Чтение онлайн

– Я не хотела затрагивать эту тему, прости, папа.
– Она судорожно сжала руки, пытаясь унять дрожь.
– Я не хотела даже упоминать об этом, но пойми, я очень беспокоюсь! В такие дни ты сам не свой, ты принимаешь меня за мать, и я…

– Чепуха!
– Картер резко повернулся, быстро подошел к столу и начал перебирать какие-то бумаги.
– Говорю же тебе: со мной все в порядке! Да, я пережил шок, но предпочитаю забыть об этом… А теперь давай поскорее позавтракаем и поедем на прогулку. Оставим этот никчемный разговор!

Эйприл помолчала, собираясь с духом. Пора сообщить, что должен прийти Олтон Мозли.

В это время раздался громкий стук в парадную дверь.

– Интересно, кто это может быть в такой час?
– пробормотал Картер.
– Я никого не жду…

Пока Бьюфорд открывал дверь, она не сводила глаз с отца, пытаясь разобраться в своих чувствах. Да, Эйприл любит и уважает его. Несмотря на то что он так безобразно обращался с Ванессой, она все еще любит отца. Правда, в последнее время, когда на него начало находить это безумие, она стала бояться и даже временами ненавидеть его. Но даже в такие минуты она знала, что любит отца глубоко и сильно. Как жаль, что с ним случилось такое!…

На пороге кабинета возник Бьюфорд. Вид у него был озадаченный и, как показалось Эйприл, немного испуганный.

– Там маста Олтон Мозли, сэр, - неуверенно доложил он и покачал седой головой.
– Говорит, что пришел на ленч, потому как мисс Эйприл пригласила его…

Не дожидаясь ответа отца, Эйприл приказала Бьюфорду впустить Олтона, а затем быстро произнесла:

– Да, папа, это я его пригласила. Олтон хочет поговорить с тобой.

– Поговорить со мной? Да о чем? Я не желаю ничего обсуждать со своим конюхом. Если мне что-то понадобится, я сам схожу на конюшню. С каких это пор мои собственные слуги приходят ко мне в гости, да еще с деловыми разговорами?

Лишь когда Олтон вошел в кабинет, Эйприл вздохнула с облегчением. «Чем скорее со всем этим будет покончено, тем лучше, - в отчаянии сказала она себе, - пока папа еще не успел как следует рассердиться!»

– Может быть, сядем за стол?
– торопливо предложила она, даже не дав Олтону времени поздороваться с ее отцом.

– Нет, мы не сядем за стол!

Картер опустился на стул и уставился на Олтона. Тот стоял перед ним, нервно теребя в руках соломенную шляпу.

– Что это значит, Мозли? Моя дочь не привыкла приглашать в гости наемных рабочих, да и я, признаться, тоже!

Олтон умоляюще взглянул на Эйприл, как будто спрашивая, что делать дальше.

– Ну давай!
– прошептала она, пытаясь его подбодрить.
– Начинай!

– Начинай что?
– Картер встал и вцепился в спинку стула.
– Может быть, кто-нибудь объяснит мне, что все это значит? Мой ленч остывает, а я вынужден стоять здесь и любоваться своим бездельником-конюхом!

– Папа, ну выслушай же его, наконец!
– проговорила Эйприл чуть не в слезах.
– Я прошу тебя…

– Ну что ж, я жду. И мой ленч - тоже, - многозначительно произнес Картер и, обернувшись к Олтону, добавил: - Если ты пришел за прибавкой к жалованью, паренек, то только зря теряешь время. Ты не стоишь даже тех денег, что я тебе плачу. Из тебя никогда не получится первоклассный конюх, каким был Таггерт или его сын!

– Речь идет не о деньгах. Я ухожу на войну. Хочу сражаться с янки.

Олтон судорожно глотнул, при этом, его кадык дернулся вверх и вниз, и снова перевел умоляющий взгляд на Эйприл.

– Ну что ж, весьма похвально! Значит, мне придется подыскать тебе замену, что, впрочем, будет нетрудно… Но все это можно обсудить позднее. После ленча мы с Эйприл собирались на прогулку. Вот вернемся, тогда и поговорим.

– Я хочу жениться на вашей дочери, сэр.

Картер, который уже протянул дочери руку, чтобы идти в столовую, стремительно обернулся и уставился на молодого человека. Затем покачал головой и негромко сказал:

– Наверное, я ослышался, паренек…

– Не смейте называть меня «паренек»!
– выкрикнул Олтон, заливаясь краской.
– Я не мальчик, а взрослый мужчина и собираюсь сражаться за дело Юга. Я люблю вашу дочь и хочу, чтобы она стала моей женой прежде, чем я уйду на войну. Она может жить у моих родных и…

Олтон проговорил все это громко и бодро, словно опасаясь, что если хоть раз запнется, у него не хватит духу продолжить. Эйприл, как завороженная, не сводила с него глаз, молясь, чтобы он не сказал какого-нибудь неверного слова. Молодые люди смотрели друг на друга, боясь взглянуть на мистера Дженнингса. А его вид был ужасен: вены на шее вздулись, он судорожно сжимал и разжимал кулаки. Но вот терпение Картера лопнуло. Он прыгнул на Олтона, ударом сбил его с ног и вцепился тому в горло.

– Я убью тебя, паршивая белая шваль!
– прохрипел он.
– Никто не посмеет забрать ее у меня, слышишь? Я убью каждого, кто только прикоснется к ней!…

Испугавшись, что отец сейчас задушит Олтона, Эйприл закричала. Ноги ее будто приросли к полу. Но, собравшись с силами, она ринулась к отцу и, запустив руки в его шевелюру, попыталась оттащить от несчастного молодого человека.

Услышав крик, в кабинет вбежали камердинер и слуга.

– Остановите его!
– закричала Эйприл, барахтаясь на полу - отец ударом кулака опрокинул и ее.
– Остановите, или он убьет Олтона!…

Оба негра схватили Картера за плечи и попытались оттащить, но он вцепился в горло молодого человека мертвой хваткой. Эйприл видела, что глаза Олтона вылезают из орбит. Он судорожно хватал ртом воздух. Вначале его лицо сделалось красным, потом побелело и, наконец, стало мертвенно-серым. И все это время двое здоровых мужчин изо всех сил тянули Картера на себя, уговаривая отпустить парня, ведь так можно и убить его.

Видя, что дело принимает серьезный оборот, Эйприл в отчаянии обвела глазами комнату. На глаза ей попалась тяжелая папка, лежавшая на краю стола. Девушка схватила ее и, одним прыжком очутившись рядом с отцом, принялась изо всех сил колотить его по голове. Такая отчаянная мера возымела свое действие: Картер разжал наконец руки и упал на спину. Негры поспешили оттащить отчаянно упиравшегося хозяина подальше.

Эйприл опустилась на колени рядом с Олтоном. Несчастный молодой человек, пытаясь восстановить дыхание, кашлял и нервно потирал шею, на которой отчетливо проступили синяки.

– Олтон, дорогой, извини меня, пожалуйста!
– всхлипнув, произнесла Эйприл.
– Господи, ну кто бы мог подумать, что отец так себя поведет!…

– Я убью его!
– продолжал бушевать Картер, пока слуги тащили хозяина из кабинета.
– Ни один мужчина на свете не стоит моей дочери… Я убью каждого, кто только посмеет забрать ее у меня! Слышишь, ты, ублюдок? Я тебя прикончу, так и знай!…