Чтение онлайн

Справа и слева от пламени вырвались каменные копья, видимо, Галкин хотел подловить меня. Но нет. Моя тьма столкнулась с магическим огнём, и магия уничтожала друг друга. Мне же было так жарко, что вспомнился тот день одиннадцать лет назад. И как же я разозлился!

— Убью-ю-ю-ю-ю! — взревел я, наполняемый яростью. Да такой сильной, что в груди всё сжалось! А потом рвануло наружу в виде тьмы.

Моя мана словно взбесилась и, хлынув на пламя, развеяло его и набросилось на Евгения. Тот вспыхнул огнём, сопротивляясь тьме, но она была сильнее, так что вскоре раздались вопль и сигнал об остановке дуэли.

Да идите в сраку!

Прорвавшись через тьму, через которую я, кстати, хорошо видел, вскинув руку и сорвав пылающий шлем Галкина, вонзил кинжал в лоб покрывшего язвами парня.

Но в этот самый момент раздался треск и лопнул барьер арены! А затем хлынул ветер, да такой сильный, что моя тьма не выдержала и вернулась ко мне, покрывая тело. Но тут же была развеяна. Её прямо сорвало с меня, а вместе с ней и чуть кожу не содрало!

Я тут же прикрылся трупом Евгения, и миг спустя мана разбушевалась. Огромное магическое давление обрушилось на меня, а затем затряслась земля!

Решили меня похоронить с собственным сыном? А вот хрен вам! Вскинув тело, я побежал к выходу с арены, как вдруг земля перестала трястись. Ветер же разбушевался на зрительских местах, и я увидел спрыгивающую сюда… Дашу!

Ну и зрителей, многие из которых были студентами, разлетающихся в стороны.

Не останавливаясь, побежал дальше и отбросил труп, ибо толку от этого «щита» уже не было. Затем вновь хлынул бушующий ветер, и я, схватив жену за руку, вспыхнул тьмой. И она вспыхнула тьмой.

Объединив нашу магию, мы побежали дальше, защищаясь от ветра, который мог разорвать человека на части. И, нет-нет, но по нам прилетали слабые ветряные лезвия.

И вдруг ветер стих! Правда, мы не остановились и не сняли защиту, влетая в тоннель Колизея. Благо, ворота нам открыли и впустили внутрь. Там нас ожидал опешивший мужчина в синем. Он тут же закрыл ворота и с шоком на лице уставился на нас. Десятки порезов по всему телу, течёт кровь, одежда в лохмотья…

У Даши видно немного нижнего белья, и форма почти превратилась в шорты с топиком. Капец. На мне же, помимо ожога на спине, живого места нет.

— Это кто такой буйный? — спросил жену.

— Галкина. Особенно разбушевалась после того, как я убила его мужа. Жаль, саму герцогиню не смогла убить. У неё защитный артефакт был.

— Спасибо. Боюсь, Галкин своей магией земли превратил бы меня в лепёшку. Силён, однако!

— Очень силён. Там люди рядом с ним аж сознание потеряли от магического давления, — закивала жена. И в этот момент сюда ворвался второй мужчина в синем. А также женщина в белом. Целитель.

— Ох, божечки! Как вас так?! — воскликнула она и помогла нам пройти в комнату ожидания, где нас усадили на кожаный диван и принялись лечить.

Было очень тяжело разрешить чужеродной мане попасть в своё тело. Но оно того стоило. Кровь перестала течь, после чего раны обработали мазью и наложили бинты. В итоге мы — две мумии…

И только целительница закончила с обработкой ран, как в помещение вошёл ректор, а с ним и уже знакомый нам инспектор. Ректор же выглядел потрёпанным. И злым.

Мы ничего не сказали, продолжив молча смотреть на них, и первым заговорил мужчина в чёрно-золотой форме.

— Герцогиня была схвачена, и сейчас ей оказывается медицинская помощь. Сейчас же я хочу узнать, что, собственно, произошло.

— Что-что. Галкин младший явился на дуэль под сильным допингом. На что я неоднократно указал судье, который проигнорировал это. Потом, когда младший Галкин был на грани поражения, сработала сирена.

— Которую вы проигнорировали, — подметил Денисов.

— Дуэль заканчивается смертью или мольбой о пощаде. Последнего не было. Так что дуэль продолжалась, — объяснил я, и инспектор кивнул. — Ну а затем Галкины атаковали меня. Оба. И благо, что Даша среагировала и убила Галкина старшего, иначе я был бы уже мёртв.

— А затем и герцогиня сошла с ума, — добавила Даша.

— Ясно. А причина дуэли?

Даша рассказала о причине, и инспектор ещё больше нахмурился.

— Вероятно, они хотят, чтобы вас выгнали из академии, тогда им будет проще от вас избавиться, — предположил инспектор.

— Это они так думают, — мы оба заулыбались.

— Не улыбайтесь! — взмолился инспектор. — Рука сама к пистолету тянется…

— Я бы посмотрел, какой была бы ваша улыбка, если бы на ваших глазах перебили всю семью, а вас заживо сожгли, а потом выбросили на улицу в восемь лет, — проворчала Даша.

— Не осуждаю вас, просто инстинкт самосохранения активизируется, — пояснил инспектор. Да уж, его спокойствие поражает.

— Прошу прощения, вырывается иногда, — сказал я и приобнял Дашу. Но, услышав болезненный писк, тут же отпустил. Забыл про раны…

— Ладно. Я всё узнал, но вам придётся давать показания, — инспектор посмотрел на нас и вздохнул. — Как раны залечите.

— Благодарю. Нам бы не помешал отдых.

Я поднялся и помог Даше. Ректор же молчал и, вероятно, уже жалеет, что устроил нас сюда. Ну, его можно понять. Хотел подопытных кроликов для исследования, а получил жуткий геморрой.

Снаружи нас ждала небольшая машинка, на которой нас довезли до нашего дома.

— Новую форму привезут к обеду. А целитель придёт через час, — сказала Елисеев, который нас и привёз.

— Благодарю, Юрий Демидович, — кинув ему, вошёл в дом и закрыв дверь, поцеловал свою красавицу. Долго целовал, отвлекаясь лишь на дыхание. У меня лучшая жена в мире. Самого герцога замочила, спасая меня! И пусть их там ещё тьма, но начало положено. Всех перебьём!

Вскоре мы добрались до гостиной и, развалившись на диване, попросту уснули. Переутомились. Но нас разбудил целитель. Им был немолодой мужчина в белой форме и чемоданчиком в руке.

— Ох, бедняжки, как вам досталось, — качал он головой, снимая с Даши бинты. Мол, дамы вперёд. — Но лечение и мазь помогли. Это хорошо. Раны уже начали затягиваться. Сейчас мы этому поможем…

Старик полез в свой чемоданчик и достал прозрачную склянку где-то на сто миллилитров.

— Вот это целебное зелье. Оно ускорит регенеративные процессы, выпейте, — он открыл склянку и протянул Даше, но только она отпила немного, как у меня закололо сердце. Я тут же вырвал склянку и закинул ей в рот три кристалла, а сам набросился на врача, повалив его на пол.