Чтение онлайн

– Как это будет?.. – прочистив горло от кома, застрявшего в нем, хрипло спросил Томсон.

Джин беспечно пожала плечами:

– Откуда я знаю? Я не вижу будущего, я не имею над ним власти. Я только точно знаю, что это случится, но не как или когда… Я знаю это, потому что, как бы это не звучало сейчас, - ехидно скривилась она, - будущее не мыслимо без этой… гибели.

Йен замер. Сложно было описать его чувства в это мгновение. Он смотрел на Уилсон во все глаза, но ни капли, ни следа лжи или обмана он в ней не заметил. И это пугало его еще больше.

– Почему это будущее… - он запнулся, - почему оно строится именно на моей смерти? Почему именно я, черт возьми?!

Та громко хохотнула. Сколько тихой, долго и давно подавляемой ярости было в этом звуке.

– Только не вздумай считать себя особенным или избранным, - строго посоветовала она. – Мне никогда не нравилась такая политика. На твоем месте мог оказаться кто угодно. На моем месте мог оказаться кто-либо другой. Так уж случилось, улавливаешь? Как очки на игральных костях, которые бросили на стол, так и мы, - лишь случайно выпали. Мы оказались заложниками, вплетенными в канву истории, как безвольные нити, и уже не можем, не имеем права менять наши пути. Не думай, что ты какой-то особенный. Да, на твою смерть положили большие ставки. Но то, что это именно твоя смерть – лишь грустное совпадение. Понимаешь?

– Не это ли как раз называется судьбой? Предназначением?

– Все-таки не понимаешь… - тяжело вздохнула девушка.

Их взгляды снова встретились. Уилсон положила одну руку на плечо Йена и тихо добавила:

– Я бы хотела объяснить иначе… Но не имею права. Просто пойми меня: я верю, я очень хочу верить, что, в независимости от того, какой долг лежит перед нами, или какая судьба нас ждет… Все это не так важно. Человек может и должен поступать правильно, чтобы от него не требовалось, - она с надеждой заглянула в глаза парню.

И тот понял, что единственное, чего хочет его напарница сейчас, так это того, чтобы он просто согласился, просто поверил. И ждал. Снова ждал, пока она не сможет ему сказать больше. Теперь ему не казалось это обычной игрой-дразнилкой Джин, когда та, обманами и хитростями, подкидывала ему крупицы информации, как загадки, который невозможно отгадать. Ради развлечения. Теперь же он понял, что все куда серьезнее.

И он принял это. Пока принял. Он подождет. Но не слишком много.

Это было написано в его взгляде, и Джин успешно прочла его посыл. А вслух он сказал:

– Возможно… Я бы хотел в это верить.

Напарники смотрели друг другу в глаза, казалось, даже размышляя синхронно друг другу – об одном и том же. Тишина повисла в комнате, и даже дождь за закрытым окном не мог нарушить это состояние покоя. Внезапно что-то необыкновенное, новое промелькнуло во взгляде Джинджер, и, едва Томсон успел это уловить, она положила вторую руку на его плечо. Девушка привстала, надавливая руками на плечи напарника и опуская его на спину. Томсон совершенно не сопротивлялся, поддаваясь ее импульсу. Она очутилась полностью над ним, нависнув сверху. Он чувствовал ее горячее дыхание на своем лице, он смотрел в ее глубокие, почти черные в темноте комнаты глаза. Совершенно все мысли, все страхи и переживания испарились в их головах. Они слишком устали быть одинокими, каждый со своим грехом за душой.

– Возможно… - прошептала она зачем-то, наклоняясь к нему еще ниже.

– Возможно. – Повторил Йен это, словно какое-то заклинание.

Его ладони легли на ее талию, и он, потянув девушку вниз, прижал ее тело к себе. Когда она коснулась его губ, все тело охотника пронизал какой-то жар, нестерпимый, неприемлемый. Ему это понравилось настолько сильно, что монстр внутри него, казалось, в это мгновение хищно и довольно взревел, ликуя. Ему это понравилось еще больше. Что-то прорычав, Йен рывком перевернулся, подмяв под себя тело напарницы. Он резким движением стянул с себя футболку. Она быстро избавилась от своего свитера. Парень вжал ее в кровать, придавливая всем весом. Джин громко, хрипло выдохнула, запрокидывая голову. Он не желал сдерживаться теперь. Ее ногти иглами впились в его спину, напоминая, что он собирается овладеть не самой простой девушкой.

