Чтение онлайн

Скука какая-то, ваще лажа, идут себе как бараны и чо?!

Чё ты гонишь, упырь, сам бы там оказался, потом бы звездел, эксперт нашёлся

Слышь, ты, выкидыш валкианский, третий глаз протри, нелюдь поганая

Расстояние — триста

Красный код

Ща пойдёт жара!

Свалка жила своей жизнью. Мы шли к щитнику, ведомые фальками, прятавшимися в низких тучах, едва не цеплявших самые высокие мусорные пирамиды. Ветер мотал туда-сюда клубки живой проволоки-костяники, жадно брызгающей синими разрядами в сторону огромных жуков, мокриц и тараканов.

Буро-багрово-красная пыль лихо крутилась смерчами из-за постоянного ветра и липла к потёкам, кое-где весьма смахивающим на свежепролитую кровищу. Хотя, конечно, это могло оказаться просто оставшееся масло, текущее из любой техники, отправленной умирать ржавой смертью.

Крысы, пластавшиеся между остовами харвестеров, огромными винтами проходных щитов, острыми рёбрами отработавших «стрекоз» и бочками унитопа, универсального топлива, эти крысы размером не уступали обычным собаками, а псы, замеченные пару раз визором прицела, смахивали не меньше, чем на подростков-мишек. Природа не терпит насмешек и настоящие эндемики Свалки-55, какие-то жалкие вараны, грызуны и сухопутные осьминоги давно переварились агрессорами, пусть и попавшими сюда совершенно невольно.

Самого опасного зверья — имеющего интеллект и умение драться не только конечностями с клыками, пока не встретилось. Но я не переживал, по всем признакам — встречу нам всё же устроят. И это правильно, нас сюда никто не звал, а если сунулись, то тут безы оставляют за собой выбор о применении чего-то, серьёзнее автопушек на пилонах пташек.

Головы смотрели на нас грустно и мудро. Грустно, потому как имевшиеся останки лиц давно истрепались песком и не веселили. А мудро из-за совершенно пустых глазниц, явственно показывающих тщетность бытия и судьбу, возможно ожидавшую на в будущем. В очень недалёком будущем.

Бошки с черепушками торчали повсюду, уже не привлекая внимания и являясь самой обычной частью окружающего. Белые, жёлтые, кремовые, ссохшиеся и относительно свежие, усаженные мясными мухами и блестевшие гладко очищенными костями, они торчали на арматуре, огрызках труб, кое-где вбитых кольях, а одна болталась на цепи, подвешенная на задранную стрелу буксирного крана.

Двести

Фальк передал совсем ясную картинку и, думаю, Сэм с мальчуганами больше не желала обижаться на нас, пакостников-перестраховщиков. Мы шли и зверь, явно забравшийся в дневную лёжку, уже чуял нас. И не сказать, что такое радовало.

Я не люблю охоту. Как по мне — не особо честное дело, когда прёшь на зверюгу с хорошим самопалом да добрыми патрончиками. То ли дело предки, хаживавшие с рогатиной и ножом, верно? Хотя, конечно, щитник…

— Бью! — Алгол выстрелил первым, явно забыв о самой цели нашей эксы на Свалку. Жахнул одиночным и…

Я криво усмехнулся, видя картинку с фалька. Толку-то, дурень?

Щитник скрипнул пластинами, отступая. Пуля взвизгнула, срикошетив, брызнула крошка кое-как отбитого края чешуйки. Хищная шишка о шести лапах и пастище нехотя отступала, но мне ей почему-то совершенно не верилось.

— Мой! — крякнула Сэм, картинно вскинув штуцер и застыв в позе.

Да стреляй ты уже, дурилка, уйдёт — знай ищи потом по Свалке. И так-то повезло, можно сказать.

Люблю свой винтарь за надёжность, вес и все его калибры. Но, сдаётся мне, положить зверюгу из моего винта вышло бы только крупным и вряд ли тем, что просто бронебойный. Судя по нормально работающей лапе, вроде как подбитой Губой, щитник на обычные пули внимания не обращает. Остаётся только чего позажигательнее или взрывнее, а с таким БП трофей точно не вышел бы.

Оружейник Саманты свои денежки получал совершенно не зря. Щитник просто взял и упал, даже чуть раньше хлёсткого выстрела изящного и очень дорогого оружия, так картинно смотрящего в небо стволом. Сэм, тряхнув капюшоном, явно мечтала также мотнуть своей жиденькой гривой. Да-да, ты альфа, милая Сэм, как здорово вышло, сафари случилось быстрое. Какой молодец Харри, умудрившийся втёмную развести туристиков и выгнать на нас эту поганую тварью. Небось, Сокольница постаралась, её птички с самого начала крутили петли вокруг.

— Что за хрень? — Девять, наклонившись, рассматривала помершую шишку с клыками. — У него маяк, что ли?

— Маяк?! — взвизгнул Губа. — Вы нам, сволочи, домашнюю зверюгу подогнали? Решили вокруг члена накрутить, а? Да вы знаете, что вам будет за обман?! Вы…

— В круг! — рявкнул Себ. — Семь — три, Девять — восемь, Ал — пять…

— Одиннадцать! — это дружок Алгола, всем видом показавший своё участие с пониманием. А мне вдруг стало не по себе. Если Себ настроился повоевать, а на зверюге есть маяк, то животина нам точно кем-то подкинута. И этот кто-то не кэп Харри и такое огорчительно.

Ничо се они попали!

Сотку на Девять!

Полтос на кнехтов на две минуты

Сотка — сдохнут за одну

Тридцатка — Семь…

Вот спасибо

…помрёт с кнехтами

Чтоб тебе пусто было, паскуда гадская, жопа с ушами, перхоть лобковая. Я и за минуту?!

Помехи?!

А-режим

Чо за ху…

Красная точка вместо значка онлайн. Ну… Ладно, хоть всего этого дерьма от любителей жареного не будет. Жуть, как раздражают, если честно. Почему не будет, уверен ли? Да точно вам говорю, тут всё просто.

Аварийка, отстрелить крышку, утопить патрон до хруста, и…

Система работает в штатном режиме

Связь недоступна

Аммоблок –100%

Ганблок — 100%

Медблок — 100%

Себ — есть, Девять — есть, Ал — есть…

Все есть, нет только Соколицы. Вообще нет, ни в локалке, ни просто где-то рядом. Как так?! Да ещё и…

Нас вырубили наглухо, сети нет, простейшие частоты тоже не пашут. Облачность не просто низкая, пухло-рыхлая серость ворочается прямо над головой, степенно поливая Свалку полуливнем. Пускай — не пускай сигналку, а толку ноль, пташки их не заметят. Соколица пропала и её фальки тоже, да и толку, когда нас накрыли РЭБ. Себ прав, не запуская своего, он последняя надежда.