Чтение онлайн

В школе под стендом «Здоровые зубы» меня поймал Рафал. Прижал к стене, схватил меня за орган деторождения и, глядя прямо в глаза, спросил:

– Гонбчак, а если выкрутить твой винт?

Пока я думал над интеллигентным и полным достоинства ответом, он плюнул на мои ботинки и побежал играть в ниндзя. Наверное, у него обычное майское помрачение рассудка.

До конца биологии я мысленно расправлялся с Рафалом. Воображал, как откручиваю его винт. Временами до меня доносился монотонный бубнеж Пузыря:

– Оплодотворение происходит внутри гусеницы. Обманным путем муха откладывает в теле жертвы яйца, которые питаются ее внутренностями. Когда из яиц вырастают мухи, гусеница погибает в невообразимых мучениях. После нее остается только продырявленное брюшко.

Какие мерзости рассказывает этот Пузырь! Потом он устроил контрольную работу по поперечному разрезу дождевого червяка. Живого!

Ну вот, пожалуйста! Май в полном расцвете. И всюду эти чертовы влюбленные. Они либо рвут на себе волосы, страдая от любви, либо валяются, сбитые с ног внезапным чувством. И только я не жду от мая ничего, кроме ежегодной аллергии. Железа утверждает, что это всего лишь игра воображения, но я-то знаю, какая у меня чувствительная слизистая.

Бабушка целый день напевает «Буду танцевать всю ночь». Стыдно сказать, но каждую ночь она действительно возвращается под утро. Надеюсь, бабушка подкована относительно опасности СПИДа. Отец все еще злится на маму за идею выдать бабушку замуж. Каждое утро он скупает газеты и в панике просматривает колонку брачных объявлений. Подозреваю, он боится, что мама тоже дала такое объявление.

По дороге в школу я замечтался и налетел на столб, оклеенный плакатами. На одном из них было написано о наборе в группу Глашатаев Природного Света. Обещают духовное стимулирование, разблокирование энергетических точек, культ тела и свободной любви. Собрание состоится в воскресенье, в пять часов. Думаю пойти. Нужно поработать над индивидуальностью и эфирным телом. Оно совсем пришло в негодность после того, как я, занимаясь йогой, просидел пять часов с ногой на шее. Из этой принудительной нирваны меня освободила бабушка, которая как раз вернулась с собрания Кружащихся Дервишей. Как вспомню, сразу все болеть начинает.

Эпидемия майского сумасшествия продолжает собирать свою кровавую жатву! Сегодня прибежала взволнованная Элька и конспиративным шепотом потребовала, чтобы я повторил за ней:

– Если я выдам кому-нибудь эту тайну, пусть подо мной провалится земля, а мои дети будут прокляты до пятого колена.

Дожидаться, пока я повторю, она не стала и выпалила:

– Я сделала это.

О господи! Даже Элька меня бросила!

– Ты предохранялась?

Я был просто вне себя. Попытался представить Эльку голой, но тут мое воображение рвануло далеко за грань здравого рассудка.

– А зачем предохраняться? – удивилась Элька.

– Ну, болезни там разные, нежелательная беременность.

Элька онемела на секунду.

– Я иду на свидание, болван! И помни, если кому-нибудь проболтаешься, нашлю на тебя проклятие вуду.

Мне сразу полегчало. Значит, еще не все потеряно. Элька сказала, что свидание со страховым агентом, который приходил к ним продлить страховку. Он, конечно, дико старый, ему двадцать четыре года, но Элька заявила, что с молокососами связываться не станет. И под конец спросила, не пора ли ей бросить школу. С ума сошла, ей же всего четырнадцать. А тот страховщик наверняка бандит. Элька сказала, что я ничего не понимаю, и побежала покупать бюстгальтер. После ее ухода я долго не мог успокоиться. Отец всегда предупреждал меня: женщины невероятно кровожадные существа, но от Эльки я такого не ожидал. Даже взгрустнул. Наверное, я ревную Эльку.

