Чтение онлайн

Я тут же покраснела. Черт. Не знаю что делать со своим вечным смущением. С этим нужно как-то бороться. Вот если бы на моем месте была бы Полина, она бы ни сколько не смутилась, а ответила бы, к примеру «хочу и смотрю, мне плевать, что ты там чувствуешь, дубина», - но я не Вайман, и так ответить не смогу, тем более Сереже.

– Кажется, ты хотел поговорить, - прокашлявшись, напомнила я.

Мои волосы, что нещадно вились, разлохматил ветер и я принялась их поправлять. Сережа, видимо, тоже решил мне помочь, поэтому принялся убирать мои волосы назад. Надо сказать у него это очень хорошо получалось, даже заботливо. Я, не выдержав, улыбнулась ему, а он мне.

Мы встали посередине тротуара, смотря друг другу в глаза. Я ждала, когда он уже начнет свой разговор, сгорая от любопытства и страха. Вдруг, ему кто-то что-то про меня рассказал? Что-то плохое или типа того. Хотя, моя репутация чиста и я бы не стала перед ним оправдываться.

– Николь, ты мне очень нравишься, - перебирая в руках мои волосы начал Пшеница, а я удивленно на него смотрела, не веря своим ушам и снова краснея.
– Я еще не встречал таких скромных девушек, которые, вечно смущаясь, краснеют.
– Тут он весело усмехнулся.
– Если хочешь знать, я еще ни к кому так хорошо не относился, как к тебе. Обычно я веду себя с девчонками по-другому.

Я стояла и молчала, переваривая то, что только что услышала. Да я об этом мечтала с нашей первой встречи! Меня сейчас могло переполнять счастье и радость, если бы у Сережи не было девушки.

– И чего ты молчишь?
– Парень непонимающе и немного растерянно смотрел в мои глаза.
– Скажи мне сразу, чтобы я отстал от тебя и все. Хотяяя, - деланно задумчиво протянул он с самым наглым выражением лица.
– Это вряд ли поможет. Я настойчивый, поверь.

– Я не знаю что сказать даже, - все же растерянно улыбнулась, не веря в происходящее.

– Ты пойдешь со мной гулять?
– спросил Пшеница, с надеждой заглядывая в мои глаза. Все нахальство и наглость из глаз пропало, и я отчетливо видела в его глазах искренность.

Опустив глаза вниз, отрицательно покачала головой.

– Нет.

– Да почему?!
– Не понял парень, отступив от меня и недоуменно смотря в мои глаза.

– Ты должен сам знать, почему, - сказала я, осуждающе смотря на него.

Сережа не понимал, о чем я говорю, поэтому на его лице отчетливо читалось удивление, вместе со злостью и, кажется, грустью. А может быть делал вид, что не понимал?

– Но я не знаю, почему, - как можно спокойнее говорил он.
– Может перестанешь уже говорить загадками и объяснишь мне?

Между тем становилось все темнее и фонари светили ярче.

– Потому что у тебя есть девушка!
– Рявкнула я так громко, что не ожидала этого от себя. Видимо, в тот момент, меня переполнял гнев из-за того, что я влюбилась в какого-то жалкого обманщика.
– И не надо больше ко мне лезть, понятно? Мой дом недалеко, я сама дойду.

Я стремительно зашагала вперед, чувствуя, как мои волосы треплет ветер.

– Николь, стой, - кричал Пшеница, догоняя меня.
– Какая, нахрен, девушка?

– Тебе виднее, какая, - я даже на него не смотрела, шагая все быстрее.

Ветер становился все сильнее. Кажется, хорошая погода заканчивалась уже сегодня.

– Не заставляй меня бегать за тобой, - начиная злиться, кричал мне вслед Сережа.
– Ты слышишь, что я говорю?

– Мне плевать, что ты говоришь. Разберись сначала в себе и своих отношениях, а потом строй новые, - я не давала себе отчет в том, что говорю, потому что меня переполняли чувство обиды на этого человека и чувство огромной грусти, что не могу быть с ним. Я запуталась и хотела скорее уйти, а противный ветер, будто встав на сторону Пшеницы, дул все сильнее, пытаясь сделать из моих волос не пойми что.

– Николь, я клянусь, у меня нет девушки, - кажется, он перестал меня догонять, чем я и воспользовалась.
– С чего ты это вообще взяла?

Решив не отвечать, пошла еще быстрее, желая скорее оказаться дома, до которого идти было еще совсем немного. Кажется, будет сильный ливень, я должна была успеть добежать.

И кого я обманываю? Ведь бежала далеко не от ливня.

Глава 31

Ира вместе со своей мамой - Валерией, как обычно сидели на просторной кухне и, попивая горячий чай с конфетами, перемывали всем косточки.

В центре их внимания очень часто была Полина. Именно ее мачеха и ее дочь обсуждали очень часто и пытались наговорить о ней кучу гадостей, мечтая, о том, когда же она уже, наконец, съедет от них и перестанет трепать нервы. Они были уверены, что без Полины их жизнь станет намного лучше и спокойнее.

– Задолбала она, мам, - начала жалобно Ира, легонько стукнув по столу кулачком.
– В ванной сидит по несколько часов. Спит она там, что ли? А когда я говорю, чтобы она вышла, она начинает орать на меня матом и обзываться!

Конечно же Ира не уточнила, что она сама начинала поливать Полину грязью, пока та моется, даже если ей не нужна ванна.

Просто Ире бывает скучно и таким способом она развлекалась, иногда пытаясь как-нибудь подставить сводную сестру. Вот только Полина была отнюдь не глупой, да и характер у нее имелся, поэтому у Иры подставить ее почти никогда не получалось.

Валерия, на слова дочери, вытаращила глаза.

– Вот она гадюка, - возмутилась женщина, поджав губы.
– Ничего, доча, мы ее сплавим, я тебе обещаю. Потерпи немного.

Ира, сделав печальное лицо, лишь покачала головой, опустив вниз глаза. Где-то внутри нее плясали веселые танцы чертята, предвкушающе улыбаясь и коварно хихикая.

– И как мы ее сплавим?
– поинтересовалась девушка, взглянувна маму.

Валерия, попивая чай, задумчиво смотрела в окно.

– Ну, как бы мы не хотели, убить ее и закопать где-нибудь мы точно не сможем, - она усмехнулась, но невесело, а скорее нервно.
– Да и не хочется из-за этой писклявой дуры брать грех на душу.

– И что тогда мы будем делать?
– Не отставала Ира, которой Полина встала как кость поперёк горла. Все ее парни, с которыми она встречалась, всегда засматривались на сводную сестру, а та была и рада досадить Ире, поэтому в ответ не упускала случая построить им глазки.
– Может нанять киллера? И убить ее? А, мам? Какие, нафиг, грехи?! Люди скажут нам спасибо. Ну или можно ее отвезти в лес какой-нибудь, где водятся медведи, и оставить там. Если она их не сожрет или не убьет, то мы, считай, своего добились.