Безликий
Шрифт:
кабинете, включив автономное проветривание помещения. Эта жара к добру не
приведет!
– Простите, но это и правда, важно! – испуганно протараторил один из советчиков, сминая края мягкого планшета.
Я сижу развалившись, полуголый, злобно наблюдю исподлобья за кучкой «элиты»
нашего города. Торен, сидящий справа, дал мне железный эспандер, чтобы хоть как-то
занять руки. Махнув, я дал сигнал, что готов слушать.
– Питер Стивенсон вернулся!
Я сразу понял, о ком речь! Парень, что поехал узнавать причину нашего нынешнего
дефицита питьевой воды. И судя по перепуганным глазам советника, хороших вестей
нам не слышать!
– Что с ним? – спросил я, немного подавшись вперед.
– Он в порядке. Немного обезвожен, но жить будет! – парень обвел глазами зал и снова
посмотрел на меня. – Мы не получим больше воды.
– Что?! – спросил Тор.
Желудок скрутило: так я и знал!
– Русло ручья сместили, чтобы поставлять воду на запад. Больше мы не получим ни
капли!
– В Глобал! – просто сухо озвучил я мысли паренька. Он кивнул и сильно сжал челюсть.
– Дерьмо! – я закинул обе руки в волосы, облокотившись на стол. И тяжело вздохнул. Это
уже перебор! Я стал слишком медленным. Джек и вся эта прогнившая власть Глобала
действует быстрее меня! Безжалостнее! Не сдержался и стукнул по столу кулаком, так
что ощутил хруст стекла под рукой. В натянутой тишине было слышно, как пошла
трещина по компьютерному прозрачному столу. Стекло сверкнуло и погасло.
– Лето… - прохрипел Тор, останавливая меня взглядом.
– Может, если мы попросим, то они… - начал было говорить кто-то из толпы.
– С ума, что ли посходили? – Я подскочил с места, закипая. – Телеграмму, мать его, пошлите им!.. Вас всех тут же запрячут за решетку за сотни ваших преступлений, которые, между прочим, я прикрываю и разруливаю!
– Тогда, может, нам стоит найти другое место для жительства?
– Валите! Валите все! – я начал расхаживать по залу, едва сдерживаясь, чтобы не казнить, как в средневековье, вестника плохой новости. Сжав челюсть, я уставился на своих
людей безумным взглядом. Улавливая все их перепуганные и встревоженные взоры. Полным презрения голосом я продолжил: – Живите, как псы бездомные! Бродячие твари, что готовы мать родную продать за кусок хлеба или таблетку! Я так жить не собираюсь!
Не для такой хреновой участи я рисковал своей задницей всю сознательную жизнь!.. И, по-моему, вы тоже!
Я замолчал, обводя взглядом зал.
– Эти твари в Глобале, – я вскинул руку в сторону города греха, – боятся меня хуже ада!
И не зря! Я возьму свое!.. И если вы не струсите, если пойдете за мной до конца!… То
тоже вернете свое! Кто со мной?
Все как один следом за Тором и Рико прокричали победный клич! Я свирепею внутри, но
огонек надежды в глазах моих людей дает мне понять, что ничто не потеряно! И я буду
не я, если не оправдаю надежды этих людей!
Сирена.. это все из-за нее. Из-за нее я стал слабым. Из-за нее я стал медленным и
уязвимым. Даже на задании, когда она отвлекала крупного босса, хозяина вечеринки, она
не помогала мне, она мешала! Я волновался за нее! И поэтому, когда я взламывал код
замка на сейфе, не учел одной пометки, из-за чего лазерная ловушка резанула мое лицо. Хорошо, что мгновенная реакция сделала свое дело, и я вообще остался с головой на
плечах! А горячий лазер, разрезая кожу, запаял края раны, и кровь не потекла. Не
хватало еще оставлять капли крови в доме врага! И облегчать работу копам. Я тяжело вздохнул, стоя под струями холодной воды в душе. И тут же закрыл кран. Вот
жизнь! Даже помыться по-человечески не получается! Зачем тогда миллиарды на счету, зачем драгоценности, картины, слитки золота и платины, если они не дают счастья? Не
дают простой воды? Я опустил голову, уткнувшись лбом в стену. По волосам стекают
последние капли. И что больше всего меня бесит, – я знаю, что Сирена всему помеха,но
все равно не хочу ее отпускать! У нас нет будущего. Я вор, преступник! А мои амбиции
и желание отомстить слишком укоренились в сознании, чтобы променять их на нее. Кто
знает, что меня ждет завтра? Может, мне повезет, и я добьюсь справедливости! А может, меня схватят, и я исчезну, оставшись легендой для детей из трущоб? Сирена не должна
так страдать, не должна так жить! Не должна видеть моей мести! И ощущать ее на себе. Я должен ее бросить. Но как? Я настолько хренов эгоист, что готов заставить ее страдать
завтра! Лишь бы сегодня, еще на мгновение, побыть с ней, побыть в ней… Слышать ее
звонкий голос, ее смех, видеть огонь, желание в этих прекрасных глазах цвета самого
дорогого обсидиана! И сразу же напрягся, когда я вспомнил о ней, о розовых губках на
моем стволе. Малейшее упоминание о ней делает меня твердым! Я улыбнулся сам себе, как дурак. Эта девочка меня околдовала!
Я вышел из душа и собрался проехаться на мотоцикле, когда увидел ее. Она стоит
вдалеке, скрестив руки на аккуратной груди, и сурово смотрит на меня. Пульс участился. Что-то не так! Я приблизился к ней, ожидая нападения. И не ошибся!
– Детка?
Она протянула мне свои руки ладонями кверху. И опустила на них взгляд. Я тоже
посмотрел вниз. И тут же ощутил злость и отвращение к самому себе! Ее бледная, светлая кожа отражает наш чертов эксперимент с кровью! Как я такое позволил, как
согласился на такое? На сгибах локтей у нее остались отвратительные синие следы от
уколов! От того, как из ее маленького тела брали кровь, чтобы добыть информацию!
Секреты врага… для меня! Для моих планов! Я зарычал, желая придушить Рико, который говорил мне, что не навредит ей! Чем я теперь лучше Джека? И тут меня
осенило! Она все знает!
– Прости меня, малышка, – прошептал я и сделал шаг к ней, но она отошла. Внутри чтото оборвалось. – Я собирался тебе сказать!
– Когда? – она вскинула брови. – Когда высосал бы из меня всю кровь до последней
капли?
– Нет! Такого не произошло бы!
– Я тебе верила… - она замотала головой.
Сердце сдавили тиски боли.
– И верь мне дальше, – взмолился я.
Она выпустила нервный смешок, и на глазах у нее заблестели слезы.