Чтение онлайн

— Может быть, я могу выполнять какую-то работу в качестве платы за проезд?

— Для лишней пары рук всегда найдется дело. В это время года уровень воды в Миссисипи падает. Мели приходится преодолевать волоком. Большой удачей считается, если удается пройти милю в час.

— А куда вы идете, мистер Клейборн?

— В Сент-Луис, капитан Хоукинс. — Коротышка резко обернулся на окрик из тумана слева по борту и крикнул:

— Держись левей, приятель! Не видать ни черта! — Он плюнул на палубу. — Глаз да глаз за ними нужен! Отправляйтесь-ка вы вниз, дружище Хоукинс, да высушитесь как следует. Вас накормят супом и дадут крепкого чая. Там внизу есть огонь. — Он нагнулся, хлопнул Джеба по плечу и тут же растворился в тумане.

Джеб с трудом поднялся и поплелся следом за Тимом.

Они обогнули строение, у стены которого сидел Джеб, и увидели ярко освещенный дверной проем, такой низкий, что Джебу пришлось согнуться «пополам, чтобы не стукнуться головой о притолоку. Несколько ступенек привели их в каюту, где в сложенном из камней очаге пылал огонь.

Джеб догадался, что это помещение наполовину выше, наполовину ниже ватерлинии. Никакой мебели здесь не было, на полу лежали свернутые матрасы, вокруг очага стояла грязная посуда. Низкий потолок был черен от копоти и сигарного дыма.

У плиты суетился карлик. Он оглянулся на вошедших.

— Это вас, должно быть, выловили из реки, — проворчал он недовольно. — Корми вас теперь, мало мне своих бездельников! Стоило брать на борт каких-то бродяг!

— Мистер Клейборн сказал, что мы можем спуститься вниз, чтобы обсохнуть и съесть по тарелке супа, — холодно отозвался Джеб. — Но если есть какие-то проблемы, я поднимусь и сообщу ему об этом.

— Не кипятитесь, эсквайр, — поспешно Изменил тон карлик. — Если Кэп велел вам спуститься, то я скорее подставлю свою спину под кнут, чем откажусь приветить вас. Кэп известен своим гостеприимством.

— Так, значит, мистер Клейборн действительно капитан? — удивленно переспросил Джеб.

Карлик внимательно посмотрел на Джеба, не понимая причины возникших у него сомнений. Уродливое, похожее на обезьянью мордочку лицо исказила гримаса, которая должна была означать улыбку.

— Ну конечно, якорь мне в глотку. Но мы никогда его так не называем. Все на реке зовут его просто Кэп.

Джеб и Тим расположились у очага и развесили у огня одежду, пока карлик наливал им чай и черпал похлебку из котла. Чай был горячим и очень горьким. Джеб морщился, отхлебывая душистый кипяток и наслаждаясь растекающимся по желудку теплом. Карлик достал откуда-то початую бутылку рома и плеснул немного в кружку Джеба, затем перевел взгляд на Тима и, когда Джеб молча кивнул в знак согласия, налил ему тоже.

Джеб сделал еще глоток. От рома чай стал душистым и не таким горьким. Джебу казалось, что ром проникает ему прямо в кровь и та закипает. Суп был на удивление вкусным — картофель и другие овощи вперемешку с кусками говядины.

Карлик вытащил из кармана странного вида трубку, набил ее табаком и раскурил от уголька, который держал скрюченными заскорузлыми пальцами. Озноб у Джеба постепенно проходил. В каюте было нечем дышать от дыма, гари и кухонных запахов. Прямо над очагом в потолке имелось круглое отверстие для вытяжки, но весь чад прибивало к полу.

Запах табачного дыма вызвал у Джеба неистребимое желание выкурить сигару.

— Что это у вас за трубка? Я никогда такой не видел.

