Безликий
Шрифт:
Джек сделает дальше. Он гладит мою шею, волосы, щеки. А я по-прежнему смотрю на
ладони. Видимо, это спровоцировало его почти до боли сжать мою шею. Я подняла глаза
на его эрегированный член. Его заводят мои мучения, моя боль. Большим пальцем он
тянет мой подбородок вниз, открывая рот, и опускает мою голову к члену в своей руке. Сопротивляться не имеет смысла, нельзя… нет права.
Я закрыла глаза, чувствуя его вялую эрекцию на губах, и то, как она начинает
расти с каждым толчком. Пальцы Джека усилили давление на шее, и я захрипела, когда
он начал душить меня. И даже едва дыша, я чувствую едкий запах его дорогого
парфюма: терпкие ноты перца, смешанные с геранью. Режет глаза. Мне не первый раз приходится терпеть такое. Но такой силы в его пальцах раньше
я не ощущала. По щекам покатились слезы. Я опустила руки на колени, и они
заскользили кровью по телу. И, чтобы не слушать гадких стонов хозяина, я начала снова
повторять свою мантру.
*
*
*
Мне сегодня нечему радоваться. Вчера полночи я просидела в ванной, вытаскивая
осколки из тела. Даже не знаю, все ли я извлекла, но кожа еще горит. В руках оказалось
их намного меньше, чем в коленях. Я не приняла таблетку от боли, потому что не хочу, что бы что-то помогало мне забыть, за что я ненавижу Джека и родителей, которые меня
ему продали. И даже не вспоминают, получая ежемесячно свои деньги. Я должна
перенести эту боль, она помогает мне выжить. Все свои мысли я снова записала в
дневник. Он знает обо всем, как и Мери. От нее будет трудно скрыть последствия этой
ночи.
– Леди? Вы сегодня рано! – удивился моему появлению охранник, отпирая замок
гримерки. Я кивнула головой, пытаясь улыбнуться.
– Мери еще не пришла?
– Нет, но она должна прийти, – он посмотрел на часы, - с минуты на минуту!
– Спасибо, Боб!
Он улыбнулся и открыл мне дверь, пропуская внутрь. Цветы! Новые цветы уже ждут
меня! Я быстро захлопнула дверь и направилась к столу с очаровательным букетом
красных цветов. Пышные, удивительные и как всегда, неизвестные для меня растения. Я
улыбнулась, – это приятно. Тот бармен делает мне приятно. Но зачем ему это? Разве он
не понимает, что его могут убить за такое?
В цветах блеснула золотая карточка: «Увидимся! Твой С.»
– О, Сирена, привет. Хорошо, что ты здесь! – в комнату ворвалась запыхавшаяся Мери.
– Привет. Что случилось?
Она прошла и села на наш любимый бежевый диван. Выглядит она как всегда, прекрасно, в джинсах в облипочку и серой майке, вот только взгляд испуган.
– Никто с именем Соломон в этом клубе не работает! – отдышавшись, сказала подруга, вытирая
ладони
об
колени.
Я затаила дыхание, но уже не удивилась, ведь бармен вчера тоже это твердил.
– Ясно.
– Даже похожего по описанию парня здесь нет! Ты понимаешь, Сирена! Я говорила тебе, что это опасно!
Она перевела взгляд на цветы, потом на карточку у меня в руке и быстро ее выхватила. Я
не стала ее отнимать.
– Ты не пойдешь к нему, я не пущу тебя!
– Да я и не собиралась!-спокойно ответила я, подходя к открытому окну, чтобы
подышать.
– Стой!
Я замерла, но она уже заметила!
– Что у тебя с руками, и почему ты в брюках? Ты же их не носишь!
Я набрала полные легкие воздуха и закрыла глаза, слушая шум города. Потом я рассказала Мери о вчерашнем вечере, стараясь не вспоминать все детали. Она усадила меня в кресло перед зеркалом и, достав аптечку, начала протирать мои
ладони и колени. В ее глазах я увидела слезы, но она молчала. Сама я уже не плачу, нет
смысла, я просто существую, чтобы моим родителям продолжали платить за меня. На
руках раны затянутся быстрее благодаря мази, так нужно для работы. Ведь ладони сестра
обработала, как мать своему ребенку, и мне дорого ее отношение!
Бабуля готовила меня к жизни. Она всегда говорила: наступит день, и солнце
взойдет, и мрак рассеется! И еще она говорила, что мне под силу все на свете…И я буду
держаться, пока ей нужны деньги Джека на лечение. А потом, может, сбегу со своими
книгами… и от этой мысли мне почему-то захотелось улыбаться. И вовсе не стоит сейчас
вспоминать о том, что он меня все равно найдет, из-под земли достанет, лишь бы меня
помучить. Еще раз унизить и показать, что я принадлежу ему, а не себе!
– Знаешь, дорогая, – Мери поднялась и начала делась из моих непослушных волос
прекрасные локоны.
– А? – спросила я, посмотрев на нее.
– Я все равно верю, что в один прекрасный день появится твой принц и украдет тебя из
лап этого монстра! – она улыбнулась мне в зеркало и посмотрела в окно.
– Увезет тебя
далеко-далеко! Научит любить и покажет, какой может быть настоящая жизнь, когда
рядом верный и любящий человек!
У меня по щеке пробежала одинокая слеза. Не от того что я поверила ее словам, а от того
что она так волновалась за меня.
– Мери, я не верю в сказки! Но все равно, спасибо!
Она сжала мне плечо и, улыбаясь сквозь слезы, пошла искать нужный тон крема, чтобы
спрятать кровоподтеки на моей шее – следы пальцев Джека .
Когда она начала подбирать мне наряд, я посмотрела на цветы. Все эти дни Соло
приносил мне цветы после выступления, но почему сейчас они уже здесь, я ведь еще не
выходила в зал?
– Найди мне красное платье!
– Что?
– Красное, хочу наряд в тон цветов!
– Ох, чую я, это добром не кончится!
– Сегодня Он принес их раньше. Быть может, хочет, чтобы я оделась в красное?
– Милая, если ты ему нравишься, то он явно хочет тебя без одежды!
– Ты что!? Я девушка несвободная!
И мы обе рассмеялись. Я надела красное платье-русалочку в пол и перчатки в тон.