Чтение онлайн

— Нет, прошу, не надо, у меня дети! — прокричал худой мужчина в очках.

— Мы тоже были детьми, — улыбалась Даша и, как в фильме про Спарту, пнула мужчину, выбрасывая из окна.

На этот раз квартира была старой панелькой в девять этажей. Вот с девятого этажа он и полетел вниз. Обгладывать его не стали, ибо «невкусный грешник». Слабенький.

— Домой, — сказал я, когда мы вернулись в Изнанку. Четыре мести за день — вполне неплохо. Но нужно больше. Гораздо больше! Город должен утонуть в крови наших врагов. Ну или в пожаре…

И на следующий день мы уже стояли в складском комплексе, с канистрами в руках.

— Можно было бы открыть трещину и запустить пауков, — предложила Даша, а я посмотрел на паучий город вокруг.

— У-у-у-у… — поскуливал цербер, повисший на паутине и замотавшийся в ней. Тут таких было много. Всё же паучье логово. Причём это те же самые пауки, которых мы убивали в академии. Так что здесь проблем нет. Пауки же слабенькие.

— Господин, госпожа, — к нам примчался Иван. Хобгоблин выглядел потрёпанным, а на шлеме и щите паутина. — Объект захвачен. Все противники уничтожены.

— Потери? — спросил я.

— Минимальные, но много кто запутался в паутине или отравлен…

— Хорошо, спасайте наших и уходите. Тут будет «горячо».

Хобгоблин, который с каждым днём становится умнее, отсалютовал и убежал помогать запутавшемуся церберу. Мы же выбирали свою первую цель.

Этот комплекс принадлежит герцогу Шевченко. Одному из тех, кто напал на нас в Новогоднюю ночь. Здесь, спасибо интернету, который всё подсказал, есть своя железная дорога, которая привозит грузы из герцогства. Тут они распределяются по складам поменьше и попадают в магазины и на другие предприятия.

Учитывая, что здесь двадцать складов, каждый из которых в длину более сотни метров и высотой в три этажа, товара здесь лежит на огромные суммы.

— Монстров наверное не стоит использовать. Всё же тогда приедут отряды быстрого реагирования. Да и пожар тогда откуда взялся? Не пауки же подожгли склад. Так что не стоит. К тому же могут пострадать невинные.

Жена кивнула, а мы продолжили блуждать по комплексу, осматривая склады. И нашли один «интересный». Центральный. Там лежали деревянные ящики, которые уже давно никто не трогал. Потому и стояли.

— Хм… Что это? — спросил я, вскрыв ящик, и достал что-то резиновое. Оно было длинное, твёрдое, но всё же упругое и закруглённое на конце… Хм…

— Во! Нашла! Тут написано, что это полицейские дубинки, — сказала Даша, обошедшая ящик с другой стороны.

— Странно, зачем дубины из резины? Это же неэффективно. Лучше из металла или что-то вроде булавы.

— Не знаю, — пожала та плечами. — Может, это для тех, кто хочет бить людей, но не убивать.

— Садисты, что ли?

— Скорее всего, — закивала она. — Хотя… в тюрьме у охраны помню были такие.

— Тогда точно для садистов, — согласился с женой и начал тут всё обливать бензином. Вскоре склад загорелся, и пусть склады стоят весьма близко друг к другу, но мы бензина много привезли… Всегда собираем его, если находим. Ну и из машин его переливаем.

Поэтому вскоре запылали все склады. Что-то лучше горело, что-то хуже. А учитывая, что мы уничтожили подстанцию, питающую комплекс, то склады остались без электричества. Это означает, что автоматические системы пожаротушения не работают.

Как там говорится? Гори-гори ясно, чтобы не погасло…

Взяв Дашу за руку, я смотрел на пламя, которое быстро охватывало комплекс. Хотелось бы посмотреть, как оно всё в реальности, но нельзя.

— Пошли? — спросил девушку, смотрящую на пожар.

— Да, пошли.

Даша прижалась ко мне, а по щекам потекли слёзы. Наверное, вспомнила тот день одиннадцать лет назад… Казалось бы, уже всё пережили триста раз, но, нет, что-то да засело внутри… И чувство это называется ярость.

Так что пошли мы не домой, а подхватив оставшийся бензин, пришли в большой торговый центр Галкиных. И пробравшись мимо Стража, которым была гигантская панцирная горилла, устроили пожар.

Сейчас ночь, и здесь никого. Но даже это не утолило нашу ярость. Лишь раззадорило её. Поэтому следующие несколько дней мы посвятили тому, что выпустили ярость на свободу. Город пылал, как и наша ярость.

Отпустило нас лишь когда мы выспались. Ну и то потому, что настал день «икс». Приём у Шишкина.

— Что-то мне уже ничего не хочется, — сказала апатичная жена, чистящая зубы.

— А как же просто поесть? — поинтересовался я, ждавший своей очереди.

— Это да, это можно, — Даша зевнула и, сполоснув рот, пошла одеваться. Вскоре и я оделся.

Зевая, мы вышли за ворота академии и пришли к северо-западной стене. С внешней стороны стены, конечно же. Я увеличил радиус Кластера на сорок метров, и этого хватило, чтобы Эль открыл дешёвую трещину прямо меж двух деревьев.

И вот, мы в реальном мире! Было темно, ибо ещё шесть утра, но шум машин буквально оглушал. На трассе было активное движение, а вот пешеходов пока что нет. И это хорошо.

Теперь осталось купить платье для Даши и при этом выжить… Ну и мне бы костюм найти… Но чувствую, что поход по магазинам будет «весёлым».

Где-то в городе.

Прошлым вечером.

— Ещё один… Спасибо, хоть не обглоданный, — вздыхал старший инспектор Денисов Иван Михайлович.

— Это да… Прошлые два — прям совсем жуть, — ответил помощник, который сейчас делал фотографии трупа врача, выброшенного из окна многоэтажки.

— Их точно не люди обгрызли? — спросил морщинистый мужчина с очками на носу, вспоминая предыдущие трупы.

— Нет, Иван Михайлович. Там следы от острых зубов. Вероятно, собака или зверь какой, среднего размера.

— Понятно…

— А вы точно уверены, что это связано с Рысевыми? — «фотограф» в форме, отвлёкся и посмотрел на своего начальника.

— Полностью уверен. Все эти люди, — Иван Михайлович кивнул на труп, — принимали участие в подделке документов, по которым Рысевы, якобы умерли в больнице во время лечения.

— Вот как… тогда ничуть не жалко их. Коррупционерам или смерть, или каторга, где тоже смерть. Вот только непонятно, что это за мужчина и женщины, о которых говорят жёны погибших.