Чтение онлайн

Я размешивал кофе Киры, пока она смеялась над тем, что сказала ее сестра.

— Нет, Красавчик проснулся.

Я обернулся вовремя, чтобы увидеть, как Кира съеживается и смотрит в мою сторону. Красавчик? Правда? Она имела ввиду меня? Подняв бровь, я произнес это слово вопросительно, указывая на себя. Закатив глаза, Кира кивнула. Я посмеялся над этим прозвищем и задумался, кто придумал его первым — Кира или ее сестра?

Не открывая от Киры взгляда, я сделал глоток кофе. На ее губах возникла игривая усмешка, и мне стало интересно, о чем она сейчас думала.

— Мы трахались на столе, пока варился кофе, — до невозможности беспечно бросила она.

Я чуть не подавился, выплевывая кофе обратно в чашку. Я не мог поверить, что она только что сказала. Я стал плохо на нее влиять. Или, возможно, наоборот — хорошо. Мои грязные мысли тотчас же вернулись, и Кира отвернулась от моей улыбки, ее щеки пылали.

— Черт, Анна. Я же шучу. Я никогда к нему и пальцем не прикоснусь. Знала бы ты, сколько у него было девчонок. Он гадок… К тому, сама понимаешь, Денни спит наверху.

Кира посмотрела наверх, где спал Денни, а я уставился в пол. Гадок. Так вот что она действительно думала обо мне?

Мой образ жизни отталкивал ее. Я отталкивал ее. В каком-то смысле я был грязным и отвратительным. Я знал, что она имела право так думать. В конце концов, я был совершенно недостоин ее. Ей надо бежать обратно к Денни и никогда больше не давать мне касаться ее. Это было бы самым верным решением.

Поставив кофе, я собрался уходить, но Кира протянула ко мне руку. С грустью и подавленностью, я посмотрел в ее сторону. Ты должна просто отпустить меня. Пристально глядя мне в глаза, она сказала в телефон:

— Все хорошо.

Я догадался по ее тону, что она не просто отвечает на какой-то случайный вопрос сестры, а давала мне понять, что не имела в виду то, что сказала раньше.

Кира крепко обняла меня за талию, а я слишком сильно нуждался в ней, чтобы сопротивляться. Даже если она и правда думала, что я был отвратительным животным, это не меняло ничего для меня, она по-прежнему была нужна мне.

Расслабившись, я улыбнулся и крепко прижал ее к себе, облокотившись о стойку. Яркий красный цвет окрасил ее щеки, когда она, продолжая разговаривать, смотрела на меня. Мне хотелось бы надеяться, что она думала обо мне что-то хорошее.

Я старался не слушать разговор, но из того, что мне удалось понять, сестры планировали встретиться. И Кира была не в восторге от этого. Она чертыхнулась, наконец повесив трубку.

Когда она попросила меня не делиться этим с Гриффином, я пожал плечами. Я в любом случае не имел привычку обсуждать с ним Киру.

— А что случилось? — спросил я, улыбаясь.

— Это моя сестра. Хочет приехать, — скорбно пробормотала Кира.

Я нахмурил брови, собрал все ее слова вместе, но так и не понял причину ее недовольства.

— Ясно…А ты ее не жалуешь, что ли?

— Да нет, что ты, — потирая руки, Кира покачала головой. — Я очень ее люблю, но…

Она отвела глаза, и я попытался снова с ней заговорить.

— Но что?

Кира пораженно посмотрела на меня.

— Ты для нее как медом намазанный

Я рассмеялся. Значит, ее сестра заинтересовалась мной. И судя по описанию Киры, ее сестра была куда раскрепощённей самой Киры. Впрочем, для меня это не имело большого значения. Кира была единственной привлекательной для меня девушкой.

— Ах-ха-ха!.. Значит, мне надо готовиться к атаке?

Я снова усмехнулся, представляя, что должен опасаться нападения со стороны сестры Киры. Это интересно.

Кира была явно менее позитивно настроена.

— Ничего смешного, Келлан.

— По мне так очень даже смешно, Кира, — тепло улыбнулся я.

Та сестра, которую я хотел больше жизни, не могла мне отдать себя полностью, но та, которая меня совершенно не интересовала, уже готова была сорвать с себя трусики. Я нахожу это весьма забавным в каком-то извращенном смысле.

Кира, казалось, грустила все больше и больше. Несмотря на то, что она отвела взгляд, я увидел слезы в ее глазах. Я до сих пор понятия не имел, почему она была так расстроена. Что с того, что ее сестра приедет? Почему так важно, что она заинтересована мной? Мое сердце принадлежало только Кире. Окончательно и бесповоротно.

Заправляя прядь волос Киры ей за ухо, я прошептал:

— Эй… — нежно взяв ее за подбородок, я заставил ее посмотреть на меня: — Чего ты от меня хочешь? Что мне сделать?

Я сделаю все, что захочешь, просто скажи. Кира выглядела так, будто боролась сама с собой, решая, быть честной со мной или нет. Я хотел, чтобы она была искренней, хотел понять, в чем проблема. Я не смогу поступить правильно, если не буду знать, с чем имею дело.

— Я не хочу, чтобы ты ее «отзачетил». Не хочу, чтобы ты даже прикасался к ней.

Кира посмотрела на меня, и я начал понимать. Она ревновала. Думала, что я пересплю с Анной, потому что с самой Кирой спать нельзя. Как будто мне это нужно. Кира была всем, что для меня существовало. Я не был уверен, как долго продержусь без секса, но знал, что прожить без Киры не смогу совсем. Я не собирался делать то, что может оттолкнуть ее. Ухлестывать за ее сестрой… даже мысли не было.

— Хорошо, Кира, — сказал я, смахивая слезы с ее щеки. Не понимая серьёзности моего заявления, Кира всхлипнула.

— Келлан, пообещай.

— Я обещаю, — улыбнулся я как можно искренней. — Я не буду с ней спать, поняла?

Ты единственная, кто мне нужен.

Кире потребовалось мгновение, но она наконец кивнула и позволила мне обнять ее.

Ты единственная, кто мне когда-либо будет нужен.

Последние несколько дней, проведенные с Кирой, были потрясающими. Это напомнило мне то, как мы общались раньше, но теперь все было немного иначе. Раньше мы флиртовали, отказываясь признавать это. Никто из нас не решался заговорить об этом. Сейчас же, когда между нами наэлектризовывался воздух от переизбытка выделяемых флюидов, я мог даже подразнить Киру на этот счет, продолжая оставаться с ней рядом, продолжая флиртовать.

Что-то изменилось, наши отношения крепли. В наших заигрываниях не было и грамма невинности, но Киру, казалось, всё устраивало, поэтому я не говорил с ней на тему того, что сексуального напряжения между нами было достаточно, чтобы обеспечить электричеством небольшой городок. Она сама всё прекрасно осознавала, просто не желала признавать эт.