Чтение онлайн

Он поднял пистолет. Накопившаяся в Джебе за последние несколько часов ярость нашла наконец выход. Джеб изо всех сил ударил кулаком по руке, в которой незнакомец держал пистолет, и выбил его. Но этим Джеб не ограничился. Второй сокрушительный удар его мощного кулака отшвырнул противника к стене, Джеб стал спускаться по ступеням с большой осторожностью, подозревая, что внизу может быть засада.

Но, войдя в зал, он успокоился. Игра за столами продолжалась, никто не обратил на него внимания. Джеб прошел через зал, отодвинул портьеру и оказался в холле.

Швейцара Жана на месте не было. Джеб открыл входную дверь и вышел на улицу.

После того как Джеб удалился, Сара еще некоторое время лежала на кровати, глядя в потолок и размышляя. Она все еще была рассержена и чувствовала себя униженной тем, как Джеб обошелся с ней. В ушах снова и снова звучала его последняя фраза: «Вы меня больше не увидите».

Ее охватило чувство невосполнимой потери. Никогда прежде ею не овладевали одновременно такие противоречивые эмоции: ненависть к человеку, который повел себя с ней как грубое животное, и болезненное ощущение утраты. К чему обманывать себя! Несмотря на то что Джеб унижал ее, она его любила. Она всегда будет любить его. Но это противно всякой логике! Как можно любить человека, который так обращается с тобой?

Сара внезапно рассмеялась. В любви нет места логике, теперь она это знает наверняка. Разве она давала Шону повод любить ее?

К черту Джеба Хоукинса! Любит она его или нет, не важно. Она прекрасно обойдется без него. Жила ведь раньше, значит, и дальше сможет. Время сотрет из ее памяти Джеба Хоукинса, превратит кровоточащую сердечную рану в уродливый рубец, в воспоминание, возможно, болезненное, но с этим можно жить.

Сара поднялась, оделась и вышла из гостиной на лестничную площадку. Там она обнаружила Рэнда, который без сознания лежал на полу возле стены. Сара присела возле него на корточки и коснулась его руки. Он поднял голову и взглянул на нее отчужденно. Щека у Рэнда была рассечена.

— Господи, что с тобой случилось? — спросила Сара, помогая ему подняться.

— Да я толком и не понял, — смущенно улыбнулся он, морщась от боли. — Мне послышались крики. Я поднялся наверх, когда из твоей комнаты вышел какой-то бородатый тип. Я направил на него пистолет, но этот сумасшедший выбил у меня оружие, а потом ударил меня.

Таким ударом быка можно свалить!

Выходит, Джеб вовсе не был таким спокойным и равнодушным, каким хотел казаться. Иначе не стал бы вымещать злобу на Рэнде. Но ощущение триумфа тут же пропало.

Джеб ушел из ее жизни навсегда.

— Ты не очень сильно ранен, Рэнд?

— Выживу. Лицо разбито и челюсть ноет, но мне приходилось попадать и в худшие переделки, мадам.

— Тогда спустись вниз и закрой казино.

— Сара, что ты говоришь? Сейчас только десять вечера! — изумленно воскликнул Рэнд.

— В данном случае меня это не волнует. Постарайся сделать так, чтобы публика удалилась как можно скорее. Я никого не хочу видеть.

— Сара, ты не можешь так поступить! Все ждут, что ты выйдешь к полуночи. Если закрыть казино сейчас, мы потеряем половину клиентов.

— Мне все равно! Я хочу остаться одна. Пусть все убираются к черту!

— В том числе и я? — осторожно поинтересовался он.

— В том числе и ты! — вырвалось у Сары, но она тут же взяла себя в руки. — Прости меня, Рэнд. Я не хотела быть грубой, но у меня паршивое настроение, и мне нужно побыть одной. Прошу тебя.

— Как пожелаете, мадам. А ваше настроение… Что случилось? Этот бородатый парень чем-то обидел вас? Если так, я разыщу его и вызову на дуэль!

— Нет, Рэнд. Этого я как раз не хочу. Завтра утром я буду в порядке. Все пройдет.

Рэнд с любопытством взглянул на нее, открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал.

— Спокойной ночи, мадам. Приятных сновидений.

Сара сдержала горький смешок. Вряд ли ей удастся уснуть сегодня, впрочем, как и в последующие несколько ночей!

На лестнице Рэнд чуть было не столкнулся с Жаном, который нес наверх поднос с ужином на двоих.

Сара хотела было отправить ужин обратно, но решила не подавать слугам повода для сплетен. Рэнд не проговорится, а если станет известно, что у нее был джентльмен, который ушел, не дождавшись ужина, это вызовет ненужные пересуды.

Сара впустила Жана и подождала, пока тот поставит поднос на стол.

— Сервировать не надо, Жан. По некоторым причинам мы сегодня закрываемся рано. Так что можешь идти домой.

Жан поклонился с самым бесстрастным выражением лица. Сара закрыла за ним дверь, направилась к бару и налила себе большой бокал бренди. Она залпом осушила бокал, с нетерпением ожидая, когда по жилам растечется тепло и напряжение спадет.

Гнев давно остыл, теперь Сара не чувствовала даже раздражения от поведения Джеба. Ей и в голову не могло прийти, что ее бизнес вызовет у него такую бурную реакцию.

Впрочем, от воспитанного в пуританских традициях человека этого можно было ожидать.

Сара налила себе еще бренди и стала прохаживаться по комнате, грея бокал в ладонях и время от времени отхлебывая из него. Она-то думала, что давно выбросила из головы Джеба Хоукинса, но его сегодняшнее появление всколыхнуло в ней забытые чувства. Даже в разгар ссоры, когда Джеб оскорблял ее, даже в тот момент, когда она лежала обнаженная на кровати, свирепея от собственной беспомощности, ее предательское тело хотело его любви.

Сара закрыла глаза и вспомнила тот час, проведенный на борту его баржи. Она понимала, что ни с каким другим мужчиной ей не испытать такого блаженства. Ее тело и душа не смогут ответить так на ласки другого. Хотя она переживала прекрасные мгновения во время близости с Шоном, никакого сравнения с Джебом он не выдерживал. Если Шону Фланагану, который любил ее, не удалось добиться этого, то кто другой сможет это сделать?

Сара отдавала себе отчет в том, что необходимо смириться с очевидными фактами, какими бы горькими они ни были.

Вдруг она пошатнулась и едва не упала на диван. Она выпила слишком много бренди и ничего не ела с полудня.

Отставив бокал в сторону, Сара отломила кусочек куриной ножки. И вдруг в порыве безотчетной ярости отшвырнула ее прочь, так что она ударилась о стену и шлепнулась на пол. Слезы, которые она силилась удержать на протяжении целого вечера, хлынули у нее из глаз. Сара опустилась на диван и разрыдалась от горя, отчаяния и невыносимой боли.