Безумное лето Рудольфа
Шрифт:
– Я с этим не справлюсь. Мы столько лет были вместе, а теперь все изменится. Он не имеет права бросить меня, я совершенно не приспособлена к жизни. Я никогда не контролировала отца, он делал что хотел, занимался своим искусством. А я выслушивала чужие печали, и все были уверены, что я, психолог, способна решить все проблемы. Кто-нибудь из вас подумал, что мне тоже бывает плохо? Что я чувствую себя одинокой и покинутой? А теперь меня выбросят на свалку только потому, что у той девчонки грудь крепче? Господи, господи, как мне дальше жить?
Она заплакала, слезы текли в три ручья… Я стоял над ней, как последний идиот, а потом вдруг ни с того ни с сего накрасил кукле губы розовой помадой и сделал раскосые глаза. Мама горестно икнула, космическое количество поглощенного алкоголя давало о себе знать.
– Ну и что я, по-твоему, должна теперь делать?
– Может, будет лучше, если тебя стошнит…
Она посмотрела на меня так, как будто вернулась из далекого путешествия и не обнаружила на месте своих любимых тапочек А потом первый раз в жизни последовала моему совету.
Через три часа приезжает корейский мафиози со своими громилами, а я не знаю ни одного приема карате. Все, что я могу, – станцевать им танец умирающего лебедя из балета «Лебединое озеро», но вряд ли на них это подействует так же сильно, как хороший удар левой пяткой.
Мама решила, что в трезвом виде ей обеда не вынести, поэтому вернулась к исходному состоянию: в настоящий момент, пребывая в состоянии глубокого опьянения, она лежит в ванне.
Кажется, я начинаю понимать отца. Сейчас он сидит над мамой и, вырывая остатки своих волос, умоляет:
– Свинушка, пожалуйста, не подставляй меня. Хочешь, я тебе похрюкаю?
О боже, я что, единственный нормальный человек в этой семейке?
Селедку родные сожрали! А не попробовать ли скомбинировать пресную польскую кухню с азиатской экстравагантностью? Например, создать гибрид суши и бигоса… Идея! Приготовлю пирожки с рыбой! Я схватил сумку и спустился к родителям предупредить, что иду в магазин. Увидев их, я онемел. Отец, обливаясь слезами, целовал маме руки и называл рыбкой, а мама гладила его по голове и нежно называла глупым старым дурнем. Здрасьте! Я уже начал привыкать к раздраю, а тут все внезапно вернулось в норму. Теперь мне не грозит карьера в детском порно. Осталось лишь достойно встретить корейских киллеров убийственным меню.
Ситуация несколько усложнилась, и, наверное, в том есть и моя вина. Может, будь еда повкуснее…
В магазине имелись только вареники с творогом, а семейство рыб гордо представлял мороженый минтай. У меня все валилось из рук. Дома я целую вечность включал воду и откручивал газовый вентиль, без плоскогубцев это было трудно сделать, а их я выбросил как холодное оружие. Пока я сражался с трубами, минтай разморозился и стал похож на моченую булку. Положил его в миску и залил кипятком. Спустя час мне стало ясно: этим обедом сердца корейских наемников нам не завоевать. Поскольку я еле жив и лежу в одной постели с Гонзо, ограничусь объективным протоколом событий:
19.00 – приходит человек из приюта для бродячих животных и спрашивает, когда мы заберем Покрышку (она потерялась на днях) и заплатим за содержание и прививки (720 злотых).
19.00 – отец впадает в бешенство.
19.30 – отец прекращает ругаться и обретает человеческий облик.
19.45 – человек из приюта, которого мама угостила рисовой водкой, рвет счет.
19.50 – с трудом выпроваживаем пьяного работника приюта.
20.00 – к дому подъезжает роскошный лимузин с темными стеклами.
20.05 – отец с помощью словаря произносит приветственную речь в честь корейского султана, его жены в кимоно и полной энтузиазма Хи Йонг.
20.30 – султан произносит ответную речь на отличном польском языке. Оказалось, он работает в польском посольстве в Сеуле.
20.35 – исполняю танец умирающего лебедя.
20.55 – родители истерически хлопают в ладоши.
21.00–21.30 – угощаемся варениками с рыбной кашей. Очень скупые похвалы.
21.30 – Хи Йонг заявляет, что она любит отца.
21.35 – мама залпом опрокидывает сто грамм саке, настроение у нее улучшается.
