Безлюдье. Эвакуация
Шрифт:
– Внимание, – еле слышно пробормотал Михаил, в горле резко пересохло, в висках застучало. Большой пёс тут же оскалил зубы и зарычал ещё сильнее. Мужчине стало неимоверно жутко, он боялся их не как собак таковых, а скорее, как представителей неведомого ужаса. Но Михаил знал, что сможет преодолеть страх, не впервой! Бойкич резким движением схватил оружие и щелчком снял его с предохранителя. Все-таки армия – штука полезная, некоторые движения заучиваются до автоматизма, и тело даже спустя столько лет их само вспоминает.
Псы стремительно бросились вперёд, в один миг они проскочили пространство между ними и людьми, но человек уже яростно жал на спусковой крючок автомата. Короткими, правильными очередями стрелять, конечно, же, не получилось, страх и ярость заставляли жать и жать, до самого последнего патрона! Первая же длинная очередь смела обеих собак в их порывистом движении, ведь он стрелял фактически в упор. Оставшиеся в магазине пули разворотили уже лежащие на полу тела животных, вырывая из них клочья мяса и шерсти. В помещении кисло запахло порохом и ещё чем-то очень вонючим. Неожиданно стрельба прекратилась. Михаил заполошно дёрнул затвор АК-74, но потом осознал, что это просто кончились патроны. Рядом стоял ошеломлённый и бледный до посинения Юра, в руках он держал монтажку, выхваченную им из рюкзака.
– Фу, я чуть не обосрался! Такие злобные псины! Хотя подожди, нет, не обделался. Они ведь реально нас сожрать хотели. Ты видел пасть у первой зверюги! Я чуть не оглох. Бля!
Юра чего-то тараторил, а руки ходили ходуном, во в человека адреналина сейчас влилось! Михаила и самого немного начало потряхивать, давно он не переживал подобного накала стресс.
– Писец полный, что это за хрень такая! Твоё оружие где, твою мать?
– Так, это… – Юра растерянно показал на вахтёрский стол, где совершенно спокойно себе лежал его «Вепрь». От автомата Ипатьев младший отказался, ведь в армии он стрелял только из карабина, да и то перед присягой.
– Вот именно это! Б..ять, расслабились мы и чуть не поплатились. Все! Теперь всегда только с оружием ходим, и всегда прикрываем друг друга, понял Юрка?
– Ага. Ну, нах! Надо же такому. И откуда эти таври, только взялись? – Юра уже немного отошёл от шока, схватил оружие в руки, и осторожно подошёл к убитым собакам, держа карабин перед собой.
В это время с улицы послышались тяжёлые шаги и в вестибюль ввалились Рыбаковы. Впереди отец с Калашниковым наперевес, за ним Иван, держащий в руках помповик. Они сразу же вляпались в лужу крови, уже натёкшую от убитых псин и от неожиданности отпрянули в сторону. Анатолий так и застыл столбом, а вот Иван вполне грамотно принял боевую стойку и начал сканировать помещение глазами, держа оружие на изготовку. Всё-таки увлечение модной молодёжной забавой пошло ему впрок.
– Миша, чё случилось? Мы сначала не поняли, что тут грохочет, потом сразу рванули на подмогу.
– Да вот, собачки нами закусить задумали, да малость обломалось.
– Точно? – Рыбаков с опаской обошёл тела и, увидев оскаленную морду самой большой псины, непроизвольно вздрогнул. – Бл…, ну и страшилище! Как они мимо нас проскочили?
– Мы, батя, на стороне Воскресенской плакат крепили, а твари оказались хитрее, – Иван с интересом посмотрел на убитых собак. – И что за порода такая страшная? Что это с ними?
– Спать, мля, легли, – Ипатьев собрал разбросанные вещи, подхватил карабин и пошёл к выходу, – пойду, штаны переодену, всё-таки я их намочил.
– Юра, стоять дурень! Вот только что говорили, что без прикрытия никуда! Захвати Ивана, и смотрите в оба! – Михаил повернулся к Рыбакову старшему. В крови еще вовсю гулял адреналин, его чуть потряхивало, главное сейчас не заистерить или не впасть в меланхолию. – Толик, а ты оружие-то хоть зарядил?
