Чтение онлайн

Потом его взгляд сфокусировался, и он понял, что на самом деле смотрит на фотографию с конференции, найденную Жаном Ги и сделанную за несколько дней, а может быть, часов до смерти Марии. Гамаш смотрел в глаза Пола Робинсона. Затем его взгляд переместился, и он подался к экрану, прищурился, увеличил изображение.

– Patron? – прервал мысли Гамаша Бовуар.

– Да, что у тебя? – спросил тот, отрываясь от экрана.

Жан Ги подтащил стул поближе.

– Если допустить, что Эбигейл все же убила Дебби, мстя за свою сестру, то почему она так долго ждала? Ведь Мария умерла много лет назад.

Старший инспектор Гамаш перевел взгляд с Бовуара на Лакост. Ему предоставлялся шанс. Изменить курс. Нужно было лишь сказать Бовуару, чтобы тот прекратил расследование этой версии. Что смерть Марии прискорбна, но к данному делу не относится. Что теперь они бросят все силы на расследование наиболее вероятного подозреваемого в убийстве Дебби Шнайдер. Винсента Жильбера.

Бовуар ждал. Лакост подняла голову.

Вот только…

– Я думаю, ответ на это дала мне Рут.

Жан Ги посмотрел на Изабель:

– Уж она-то всегда посоветует что-нибудь дельное.

Гамаш отодвинулся от стола, подальше от пристального взгляда Пола Робинсона. Он только теперь прозрел, только теперь сумел сложить этот пазл.

– Мы с ней говорили о работе Рейн-Мари, занимавшейся архивом покойной мадам Гортон. Конечно, после смерти человека семье приходится разбирать его вещи.

– Ну да, – сказал Жан Ги. – Перерыть весь этот хлам, что скопился в кладовках и ящиках.

– На чердаках и в подвалах, – добавила Изабель.

– Именно. Нужно принимать сотни решений. Нередко мучительных. Что сохранить, что оставить, от чего избавиться. Вещи заряжаются эмоциями, воспоминаниями. И потому родня нередко запаковывает все и убирает с глаз долой. Именно это и случилось после смерти Пола Робинсона. Эбигейл была юной, его смерть потрясла ее. Она собрала вещи отца, отнесла на чердак и не вспоминала о них до тех пор, пока дом не был продан.

– Шесть недель назад, – подтвердил Жан Ги. – Тогда-то она и нашла письмо Юэна Камерона с требованием заплатить за лечение.

– И тогда же поняла, что случилось с ее матерью, – согласился Гамаш. – И что Жильбер в этом участвовал. Но предположим, что она к тому же обнаружила и эту фотографию. – Он кивнул на снимок, лежащий на столе.

Четыре человека на морском берегу.

– Но если фотографию нашла Эбигейл, то как она могла оказаться у Дебби? – спросила Изабель. – И почему та заперла ее в ящике стола?

– Наверное, она приметила на снимке некую улику, – произнес Жан Ги. – Свидетельство того, что Дебби убила Марию.

Они уставились на фотографию. Но по-прежнему не видели ничего, кроме счастливого семейства вместе с другом семьи.

– Если тут есть что-то такое, чего не видим мы, но заметили они, то зачем Эбигейл понадобилось отдавать эту фотографию Дебби? И зачем убивать ее на новогодней вечеринке?

– Вероятно, что-то спровоцировало ее, – сказал Жан Ги.

– Эбби Мария.

Бовуар с Изабель посмотрели на Гамаша.

– Извините, – расширил глаза Жан Ги. – Вы о чем?

– Дебби несколько раз повторила это имя, потом ей пришлось извиняться, потому что Эбигейл явно расстроилась. Но почему вдруг такой гнев? К чему эти извинения? Она повторила «Эбби Мария» на вечеринке в присутствии злейшего врага Эбигейл. Винсента Жильбера. После чего ее лишили жизни.

