Чтение онлайн

– Я бы тоже. Ты же своего друга в беде не бросил, а ситуация была, ох какая непростая. Не каждый на такое решится, я знаю, что говорю. Но смотри, с Пачиным будь поосторожней. Он бандит, и им всегда останется.

Мосевский вкратце передал разговор Эдуарду Петровичу, немного сократив "ненужные" места. Тот принял к сведению отказ Кораблева от борьбы за власть, резюмировав.

– "Я знал, что Денис разумный человек"

Но остальное он пропустил мимо ушей, пока явных доказательств присутствия чужих не было. Ну а чувства и интуицию к делу не подошьешь, и так всяческих дел было выше горла. Поселок уже был обеспечен водой и продуктами, по вечерам даже подавали электричество. Специалисты создали хороший парк техники и запас горючего, и теперь следовало основательно подготовиться к зиме. Хотя, наверное, стоило подумать о будущем переезде в более теплые места. Все-таки там легче выжить. Так что не до шпионских игр сейчас.

В конце недели поисковики неожиданно обнаружили новых соседей. Неподалеку, в дорогом коттеджном поселке, построенном недавно близ Малаховского озера, нашлись выжившие люди. Всего около пятидесяти человек. В основном это были проживающие здесь московские богатеи, их жены и домочадцы. К большому удивлению родниковцев, на контакт соседи пойти не захотели и встретили делегатов довольно-таки холодно. По их поведению были явно заметны "новорусские понты". Люди, жившие там, в прошлом были не самыми последними согражданами, но в этойситуации повели себя крайне недальновидно. Они так и не поняли, что в новом мире все здорово поменялось. Вооружены те были хоть и дорогим, но не армейским оружием, и большинство из них армейской жизни не хлебнуло.

Их поселок пока оказался вполне самодостаточен. В домах находились скважины и генераторы, кладовые забиты продуктами. В «дуршлаге» этого района остались в живых некоторые одиночки и небольшие группы счастливчиком, которых беда застала в дороге. Их взяли в дома коттеджников обслугой и относились к бедным людям, как к рабочей скотине.

Кораблев узнал такие подробности от сбежавшей с оказией из поселка молодой женщины. Во время самой катастрофы она проезжала мимо этого поселка по улице. Машина в момент помутнения сознания потеряла управление и столкнулась с грузовиком. Очнулась девушка уже вечером и смогла самостоятельно выползти из машины. Заметила свет в окнах и еле дошла до ближайшего дома. Там ее поначалу послали подальше, но потом сжалились.

На следующий день хозяева рассказали ей о конце света и предложили остаться здесь, помогать по дому. Наталья, так звали сбежавшую женщину, была одинокой и приезжей, сама из-под Калуги, и деваться ей было, по сути, некуда. Да и соседи у хозяев оказались еще более важные и напыщенные. Большинство домовладельцев в этом поселке были вовсе даже не бизнесмены, а важные чинуши, с огромным самомнением и поведением типичного быдла с провинции. Они даже договориться между собой не могли, на улицах то и дело вспыхивали ссоры и ругань.

Какое-то подобие сплоченности проявилось только после одного ужасного случая. Группа пришедших из леса одичавших собак сильно покусала одну из жен домовладельцев, к утру она умерла. Медиков в поселке попросту не оказалось. Не было у русских врачей столько денег на подобные хоромы! Тогда жители смогли организовать хоть какой-то патруль, да еще несколько раз они выезжали на поиск нужных в хозяйстве вещей и продуктов.

Благо вокруг находилось полно торговых центров и складов. Это же Подмосковье! Половина богатств России сконцентрирована именно здесь. Поисковые партии привезли из рейдов еще несколько человек, которым предложили остаться в поселке в качестве помощников, а по существу, прислуги. Наталья обслуживала сразу два коттеджа, стирка, уборка, временами готовка. Относились к ней холодно, "как к холопке", а малолетний сын хозяина то и дело приставал к женщине с понятными намерениями. Вот она и воспользовалась удобным случаем выйти на свободу, убежав к ребятам из чужой поисковой партии.