Это было очередное их сражение.

Возможно, они так никогда и не поймут друг друга. Он никогда не узнает скрытых мотивов Уилсон, которая так много времени провела с ним рядом, спасая его шкуру для того, чтобы вскоре ее уничтожить. У нее слишком много тайн было за душой, которые он, возможно, никогда и не узнает. Она, возможно, так и будет считать, что гораздо больше других знает, что для Томсона будет лучше. Даже больше, чем сам Томсон. Возможно, ничто так и не переубедит ее.

Возможно, они никогда не полюбят друг друга. Это даже скорее всего. Возможно, они и не станут друзьями. Это тоже скорее всего. Их союз вынужденный, под тяготами обстоятельств. В обычной жизни они, скорее всего, возненавидели бы друг друга. Будь они людьми. Будь они более везучими.

Но это все не имело значения.

Самое главное заключалось в том, что Йен совершенно не чувствовал себя рядом с Джин человеком более, чем когда-либо. Он так же не был зверем больше, чем мог себе позволить обыкновенно. Она не заставляла его меняться, не дарила ему ни покоя, ни гармонии в душе. Она, обыкновенно, была причиной всех его неприятностей и его боли. Но она принимала его. Джинджер принимала всего его: и чудовище, и человека, и кучу всего прочего, намешенного и переплетенного в нем. Она позволяла всей этой мешанине страхов, переживаний, подозрений прикасаться к ней, быть рядом с ней больше, чем того требовалось. Выбери в себе Йен лишь одну свою грань и отдайся полностью ей – она бы приняла и это. По какой-то причине, которой он не знал, она делала это всегда.

Возможно, он никогда так и не узнает ее мотива.

В ту ночь охотник задал себе вопрос, на который он пытался ответить еще очень долгое время, но не находил смелости вынести окончательный вердикт.

А сможет ли он когда-нибудь принять ее так же, как и она его?

========== Глава 9. Рундук Дэви Джонса. ==========

Джинджер проснулась глубокой ночью от острой, почти смертельной головной боли. Она захлебнулась собственным криком, срывая голос. Ощущения были такие, словно ее череп разрезают циркулярной пилой. Едва ли обыкновенный человеческий мозг может выдержать такое, не испепелившись дотла при этом. Девушка прижала руки к вискам, давя ладонями на свою голову. Ее глаза закатились вверх так, что были видны только белки. Она кричала без остановки, и на этот крик ей едва хватало кислорода. Тело выгнулось под действием невидимого импульса, и Уилсон с грохотом скатилась с постели.

Она упала на сухую, потрескавшуюся землю, всколыхнув своим телом облако рыжей пыли. Девушка, хрипя, кое-как перевернулась на живот и поднялась на четвереньки. Горло ее в этого мгновение стянул спазм, и охотница тут же закашлялась, прикрывая рукой рот. Когда она пришла в себя от внезапного приступа, вся ее ладонь была в крови. Скривившись при виде нее, девушка вскинула голову, чтобы осмотреться.

Вокруг нее была сплошная каменная пустыня. Смеркалось, небо на горизонте затянуло черно-синими тучами, но от земли все еще исходил пар. Вдалеке виднелись острые пики невысок их скал. При виде этого пейзажа Джин помрачнела еще больше.

– Ли и Бель не отзываются на призыв, - услышала охотница знакомый голос.

Поднявшись на ноги, она повернулась в сторону говорившего. Это был мужчина среднего роста, в форме военного: серые камуфляжные штаны были заправлены в высокие берцы, свободная куртка расстегнута, обнажая под собой черную футболку. Говоривший быстрым движением стянул с лица вниз завязанный платок и глубоко вдохнул ртом. У него была восточная внешность: раскосые темные глаза, выпирающие скулы. Черные волосы были завязаны сзади в хвост. Недельная щетина покрыла подбородок.