Чтение онлайн

— Может, мне раньше и не понадобится, сэр. — Морс довольно подмигнул Льюису и направился в здание. — Ну, как я смотрюсь сзади?

— Прекрасно, сэр. Вас очень аккуратно подстригли.

Морс привалился к спинке своего чёрного кожаного кресла и, сияя улыбкой; посмотрел на Льюиса.

— Ну? Что хорошего можешь мне сообщить?

— Фамилия парня Квин, сэр. Снимает квартиру на первом этаже в сдвоенном особняке на Пайнвуд-клоуз. Судя по виду, уже давно был мёртв. Не удивлюсь, если выяснится, что его отравили. Работает («Работал», — проворчал Морс) в Синдикате по экзаменам для иностранцев где-то в районе Вудсток-роуд. Как раз один из его коллег и забеспокоился, поехал к нему и обнаружил, что он мёртв. Мне позвонили примерно без четверти десять, я тут же взял Диксона, и мы поехали осмотреть место. Диксон остался там, а я вернулся, чтобы позвонить вам.

— Ну, вот я здесь. Что мне прикажешь делать?

— Зная вас, сэр, я подумал, что вы, наверно, захотите задержать того парня, который его нашёл?

Морс улыбнулся.

— Он тут?

— В комнате для допросов. Я взял у него показания, но их надо ещё довести до ума, прежде чем давать ему на подпись. Хотите, наверно, с ним поговорить?

— Успеется. Машина готова?

— Ждёт у входа, сэр.

— Надеюсь, ты ещё не звонил ребятам из анатомички?

— Нет. Решил подождать вас.

— Правильно. Ступай, приведи в порядок протокол. Буду ждать тебя у выхода через десять минут.

Морс сделал пару телефонных звонков, ещё раз причесался и почувствовал себя необычайно счастливым.

Несколько лиц высунулось из-под кисейной занавески в окнах первого этажа, когда полицейская машина остановилась на Пайнвуд-клоуз, маленькой, ничем не примечательной улочке, вдоль которой полукругом стояло восемь сдвоенных особняков, построенных лет пятьдесят тому назад. Теперь они тихо, с достоинством старели. Деревянные заборы, некогда ограждавшие владения, теперь большей частью ухитрялись лишь сохранять видимость, что они занимают вертикальное положение. Столбы, не пропитанные креозотом, оставались беззащитными, перекладины были поражены грибком, отсырели от дождей и подгнили. Только у крайних домов переулка архитектор предусмотрел место для гаражей, и у одного из них, крайнего левого, маячила грузная фигура констебля Диксона, притопывавшего на мокрой бетонной дорожке перед въездом в сборный некрашеный гараж. Диксон разговаривал с женщиной лет пятидесяти с небольшим, как выяснилось владелицей этого дома и полдюжины других домов по соседству. Какие бы выгоды ни приносили ей её разнообразные доходы, на её одежде богатство не сказалось никак: когда Морс и Льюис вышли из машины, она зябко натягивала на себя потёртое пальтецо, надетое поверх неопрятной белой кофты, и к тому же была без чулок.

— А вот и наш мозговой центр, миссис, — пробормотал Диксон и сделал приветственное движение к старшему инспектору. — Это миссис Джардайн, сэр. Она владеет этим домом и разрешила нам сделать осмотр.

Морс дружески кивнул, взял ключ у Диксона и приказал ему отвести миссис Джардайн в полицейский автомобиль и там взять у неё официальные показания. Сам он постоял немного в молчании спиной к дому, осматриваясь вокруг. На овальном участке, окружённом бордюрным камнем, густо росли кусты и низкие деревья, закрывая дома от главной дороги и придавая полукруглой улочке некое подобие уединённости. Но сама улочка содержалась из рук вон плохо, была неровно укатана, прорезана длинной неправильной трещиной, что шла параллельно тротуару, где недавно в который раз раскопали водопроводную магистраль. Сточная канава была полна прелой коричневой листвы, а фонарь перед домом номер один был вдребезги разбит. Вдруг дверь соседнего дома приоткрылась, и дама средних лет выглянула полюбопытствовать, что тут происходит.

— Доброе утро! — игриво воскликнул Морс.

Дверь моментально захлопнулась, а Морс развернулся, чтобы обследовать гараж. Несмотря на то, что замок не был закрыт, он ни к чему не притрагивался, удовольствовавшись беглым осмотром через стеклянные вставки. Он разглядел внутри тёмно-синий «Моррис-1300», стоявший так, что между стенкой гаража и дверцей водителя оставалось не более фута. Затем он поднялся на крыльцо и вставил ключ в замочную скважину.