За время жизни в коттеджном поселке она многое узнала и о его жителях, и об окрестностях. Потому Кораблев включил ее в свой поисковый отряд. Ко всему прочему Наталья на поверку оказалась неплохим стрелком, занималась в детстве в стрелковом клубе. Пачин также решил лично пообщаться с этой Натальей. Недолюбливал он чиновников, всегда ожидал от них какой-нибудь подлянки. Но особо его заинтересовал рассказ о нападении диких собак. Его люди уже докладывали, что в округе они временами слышали жуткий собачий вой, наводящий на людей невероятный ужас.

Всех жителей Родников тут же предупредили о возможной опасности и посоветовали не оставлять детей одних без присмотра. И ведь буквально через два дня на группу детишек напала трое озверевших собак, выглядевших настоящими монстрами. Но на счастье ребятишек в это время у детской площадки дежурили двое вооруженных мужчин. Оба с гладкоствольными карабинами Сайга, поэтому двум псам досталось по несколько дробовых зарядов. Ну а третий пес смог убежать, хотя его кровавые следы на дорожке все-таки оставил.

Иван Кузьмич, бывалый охотник, организовал грамотное преследование зверя. Помогала ему в этом одна из немногих оставшихся в поселке собак, очень опытная лайка. В помощники к себе он взял только Дениса Кораблева. Через три часа уставшие и мокрые они вернулись обратно. Уже без собаки, Тишка честно погиб в бою, раскрыв вовремя засаду целой собачей стаи. Кузьмич и Денис перестреляли ее всю, все восемь особей. Бывший спецназовец красочно рассказал слушателям об убитых монстрах. Уж больно непохожи они были на обычных собак, как будто мутировал в нечто иное. После этой схватки им даже пришлось поменять штаны, так там было страшно. И это бывалому человеку! Меры безопасности после этого собачьего нападения в поселке резко ужесточили. И естественно в результате их усилилась власть и самого Пачина, хотя большинству выживших она казалась во благо. Недовольных же мягко осаживали, пока.

Две группы институтских работников после нескольких скандалов с людьми Пачина переехала на другую сторону Родников. Выжил Пачин тихой сапой самых ярых оппонентов, но дальнейших репрессий не последовало. Они старались сохранять добрососедские отношения и активно готовились к зиме. Между тем Кораблеву становилось все тревожнее. На него вышли несколько жителей из коттеджного поселка под Малаховкой. Там начались довольно-таки странные события: стали пропадать в поисковых рейдах люди, потом пошли слухи, что за поселком наблюдают.

Местные новоявленные вожаки не хотели заниматься делами всего поселения, они попросту собрали вокруг себя самых вооруженных людей, а остальных бросили на произвол судьбы. Часть самых прозорливых жителей решила навести контакт с Родниковцами. Да и Денису что-то слишком часто стали попадаться признаки присутствия чужих живых.

Это, конечно, могли быть и Малаховцы, или другие незнакомые им группы выживших, но было во всем происходящем как-то слишком много странностей. Кое-где оказались расчищены некоторые глухие пробки, оставшиеся после катастрофы, освобождены от автомобилей важные развязки и съезды. Иногда поисковикам попадались свежие остатки жизнедеятельности, вскрытые склады и четкие следы автомобильных покрышек. Кто же все-таки хозяйничал в Подмосковье?

В первую же неделю осени начались самые большие неприятности. Люди, жившие на другой стороне Родников, в одно солнечное утро не вышли на связь. Поехавший туда патруль никого там не обнаружил. Люди начали гадать было ли это нападением, или отщепенцы просто свалили не попрощавшись. Пачин верил во второе, а Кораблеву показалось, что в домах присутствуют следы борьбы. На всякий случай они вооружили всех взрослых и усилили охрану.

И через два дня поздно ночью к охраняемому въезду в поселок подъехали две неизвестные машины. Шел проливной дождь, поэтому караул чуть не открыл огонь на поражение. Сама дорога была заблокирована самосвалом, караульные же размещались в домике. На его втором этаже они и оборудовали огневую точку, защищенную мешками с песком и бетонными блоками. На счастье приехавших начальником караула в этот день оказался сам Степан Карпов. Он вместе с напарником нырнул к самосвалу и обнаружил около него мечущихся людей. На нападающих бандитов те точно похожи не были.