Чтение онлайн

— Вызови Драко еще раз, — прошептала она Стефану, который моментально нажал пальцем на наручные часы. Самим здесь не справиться.

Она пыталась быть сильной и показать парню, что они смогут выжить. Или убьют Безликого, или доставят в Министерство.

Ей самой хотелось верить в это, однако паническое состояние передавалось и ей. Девушка сама уже дрожала, еле держа палочку в руках.

Вначале послышались шаги, и Гермиона еще раз прижала палец к губам, чтобы парень даже не пытался что-то сказать. Замерев, она даже на пару секунд прикрыла веки. А потом увидела чье-то каменное лицо, карие глаза, которые остановились на ней. На нее смотрел Безликий, появившийся из окна. И ей показалось, что она умерла от страха, который кипятком ошпарил ее.

========== Глава 8(//) ==========

Комментарий к Глава 8(//)

Дорогие читатели, удачного погружения.

Поздравляю вас с прошедшим Рождеством, если празднуете.

Давайте послушаем сегодня: The Neighbourhood – “Baby Came Home/Valentine”,

Until The Ribbon Breaks – “One Way Or Another”,

Coldplay – “The Scientist”.

Он никогда не понимал людей, которые могут радоваться красивому закату. Или, к примеру, улыбаться, видя, какие красивые облака плывут над головой по голубому небу. Он в такие моменты всегда задавал мысленный вопрос самому себе: «Сумасшедшие?». И каждый раз соглашался с этой мыслью, продолжая смотреть на восхищенные лица людей, увидевших красивые ели, которые выстраивались в целый лес.

А, может, они просто были счастливы. Он не знал, что это. Ведь он счастлив не был.

Конечно, где-то в глубине своего сознания парень помнил, что это такое — счастье. Но оно было слишком далеко, чтобы прочувствовать его вновь. Драко и правда забыл, что это — улыбаться чему-то хорошему, делать что-то хорошее для того, чтобы вызвать улыбку у другого.

Иногда он вспоминал, что в детстве он был счастлив. То ли это была первая летающая метла в его жизни, то ли поцелуй мамы в щеку, то ли гордость отца за него. Это могло быть все, что угодно, потому что именно тогда Драко понимал смысл в жизни, когда был таким маленьким. А сейчас, кажется, вовсе его утерял.

— Так что ты говорил? — переспросил Люциус. Мужчина, одетый в строгий костюм, внимательно посмотрел на сына.

— Я уже повторял тебе это несколько раз, — он напрягся, смотря на спокойного отца.

Спокойствие отца — его страх. Он не кричал — он наказывал своим молчанием. Он не бил – он буквально убивал пронизывающими глазами. И все это было страхом детства Драко – лучше бы кричал, бил. Но не молчал.

— Значит, повтори еще раз! — холодно ответил Люциус, сурово оглянув сына сверху вниз. Он намазал немного масла на хлеб, откусывая маленький кусок. — Почему не ешь?

— Я не голоден, — Драко нахмурил брови, оторвав взгляд от безразличного лица отца. По правде говоря, дом, в котором он сейчас сидел, давно перестал иметь таковое название.

Ему всегда казалось, что дом – это место, куда хочется возвращаться. Там, где тебя ждут, любят. Где есть тепло и уют. Драко с горечью окинул взглядом большую мрачную комнату, где веяло холодом.

Тепло? Уют? Его создать могла только мама, но этого было слишком мало, чтобы хотеть вернуться в это место.

— Что ж, — Люциус испустил смешок, продолжая смотреть на собственного сына, — может быть, ты расскажешь, как дела обстоят в Министерстве? — он медленно помазал тост каким-то вареньем, делая вид заботливого отца.

Драко, безусловно, любил его. И Люциус, безусловно, любил его. Но эта самая любовь не была связана ни с нежными чувствами, ни с лаской, ни с простой заботой, которая должна была быть между ребенком и отцом.

В детстве Драко стремился получить все это от человека, которым восхищался, уважал. Не получил. Да и стремиться перестал, когда вырос.

Он всегда знал, что Люциус – хороший отец, но в первую очередь он рассматривал его, как наследника, как аристократа, а не собственного сына. Обучал его правилам поведения, рассказывал про морали, объяснял, что такое «слои общества». А Драко всего-навсего хотелось услышать, как ухаживать за девочкой или как подраться с каким-нибудь мальчиком. Потому что он был всего лишь ребенком.

— Погибают авроры по неизвестным причинам, — ответил он, наблюдая за тем, как огонь трескается в камине. И даже он был каким-то холодным, отталкивающим.

— Кому дали это дело? — Люциус выгнул бровь, выпивая из кубка немного напитка.

— Анатолию.

— Почему не тебе? — равнодушно поинтересовался отец.

— Я ищу убийцу. Ты забыл?

— Просто уточнил.

И они замолчали. А знаете, что хотелось сейчас Драко? Чтобы отец обнял его, они посмеялись и да, мать вашу, обсудили то, как он живет с Грейнджер. Просто банально обсудили, как он живет с Грейнджер.

И это все, чего он хотел. Этого, а не сидеть в собственном доме с отцом, как на приеме у королевы. И то, там бы его встретили теплее.

— Пожалуй, я пойду, — он приподнялся со стула, отодвинув тот в сторону. Отец кивнул, придвинув ему небольшую светлую коробку.

— Что это? – Драко покрутил коробку в руках, посмотрев на Люциуса.

— Нарцисса передала.

***

Он отворил дверь, попутно снимая с себя пальто. Зажег свет, быстрым взглядом окинув дом: внутри не было никого, хотя уже стоял поздний вечер. Драко раньше не замечал за Гермионой поздних прогулок.

Потрепав Фиби за ухом, он уселся на диван, решив посмотреть, что было в коробке. Она была бережно упакована в красивую бумагу – сразу видно, что делала мама. Собака, виляя хвостом, внимательно наблюдала за тем, как хозяин выуживает оттуда небольшого размера кораблик. На нем корявыми буквами было написано «Маме от Драко».

Он усмехнулся, покрутив подарок в руках. Парень сделал его примерно в пять лет, подарив матери на День рождения. Самостоятельно построив кораблик, который хоть и был кривым, делался с любовью, подписал его.

— Да, Фиби, были времена, когда я делал что-то своими руками, — он усмехнулся, отложив кораблик на кровать. Собака с радостью стала нюхать его, видя незнакомый предмет.

А были времена, когда он был призрачно счастлив. Даже смешно.

Мама любила делать такое — возвращать ему что-то, что Драко подарил родителям или просто сделал в детстве. То ли она хотела таким образом показать, что он еще до сих пор ребенок для нее, то ли думала, что освежит ему память маленькими напоминаниями.

Как бы ему сейчас хотелось иметь то самое счастье, которое он не берег. Кто мог знать, через что потом придется пройти Драко?

***

Она судорожно выдохнула, не отрывая глаз от лица убийцы. Он скрывался в комнате с мерцающим светом, смотря на нее. И ей казалось, что она сгорает на этом самом месте, превращаясь в пепел. Ей хотелось закричать о помощи, но она не смогла бы даже вздохнуть глотка свежего воздуха.

Она не могла дышать. Не могла двигаться. Страх, который был далек от нее пятью минутами ранее, вдруг со всей силой врезался в грудь девушки. Настолько стремительно и больно, что Гермиона даже почувствовала это – и показалось, что умрет от страха.