Чтобы поднять себе настроение, включил песню «Ты так прекрасна». При этом выгибался перед зеркалом, принимая всякие неприличные позы, пока мама не крикнула:

– Прекрати немедленно, иначе я отправлю тебя на исповедь.

С ума она сошла, что ли? Я бы сгорел там со стыда.

Дома опять дым столбом – теперь из-за счета, выставленного пожарной охраной. Домашние обнаружили его в жестяной банке из-под чая «Разноцветный рай» и единодушно отказались платить. Отказ мама обосновала так,-

– Если сейчас ты не научишься отвечать за свои поступки, то вырастешь социопатом. Ты нам еще спасибо скажешь.

Спасибо, дорогая пани психолог! Мне могут присудить сто часов общественных работ, а ведь у меня такие нежные руки! Временами я думаю, что родителям меня подбросили. Не могут ведь люди быть столь жестокими к собственному ребенку.

Проснулся весь в поту. Приснилось, что я лежу в плетеной корзинке, во рту у меня соска а на груди записка «Найденыш». Воет ветер, открывается дверь нашего дома, и удивленная мама восклицает: «Смотрите-ка, этот ребенок весь покрыт гнойниками!» Наверное, этот сон вызван моими младенческими воспоминаниями, спрятанными в подсознании. Какой же я умный! Мне даже Фрейд не нужен!

За завтраком постарался выведать у бабушки, не может ли ее корсиканец дать немного денег. Ведь у меня уйма расходов:

• счет из пожарной управы;

• уроки пани X. (я решил дать ей последний шанс);

• брекеты (на зубы);

• психоаналитик (на всякий случай).

Бабушка немедленно завелась:

– И речи быть не может, мой мальчик. Я не буду на старости лет развратничать ради материальных благ. Мне представился шанс войти в средний класс, и я сделаю это самым приличным образом. И вообще, откуда у тебя сутенерские наклонности?

Они с мамой косо глянули друг на друга, в воздухе явственно запахло скандалом. В этот момент Гонзо вылил себе на голову молоко из кружки и мои проблемы отошли, как обычно, на второй план. Этот чертов сопляк готов на все, лишь бы оказаться в центре внимания!

Читал «Историю ереси и сектантства» Гектора как его там, хочу блеснуть эрудицией на предстоящем воскресном собрании. По-моему, у меня есть все шансы стать гуру. Тогда у меня будет все – власть, роскошь и куча денег. Стыдно признаться, но мне этого действительно хочется.

С самого утра меня одолевали нехорошие предчувствия. Но ничего плохого за весь день так и не случилось, поэтому я сел писать сочинение по польской литературе на тему: «Как я отношусь к Ягне из «Мужиков» В. Реймонта». Вот что я уже написал: «Ягна как прелюбодейка заслуживает наказания, потому что она отобрала отца у детей. Но с другой стороны, каждый имеет право на любовь, даже обормот Борына. А роман у них завязался, потому что в деревне скучно. В те времена электричества и телевизора не было, поэтому люди рано ложились спать. А если просто так лежать под одеялом, то в голову приходят разные мысли. Я считаю, что нельзя было вывозить Ягну из деревни на куче навоза, таким образом они лишились навоза, и поэтому на следующий год случился неурожай».

Я до сих пор не решил, как отношусь к Ягне. Если бы мой отец повел себя как Борына и ушел из семьи, я бы порвал с ним все отношения и только потом из газет он узнал бы, что я стал знаменитым актером и имею огромные счета во всех швейцарских банках. А когда он придет ко мне просить денег на пересадку костного мозга для своей любовницы, я его великодушно прощу, и об этом напишут во всех выпусках «Панорамы». Правда, отец в жизни не найдет себе любовницы. А если и найдет, то мама быстренько положит этому конец.