Чтение онлайн

Но прикосновение — это прикосновение.

Тянусь к их рукам.

К их кулакам.

Когда они уходят — сжимаюсь в углу.

Дрожу. Прячусь. Обнимаю себя.

Но сегодня — иначе.

Чувствую это в воздухе.

Возбуждение. Напряжение.

Они что-то планируют.

Новое.

Хуже.

Дверь открывается. Свет хлещет внутрь.

Щурюсь. Глаза режет.

Белые халаты. Но не одни.

Маленькая фигура.

Девочка?

Никогда не видел девочек. Так близко.

Она выглядит… мягкой.

Хрупкой.

Светлые волосы, как у других «богов».

Такая маленькая по сравнению со мной.

Я мог бы ей навредить.

Не хочу.

Страшно.

«Это твой день рождения», — говорит бог. Кладёт руки ей на плечи.

День… рождения?

Что значит день рождения?

Что они делают со мной сегодня?

«Тебе сегодня десять», — продолжает бог. Улыбается. Слишком много зубов.

«Особый случай. Даже монстрам положена компания на день рождения. Она всего лишь бета, но сгодится. Верно?»

Десять?

Десять лет?

Кажется, прошло больше.

Бог наклоняется к уху девочки.

«Сними с него маску — получишь игрушку.»

Пожалуйста… нет…

Он толкает её внутрь.

Я отступаю.

Мы смотрим друг на друга.

Она дрожит. Боится?

Меня. Конечно.

Все боятся.

Даже я.

Белые халаты смотрят через стекло.

Восторг. Смех.

Почему?

Девочка смотрит на них. Потом снова на меня.

Делает шаг ближе.

Я отступаю.

Утыкаюсь в стену.

Дальше некуда.

Она тянется к моей маске.

Нет. Нет. Нет…

Нельзя ей видеть.

Нельзя никому видеть.

Пытаюсь уйти. Она следует.

Я мог бы остановить её.

Легко.

Но я не хочу причинять боль.

Никогда.

Она гонится за мной.

Загоняет в угол.

Рычу, как зверь.

Оскал.

Нет.

Она хватает маску.

Дёргает.

Срывает.

Крик.

Пронзительный.

Испуганный.

Полный отвращения.

Я знаю, что она видит.

Монстра.

Урода.

Мерзость.

Пытаюсь говорить.

Пытаюсь сказать «прости».

Очень… прости…

Но могу только рычать.

Она бьёт. Пинает. Колотит.

Я сворачиваюсь в клубок.

Прячу лицо в руках.

Хочу исчезнуть.

Хочу умереть.

Дверь распахивается.

Боги врываются.

Думают, я ранил её?

Нет.

Никогда.

Ни за что.

Им всё равно.

Кулаки летят. Ботинки впиваются.

Боль взрывается. Знакомый друг.

Но сейчас — хуже.

Хрустит нос. Кровь льётся.

Прижимают мое лицо, мои зубы к плитке.

Может, они меня убьют.

Наконец.

Закрываю глаза.

Не сопротивляюсь.

«Отправьте это обратно в ад.»

«Пусть присоединится к своей шлюхе-матери.»

«Даже она бы теперь его не захотела.»

Тело замирает.

Мать?

У меня… была мать?

Память всплывает.

Время до боли.

Чьё-то мягкое прикосновение к моему лицу.

Губы, прижатые к моему лбу.

Что-то новое рождается.

Ярость.

Красная.

Жгучая.

Пожирающая.

Что они сделали моей матери?

Боги ранят ангелов?

Разжимаюсь.

Встаю.

Рёв.

Не человеческий звук.

Зверь.

Монстр.

Хорошо.

Я покажу им монстра.

Покажу «мерзость».

Бью. Хватаю. Рву.

Крики заполняют воздух.

Их крики. Наконец-то.

Боги могут кровоточить?

Нет. Не только кровь.

Боги могут умирать.

Сирены воют. Красный свет мигает.

Вырываюсь из клетки.

Стекло трещит. Банки падают.

Кислота.

Дым.

Огонь.

Не важно. Драться. Продолжать.

Кровь богов на моих руках.

Кровь богов в моём рту.

На вкус — свобода.

Я — их дьявол.

Больше белых халатов.

Серые халаты.

Чёрные халаты.

Оружие.

Пули жалят. Не останавливают.

Ничто меня не остановит.

Стены дрожат. Пол гудит.

Взрыв трясёт коридор.

Огонь везде.

Стоп.

Девочка.

Где она?

Замечаю. Загнанная в угол. Пламя подбирается.

Тянусь к ней.

Пытаюсь позвать.

Могу только рычать.

Ещё один взрыв. Громче. Ближе.

Нет времени.

Бросаюсь к ней.

Она кричит. Бежит.

Бежит прямо в огонь.

Гонюсь. Жар обжигает кожу.

Плевать.

Надо спасти.

Моя вина.

Всё моя вина.

Дым душит.

Не вижу. Не дышу.

Вспышка движения.

Тянусь. Почти…

БУМ.

Мир взрывается.

Бетон. Стекло. Огонь.

Лечу. Невесомость.

Боль. Острая. Холодная.

Стекло в одежде.

В коже.

Белый холодный порошок кругом.

Заряжаю руки в него. Он хрустит. Такой мягкий.

Холодная мягкость успокаивает обожжённую кожу.

Не вижу. Слишком ярко.

Закрываю глаза.

Долго лежу на спине.

Сирены перекошены жаром.

Сирены тянутся… тают.

Потом тишина.

Вой вдалеке.

Не сирена. Не человек.

Мягкая песнь одинокого зверя.

Открываю глаза.

Развалины бетона и металла надо мной.

Часть моей клетки — стены снесло взрывом.

Чёрный дым поднимается в бесконечную синеву.

Бесконечную.

Такую большую.

Такую яркую.

Синюю, насколько хватает взгляда.

Небо.

Невозможно.

Я ведь был совсем не «хорошим».