— Я сам ее смастерил, — самодовольно крякнул карлик. — Называется кукурузная кочерыжка. Сделана она из выдолбленного початка и тростника. Тянет великолепно и ароматизирует табак.

— Можно здесь на борту раздобыть сигару?

— Боюсь, что нет, эсквайр. Когда придем в Сент-Луис, вы сможете купить себе сигар.

— Как себя чувствуете теперь, дружище Хоукинс? — раздался из дверей знакомый голос капитана.

— Гораздо лучше, сэр, спасибо. Мы очень признательны вам за гостеприимство, — ответил Джеб, оборачиваясь.

— Не стоит благодарности, это мой долг, — просто отозвался Кэп и тоже подсел к очагу. — Как насчет кружечки той отравы, которую ты называешь чаем, Эзра? И не забудь добавить рому. Эзра утаивает ром для себя. Мошенник, одно слово. А его чай без рома такой горький, что невозможно проглотить. — Кэп взял кружку и отхлебнул из нее. — Вы уже успели познакомиться с нашим поваром Эзрой Боггсом, дружище Хоукинс? По крайней мере сам он так себя называет:

— Можете сколько угодно смеяться надо мной, Кэп, но на всей реке нет другого человека, который может из любой ерунды состряпать такое, что пальчики оближешь!

— Что верно, то верно, Эзра, — кивнул капитан. — Эзра плавает со мной с тех самых пор, когда я впервые около двух лет назад стал возить уголь по реке. Из старожилов больше никого не осталось. Приходится почти каждый рейс нанимать новую команду, капитан Хоукинс.

Работа на барже очень тяжелая, и обычно матросы после первого же плавания бегут.

— Боюсь, я больше не имею права называться капитаном, мистер Клейборн, — мрачно заметил Джеб.

— Почему же, сэр? — Карие глаза Кэпа моментально стали серьезными.

После минутного колебания Джеб рассказал ему свою печальную историю.

— Да, мятежники жестоко обошлись с вами. Если доберетесь до Англии, вам не поздоровится. Хозяин фрегата сотрет вас в порошок. Еще мальчишкой я плавал на морских судах и всякого повидал. Такая жизнь оказалась мне не по нутру. Дружище Хоукинс, а если взглянуть на это дело с другой стороны? Может быть, и к лучшему, что вы теперь свободный человек?

— Я с детства на море и не представляю себе другого занятия в жизни.

— Но что мешает вам попробовать себя в чем-то другом? В здешних краях для умного и предприимчивого человека открывается масса возможностей схватить фортуну за хвост. Как только король Георг прекратит эту заварушку, судоходство на реке станет куда более оживленным, чем теперь. И потом… — Кэп прищурился. — Если женщина торгует своим телом, то какая ей разница, с кем спать.

Слова Кэпа заставили Джеба вспомнить о Саре, Это замечание не рассердило его, поскольку он даже не обмолвился о Саре, рассказывая свою историю. Однако на его лице отразилось беспокойство, что привело Кэпа в недоумение.

— Я не хотел обидеть вас, дружище Хоукинс, — сказал он.

— Вы и не обидели, Кэп. — Джеб отхлебнул из кружки. — Знаете, чего я не могу понять? Почему вы идете только по ночам?

— Да уж, — усмехнулся Кэп. — Естественно, что такая вещь может показаться странной морскому капитану. Дело в том, что испанцы приняли эдикт и установили блокаду на реке. Они запрещают британским и колониальным судам доставлять грузы в Новый Орлеан. При этом сами они нуждаются в угле, который я перевожу, не говоря уж о том, что их собственные грузы лежат на складах из-за отсутствия транспорта. Поэтому они сквозь пальцы смотрят на наши передвижения. Но они иногда задерживают проходящие через посты суда. Правда, делают это не раньше, чем мы разгрузимся в Новом Орлеане. Владельцам плоскодонок проще: они разбирают суда после разгрузки и продают их на доски. Перевозчикам угля куда труднее.