Анатолий озадаченно посмотрел на автомат и зло сплюнул:
– Сука, да я как рванул…
– Да уж, вояки из нас…
– Так я же в спортроте служил, откуда боевые навыки возьмутся? – Толик виновато переминался с ноги на ногу, ситуация, и в самом деле, получилась аховая. При худшем раскладе он бы и друзей не спас и сам пострадал.
– Пойдём тогда. Рэмбы из нас, видать, никакие. Нам на тот берег ещё перебираться, – Михаил взял рацию. – Приём База, вызывает "Высотка"…
Через пару часов Михаил уже пил чай с пряниками и ромом, находясь в одном из домов посёлка, которые заняли первые из переправившихся на Левый берег людей. Переезд через Двину прошёл вполне успешно. Жителей в самом посёлке не осталось, поэтому всех новоявленных беженцев расселили по опустевшим в одночасье зданиям. Многим было не по себе, что они вламываются в чужие дома, но сейчас вопрос стоял о самом выживании, поэтому было не до сантиментов. Все этические предрассудки люди оставили пока внутри себя или на потом, нечего сейчас лишнее выплёскивать!
Во дворе бодро тарахтел генератор. К домам уже раскинули удлинители, а детей посадили смотреть мультфильмы, пусть немножко отвлекутся. Ребята постарше копались в ноутбуках, выполняя задания Каменева или разбираясь в собственных архивах. Женщины возились на кухнях, они решили приготовить завтрак заранее, чтобы утром оставалось только его разогреть. Мужчины же собрались тесной компанией в крайнем к трассе домике.
Михаил прокрутил на ноуте снятую им с высотки панораму города, потом он показал и видео с мёртвыми псами. Эти твари произвели на всех серьёзное впечатление. Немного расслабленные тотальным безлюдьем, люди теперь воочию убедились, что опасность нынче может выпрыгнуть из любого места. Как-то сразу у всех появилась тяга осмотреть своё оружие и проверить патроны. Ещё до ужина ответственные успели распределить на всех мужчин почищенные Калаши, карабины и гладкостволы. Мужики стали активно разбирать и привезённую с «Магнума» амуницию и подгонять её под себя. Михаил же пошёл помогать Ярославу отчищать и готовить к завтрему пулемёт. Наконец, закончив протирать оружие насухо, они двинулись к грузовику.
– Будешь у меня пока вторым номером, – сказал Михаил. – Тащи-ка тот квадратный ящичек.
Из второго ящика были достаны ленты для патронов и два короба под сотенную ленту. Бойкич вскрыл один из цинков и начал аккуратно складывать патроны в бункер машинки для заряжания. Потом так же аккуратно вставил в неё начало ленты:
– Ярик крути эту ручку, только без рывков, потихоньку.
Из держателя понемногу начала понемногу выходить набитая патронами новехонькая пулемётная лента. Набив две ленты, Михаил стал аккуратно складывать их в короба, слишком давно приходилось делать это в прошлой жизни. «Но руки-то помнят!» Один короб он тут же прицепил к пулемёту, второй сунул в зелёный вещмешок. Туда же ушла набивная машинка, один запасной ствол и остаток патронов в цинке.
– Завтра и опробуем с утреца. На свежую, так сказать, голову. Меня в сон уже клонит, вымотался сегодня.
Они вышли на улицу. Генератор был выключен, но в домах ещё виднелись огоньки. Дул порывистый ветерок, на северо-западе сквозь нависшие тучи краснел багровый закат.
– Наверное, завтра погода изменится, быть дождю, – к ним подошёл Иван Иваныч. – Мои кости лучший синоптик, да и закат предполагает. Петрович, с пикапом мы закончили. Завтра утром с Николаем начнём делать крепления к оружию на все машины. Уже подобрали необходимые железяки, и даже конструкцию продумали.
– Дождик – это плохо. Хотелось с утра устроить учебные стрельбы, а то мы сегодня в высотке чуть не облажались, – Михаил, достал из кармана разгрузки флягу с ромом и предложил Иволгину. – С устатку?
– Давай, грех пропустить рюмочку, – Иваныч сделал хороший глоток напитка, и долго переводил дух, – это что у тебя за штука крепкая такая?
– Ямайский ром, парни нашли тут в магазинчике.
– Точно он, чувствую нечто этакое знакомое. Мы на Кубе у местных доставали такое пойло. Когда там ещё социализм строили, мы часто туда ходили. Весёлые там люди живут, вернее, жили, – Иволгин замолчал, прикрыв глаза.