Безнравственный
Шрифт:
Я положил её обратно в кроватку, и моя маленькая девочка легла на подушку, покусывая свой прорезыватель.
Я убедился, что вокруг неё нет ничего, что могло бы причинить ей боль, и вернулся в свою комнату.
— Что там? — Спросила Аглая, увидев меня.
— Это зубы.
— О, Боже мой.
Я опустился на колени на край кровати и подошёл к ней.
— На чем мы остановились?
Аглая улыбнулась как раз перед тем, как я потянулся к ней, и я обнял её за шею, притягивая её рот к своему, пока снимал с неё топ. Я бросил одежду на пол и схватил её обнажённую грудь. Она застонала, когда я провёл губами по её шее, оставляя за собой след из укусов и сосания, пока не добрался до одного из её сосков. Посасывая её грудь, я стянул с неё трусики и шорты, сместившись в центр кровати, чтобы я мог проскользнуть между её бёдер.
Я проник в неё твёрдым, глубоким и восхитительным толчком, от которого голова моей жены откинулась назад. Я начал двигаться медленно, но вскоре мы захотели большего, и дикая потребность проявилась сильнее.
Я снова поцеловал её, покусывая и облизывая её губы, в то время как её ноги обвились вокруг моей талии, позволяя мне погрузиться в неё ещё глубже.
Я решил не менять позиции, продолжать в том же более медленном, почти ленивом, но очень хорошем темпе, в котором мы проснулись этим утром. Я продолжал проникать в неё, чувствуя восхитительную хватку её тела к своему, пока удовольствие не стало настолько сильным, что я растворился в ней.
Аглая потёрлась об меня, умоляя сделать больше, и как только я восстановил контроль над своим телом, я положил руку между нами и потирал её, пока Аглая, в свою очередь, не кончила.
Я перевернулся на бок, привлекая её в свои объятия, и она прижалась к моей груди.
— Максимус...
— Да?
— Я должна тебе кое-что сказать.
— Что?
Я забрался на кровать, чтобы оказаться лицом к ней.
— Я снова беременна.
Она прикусила нижнюю губу, вздрогнув от некоторого страха.
— Правда?
— Да...
— Какие хорошие новости, детка!
Я обнял её и поцеловал.
— Ты действительно счастлив?
Она всё ещё была полна страхов и сомневалась во всём.
— Конечно, любовь моя!
Я опустился на колени, чтобы поцеловать её живот. И только тогда она вздохнула с облегчением и обняла меня.
— Я люблю тебя, Максимус.
— Я тоже люблю тебя, Аглая.
Я был очень счастлив, что она была со мной и что мы вместе создали семью, несмотря на все пересуды окружающих. Наш возраст не определяет наши отношения, главное, что вместе мы безгранично счастливы. Благодаря этой молодой женщине я начал свою жизнь заново, и каждую секунду рядом с ней, я буду благодарить её за это.
Аглая моё солнце и это никогда не измениться, кто бы что ни говорил.
И теперь я знаю наверняка… я никому и никогда больше не позволю встать между нами.
КОНЕЦ