Чтение онлайн

— Лебедева Александра, есть такая? — раздался мужской голос на всю столовую, и я подпрыгнула. Меня ищут?

Поднимаю руку. Мужчина, он же помощник нашего директора, тут же подошел ко мне и хмуро осмотрел.

— Смотрины почти закончились, вы одна остались. Давайте живее!

Быстро хватаю сумку со своими друзьями под мышку и бегу за быстро идущим мужчиной. Неужели уже все?

В зал меня практически толкнули, перед этим отобрав сумку и кинув её в угол. Благо я заранее вытащила своих друзей. Теперь Яйцо спокойно лежало в кармане кофты, а птенчика я прижимала к груди. Удивительно храброе существо даже не дрожало, в отличии от меня.

— Живее, все уже устали, а вы ещё и задерживаете, — проворчал он, а я на трясущихся ногах выхожу на центр комнаты.

По кругу за столами сидят директора и устало смотрят на меня. А стоять вот так, оказывается, страшно. Наблюдать со стороны было легче.

Слово взял директор Хард. Встал и зачитал мои данные.

— Последняя притянутая. Лебедева Александра, дар не проявился. Немая. Возраст двадцать шесть лет. Саша, у тебя есть что показать или написать? — это обращение уже ко мне.

Молча качаю головой, прижимая птенчика к груди. А яйцо странным образом нагрелось в кармане. Это что, оно собралось уйти? Неужели сегодня меня выкинут из школы, и я лишусь еще и друга? Точно неудачный день!

— Итак коллеги, девушке показать нечего, добавить мне тоже нечего. Ваше решение? — на этой фразе я с мольбой смотрю на всех.

Хотя, о чем я, не все согласны взять и одаренных притянутых, что уж говорить обо мне.

— Александра, подойдите, — неожиданно произнес директор высшей школы и протянул лист.

Вот он, мой шанс узнать, что там написано. Про поступление молчу, но хоть узнаю, что за супер тест такой.

Медленно подхожу и изучаю. Что я могу сказать. Странно. Очень все странно. Десять строчек, где написано одно и тоже. Вера. Сила. Долг.

— Что тут написано? — спрашивает директор, а я подозрительно смотрю на него. Может, там должен появиться текст между строк, или надо тайное послание разгадать?

— Вы можете это прочесть? — уже настойчиво спрашивают меня, и я решаюсь написать, как есть. Не понимаю я ничего в тестах, так зачем мучиться.

«Вера. Сила. Долг» — пишу на своем листке и передаю её директору.

— В какой строчке это написано? — уже прищурившись, спрашивает меня, отдавая лист.

«Везде» — пишу ответ, и мужчина впервые довольно улыбается.

— Я забираю её! — неожиданно объявляет директор, вставая, я а замираю, не веря. Так просто?

— Но, Директор Зигард, вы уверены? — затараторил директор Хард, и все в недоумении стали рассматривать меня. Теперь в их взглядах появилось удивление.

— Я не отчитываюсь перед вами, вам ли не знать. Девушка пойдет со мной! Александра, где твои вещи?

Меня спрашивают, а я стою и не мигаю. Может я уснула, и это всего лишь бред? Где я, и где «Высшая школа магии». Я, без силы и таланта — и там? Нет, я определенно ударилась головой.

— Сашенька, бедная моя девочка, как же так! — все сокрушалась Корин с момента, как я вышла из зала.

— Малышка моя, что эти деспоты опять задумали! Ну ничего, я не дам тебя в обиду. Сейчас же отправлю к другу! — и подхватив мою сумку одной рукой, а меня, все еще стоящую столбом, другой, повела на выход.

До сих пор не верю, что меня пригласили в «Высшую школу магии». Да как так? За что? Подумаешь, листок прочла, что в этом такого. И вот результат. Радоваться или плакать?

— Уважаемая, куда вы уводите мою ученицу? — раздался грозный голос позади. Обернувшись, увидела директора Зигарда. Кажется, так его назвали.

— Подальше отсюда! Вы что удумали? Хотите такую чистую душу загубить в вашей школе боли и пыток?

Что?! На этих словах я очнулась. Это что еще за боль и пытки? Я на такое не подписывалась!

— Не преувеличивайте. В моей школе готовят воинов, конечно они учатся сражаться! — фыркнул директор.

— Именно, сражаться. А она что там будет делать?! В Сашеньке магии жалкие крохи, какая атакующая магия? Это её надо защищать! Или хотите, чтобы она мечом махала? Вам что, не хватает игрушек для битья? — гневно выдавала Корин, на что директор только морщился.

— Я уверен, что у девушки большой потенциал. Моя школа — это лучшее место для неё.

— Лучшее место? Да у вас там девушек отродясь не было, одни мужчины! И сейчас вы хотите забрать слабую девушку, которая и закричать не сможет, в школу, где пять сотен изголодавшихся мужчин? С вами все в порядке?

Чем больше слушаю, тем сильнее убеждаюсь, что ехать мне туда не надо! Пять сотен парней на меня одну? Я по своему миру знаю, что голодным мужчинам и лица видеть не надо, главное чтобы было тело.

Ладно Рома хотел туда поступить, он бы там отлично вписался, но я! Ещё и вопрос про девушек. Если их там никогда не было, на кой черт меня берут? Что-то тут не чисто.

— Так, отставить панику. Вы правильно выразились, у меня учатся мужчины, не мальчики. Они четко знают, что можно, а что нет. И раз я гарантирую ей безопасность, а я это гарантирую, то опасаться Александре нечего. Да и вообще, почему я тут перед вами распинаюсь? Вы знаете закон! Те, кого выбираю я, неприкосновенны для других. И у них нет выбора!

Что?!

Умела бы говорить, уже бы истерику закатила, а так только и могу, что хлопать глазами, да открывать и закрывать рот. Почему я не знала об этом законе? И почему я не имею права выбора?

— Так откажитесь. Не портите девушке репутацию и жизнь. Да кто в здравом уме потом её замуж возьмет после вашего заведения? Думаете, есть кому какое дело до вашего слова? Тут все решают факты! Девушка жила среди сотен мужчин и не тронута? Вы эти сказки потом кому-то расскажите. А я вот забочусь о малышке! — Корин только что огнем не плевалась, а я даже и не знала, что делать.

С одной стороны, Корин права. Я бы и сама не поверила в чистоту девушки, которая оказалась на моем месте. А ведь в этом мире ценятся нетронутые девы.

А с другой стороны…. Кстати, а что там с другой?

— Александра, мы можем поговорить с вами наедине? Боюсь, ваша защитница мне и слова не даст сказать нормально, — довольно спокойно произнес мужчина, смотря мне в глаза.

Странно, но страха я не чувствовала. Да и этот разговор мне тоже нужен.

Киваю, и Корин возмущенно пыхтит, но молчит.