысока смотрели на него.
Броня звякнула, ветер трепал их кольчуги. Даже дома они были готовы к бою.
Курица пробежала мимо, удивительно тихая, словно бежала от скрытой силы. Это было странно. Бран скрипнул зубами и надеялся, что странный фамильяр Айслинг не покажется. Им не хватало еще, чтобы черный кот перешел дорогу.
Двери распахнулись, и сама Скатах вышла из крепости и направилась к ним. Она была огромной, волосы пылали как огонь, и каждое ее движение ужасало ростом и силой. Мышцы двигались, броня скрипела, но именно буря в ее взгляде заставила перья Брана встать дыбом на его руке.
— Спокойно, Неблагой, — крикнула она. — У меня нет энергии на тебя. Несите девочку.
Эльва побежала к госпоже и отдала сестру в протянутые руки.
— Она сильно ранена.
— Проклята?
— Много раз, — ответил Бран. — Чары погрузили ее в сон. Это замедляет яд.
— Тогда чары не бесполезны, — Скатах прижалась ухом к губам Айслинг, а потом выпрямилась. — Жить будет.
Воительница развернулась и пошла к крепости. Бран шагнул за ней, но ладонь Эльвы вонзилась в его грудь.
— Мужчины не входят в Крепость теней.
— Это не считается?
— Ты не в здании, а во дворе. Не путай слова, Бран, и оставь ноги на земле.
Тяжелые двери закрылись за Скатах. Гул отозвался эхом в его голове, но он мог ощущать лишь расстояние между собой и ведьмой, которая умудрилась пробраться в его сердце.
Взгляд Эльвы пылал.
— Ты сам не свой, — отметила она. — Идем. Я дам тебе поесть и, может, мы замедлим эффект от проклятия связи.
— Я думал, ты сказала мне стоять на месте, — он был не против, хотя его это удивляло, но часть его хотела смотреть на двери, пока они не откроются снова.
Могла ли Скатах ее спасти? Или он обрек их обоих?
Эльва толкнула его вперед.
— Идем. Хватит глазеть как влюбленный щенок. Я всегда ненавидела, когда ты это делал.
— Я смотрю не на тебя.
— Нет, ты смотришь на мою сестру, и это даже хуже.
Она была права. Он не мог представить, что она думала. Со всей их историей…
Бран выругался. Он ничего не вспоминал, попав сюда. Точнее, со встречи с Айслинг. Как он мог забыть разбитые помолвки, детские мечты и обещания, звучавшие шепотом в ночи?
Он был таким дураком.
Он склонил голову и пошел за ней сквозь толпу женщин, стоящих и глядящих на него, словно он был конфетой. Эльва несколько раз отталкивала их плечом, другим улыбалась, пока вела его в свою палатку.
Эльва указала на маленький ковер перед ее домом, и Бран сел без вопросов. Он стучал пальцами по коленям. Он поглядывал на крепость через каждые пару ударов сердца. Он доверял Скатах — она была способна на больше, чем он знал — но тревога терзала его все равно.
— Она исцелится, — сказала Эльва. Она сняла меч со спины и мягко опустила его на землю. — Рана не смертельна.
— Мне станет лучше, когда она уже не будет забирать жизнь из меня, — он потер метку под рубашкой.
— Придется подождать. Расскажи, что случилось, Бран. Все.
Он неспешно объяснял. Между ними была история. Эльва была его первой любовью, первым расставанием и всем между. Она заслуживала знать все детали.
Она слушала внимательно, пока точила клинок, отложив его, когда он заговорил о мертвом боге и герцогине. Порой она спрашивала, но в основном позволяла ему говорить.