– Но Эбигейл же объяснила, – вставила Изабель, – что ей не хотелось, чтобы люди знали про Марию. Она думала, это будет работать против ее аргументации.

– Она лгала. Существование младшей сестры не было тайной. Многие о ней знали. Нет, Эбигейл вышла из себя по другой причине.

– Вы думаете, что Марию убила Дебби, – сказал Бовуар, – и каждый раз, когда Дебби называла подругу ее детским именем, та словно получала удар ножом.

– Полагаю, это возможно. Что-то ведь спровоцировало нападение на Дебби.

– Спровоцировала его угроза Эбигейл в адрес Винсента Жильбера, – возразила Изабель. – И он ее убил. Вернее, убил Дебби по ошибке. Это не имеет никакого отношения к Марии или к ее смерти.

– Хорошо, – вздохнул Бовуар. – Но если все же имеет… Скажем, у Эбигейл есть подозрения насчет Дебби, но ничего убедительного. А все эти упоминания Эбби Марии доводят ее до белого каления. Она решает выяснить отношения с Дебби. – Поскольку ему явно не удалось убедить Изабель, он обратился к Гамашу, который внимательно слушал. – Эбигейл выходит на улицу, – продолжил Жан Ги, – и, когда почетный ректор возвращается в дом, ставит вопрос ребром. Требует от Дебби правды касательно Марии. И Дебби признается. Вероятно, она чувствовала, что это неизбежно. С того самого часа, как Эбигейл вручила ей фотографию.

Жан Ги говорил, а Арману вдруг представилось, что он стоит в снегу у тропинки. В темноте. В лесу. Видит этих двух женщин, видит фейерверк в небе, видит детей у костра, выписывающих искрами бенгальских огней свои имена.

Он наблюдает, как Робинсон требует от Дебби, чтобы та сказала ей правду, и та признается в преступлении. Она, может, даже испытывает облегчение от того, что сбросила эту гору с плеч.

Она раскаивается? Просит прощения?

Или ни то ни другое.

– Если Дебби и в самом деле убила Марию, – сказал Гамаш, – то, по моему мнению, она была уверена, что тем самым оказывает Эбигейл услугу. Дает ей возможность учиться в Оксфорде, воплотить свою мечту в жизнь. Может быть, она даже убедила себя, что оказала услугу Марии. Но она ошибалась. Эбигейл любила сестру. Достаточно посмотреть на фотографию, чтобы убедиться в этом. – Он взял снимок в руки, вгляделся в него еще раз. – Я думаю, поэтому она его и заперла. Не потому, что чувствовала свою вину и не могла смотреть на Марию, а потому, что не хотела видеть сестринской любви.

– Нам остается только доказать это, – произнес Бовуар.

– Не спеши, – нахмурился Гамаш. – Тут есть проблема.

«И не одна», – подумала Лакост, но сдержалась и промолчала.

– Я прокатился по той лыжне, – пояснил Гамаш, – и нигде не увидел подходящей деревяшки – не лежат они там.

– Это же лес, patron, – сказал Бовуар. – Там деревья повсюду. А деревья – они из дерева.

– Merci, Жан Ги. Но Дебби убили не деревом, не бревном. И даже не веткой. Тем более упавшие деревья и ветки были завалены снегом. Нет, по словам коронера, Дебби ударили поленом для костра, расколотым под определенным углом. – Гамаш обеими руками изобразил клин.

– И где Эбигейл могла взять такое полено? – спросила Изабель.

– Вот именно.

Бовуар задумался на мгновение.

– В гостиной у камина их целая куча. И у костра тоже. Проблема в том, что в обоих местах было довольно многолюдно. Уж кто-нибудь да заметил бы, что Эбигейл Робинсон взяла полено и направилась с ним куда-то.

– Есть еще одно место, – вспомнила Изабель. – В библиотеке. Там тоже камин. А народу никого.

– Это означает, что убийца вышел из дому не с пустыми руками, – сказал Жан Ги. – Следовательно, убийство было предумышленным. Никто не ходит гулять с поленом.