21.40 – корейский султан настаивает на браке отца с Хи Йонг.
21.50 – отец падает в обморок.
22.00 – отец приходит в сознание благодаря полинезийскому массажу.
22.05 – мама тоже хочет, чтобы ей сделали массаж
22.10 – полное расслабление, все массируют друг друга.
22.15 – переломный момент: полиция приводит Гонзо, который приварил себя к трансформатору; заодно полиция выписывает корейскому мафиози штраф за парковку в неположенном месте.
22.20 – мама подкупает полицейского рюмкой саке.
22.30 – всеобщее веселье.
23.00 – см. выше.
23.15 – пьяный работник приюта привозит Покрышку.
23.30 – веселье продолжается.
23.40 – Хи Йонг баррикадируется в моей комнате из-за того, что отец не хочет на ней жениться.
24.00 – Гонзо срывает парик с жены корейского султана.
00.01 – массовая истерика.
00.30 – мама напоила жену султана саке и теперь учит танцевать на столе канкан.
1.30 – полицейский уходит в парике кореянки.
1.40 – кореянка требует развода и баррикадируется в кухне.
1.50 – корейский мафиози уезжает прямо по грядкам соседей.
Личный состав на 16 июля: папа, мама, я, Гонзо, Покрышка (чудом обретенная вновь), Хи Йонг (заперлась в моей комнате), жена султана (заперлась на кухне).
Материальные потери: парик, порванное кимоно, четыре бокала, кофейный столик, моя кровать (конфискованная Хи Йонг).
Нематериальные потери: не подсчитывались, но значительно превышают норму.
Плюсы: Гонзо частично парализован после близкого знакомства с трансформатором.
Уф! Очень тяжело готовить завтрак для шести человек (не считая собаки), особенно если учесть, что все едят в разное время и разные блюда.
Ванная постоянно занята.
Родители по-прежнему в спальне, а через стенку от них бедная Хи Йонг заливается слезами. Отец и впрямь лишен всяких чувств!
Жена корейского мафиози очень довольна. Она поджарила себе яичницу с беконом и сидит на кухне, положив ноги на стол и напевая песенки Джеймса Брауна.
Как только закончится весь этот кошмар, поеду на весь день в парк, куплю себе целое ведро попкорна и буду пускать газы направо и налево!
С мамой и корейской гейшей сходил в кино на «Дневник Бриджит Джонс». Сидеть рядом с ними было невозможно: они давились попкорном, хлопали себя по ляжкам, а после фильма отправились пропустить по стаканчику. Мне было предложено подождать их в детской комнате при кинотеатре. Из кинозала выходили очень довольные женщины с хмурыми мужчинами. Мужчины со сконфуженным видом заводили деловые разговоры по мобильникам, а их спутницы орали друг другу: «Ну надо же! Все точно! Истинная правда!» – и никак не могли уняться.
Вернулся домой подавленным. Бриджит Джонс – это я! Вся разница лишь в том, что у нее есть:
• друзья;
• работа;
• квартира;
• резиновый корсет под платье.
Ну еще, в отличие от меня, она может не скрываясь курить, пить и заниматься сексом. А мне одна дорога – в пасть кавказской овчарке или наполовину ослепшей Покрышке.
Среда, 18 июля
Пришел к грустному выводу, что у меня совсем нет друзей, не считая Эльки. Хотя с тех пор как у Эльки начала расти грудь, она все реже общается со мной. Неужели обязательно становиться такой… ненормальной? Страшно подумать, что будет, когда у нее начнутся месячные, у Эльки и без того трудный характер. Сейчас она целыми днями бегает по магазинам и примеряет наряды а-ля Дженнифер Лопес. К сожалению, несмотря на заметно утолщившуюся грудную клетку, она по-прежнему похожа на пьяного трансвестита, который проходит курс гормонального лечения.
Пошатался по нашему району. У меня было такое плохое настроение, что я обрадовался бы даже встрече с соседями. Мне не хватает человеческого тепла! Но все жалюзи были опущены. Что за люди! У меня трагедия, а они спокойно себе уезжают в отпуск Надеюсь, лето будет дождливое.
Боже, что это?! Дом пуст! Из холодильника пропала косметика кореянок, моя комната убрана, а на постели записка: «Милый/ Я тебя никогда не забуду».Кровь ударила мне в голову, но я вовремя сообразил, что записка предназначалась отцу. Жалко. Я уже привык к кореянкам как к родным.