— Слава Богу, что он не водит «кадиллак», верно, Льюис?

— Не водил, — тихо поправил его Льюис.

Парадная дверь дома номер один по Пайнвуд-клоуз открывалась в узкий коридорчик. У лестницы, поднимавшейся вдоль левой стены, были прибиты крючки для одежды. Морс зашёл и показал на дверь справа от него.

— Она?

— Следующая, сэр.

Нужная дверь оказалась закрытой. Морс достал авторучку и осторожно надавил на рукоять замка.

— Льюис, надеюсь, ты не насажал повсюду своих пальцев?

— Я открывал её так же, как вы, сэр.

В комнате до сих пор горел свет. Скучные апельсиновые шторы были задёрнуты; газ в обогревателе горел тихим пламенем. На ковре лежало тело молодого мужчины. У обогревателя стояла пара не новых, но удобных с виду кресел; рядом с одним из них — тем, что правее, — на полированном кофейном столике стояла бутылка сухого шерри, почти полная, и дешёвенький с виду стакан, почти пустой. Морс нагнулся и понюхал прозрачную жидкость.

— Тебе известно, Льюис, что процентов восемнадцать мужчин и около четырёх процентов женщин не различают запах цианида?

— Значит, правда яд?

— Запах похожий. Персиковый цвет, горький миндаль — выбирай, что тебе больше по душе.

Лицо мертвеца было повёрнуто к ним, а не к обогревателю, и Морс стал на колени и осмотрел его. Небольшое количество пены запеклось на перекошенных губах, челюсти были крепко стиснуты в предсмертной агонии, зрачки открытых глаз сильно расширены, а кожа на лице покрылась отвратительными синими пятнами.

— Классические симптомы, Льюис. В данном случае и вскрытие не требуется. Синильная кислота. Впрочем, ребята из анатомички должны появиться здесь с минуты на минуту, — Он встал и подошёл к зашторенному окну. Занавески сели после не столь уж недавней стирки и потому едва сходились вверху. В щёлку Морс рассмотрел узкий садик с клочковатой скверной травой, маленьким огородом в дальнем конце и выломанной секцией в заборе. Открывшийся вид мало что сказал Морсу, поэтому он опять переключил внимание на комнату. Вдоль стены, напротив обогревателя, громоздились стопы книг, аккуратно перевязанные толстым шпагатом, а также стоял сервант тёмного красного дерева, левая створка которого была приоткрыта и за ней виднелся небольшой набор разноцветных бокалов и стаканов и непочатая бутылка виски. Всё вокруг выглядело удивительно чисто и прибрано. Слева от обогревателя, в мелкой нише, стояла небольшая корзина для мусора. В корзине лежала скомканная бумага, которую Морс достал и бережно разгладил на крышке серванта. В записке говорилось:

Морс протянул записку Льюису:

— Любопытно.

— Как вы думаете, сэр, когда наступила смерть?

Морс ещё раз посмотрел на Квина и пожал плечами:

— Не знаю. Думаю, что два-три дня назад.

— Непонятно, почему его не обнаружили раньше.

— Да-а. Ты говоришь, он занимал только эти комнаты на первом этаже?

— Так сказала миссис Джардайн. Наверху живёт молодая пара, но жена сейчас рожает в госпитале Джона Радклиффа, а он работает в ночную смену в Коули и временно проживает с родителями где-то в Оксфорде.

— М-м…

Морс сделал движение, как будто собрался идти, но вдруг остановился. Низ двери был непрофессионально подструган, чтобы не задевать ковёр, и в щель заметно сквозило, так что время от времени тихое синее пламя газовой горелки лихорадочно вздрагивало и окрашивалось в синий цвет.

— Забавно, правда, Льюис? Если бы я жил в этой комнате, я бы не стал ставить кресло прямо на сквозняке.

— А он, похоже, поставил, сэр.

— Не уверен. — В парадную дверь позвонили, и Морс попросил Льюиса открыть. — Скажи, что они могут начинать.

Он вышел из комнаты и заглянул на кухню в задней части дома. Там тоже было чисто и прибрано. На красном пластиковом столе лежали недавно купленные продукты: полдюжины яиц в пластмассовой упаковке, полфунта сливочного масла, полфунта английского чеддера, два больших ломтя превосходной вырезки в целлофане и бумажный пакет с грибами. Рядом с покупками лежал свёрнутый в кольцо чек из супермаркета «Кволити». В серых глаза Морса промелькнула искорка волнения, когда он изучал чек.