Чтение онлайн

Значительная часть всего этого добра, конечно же, отошла нашим союзникам из Рода Шуйских. Договор есть договор, и я не собирался его нарушать. Хитрая лиса Вероника лично проследила, чтобы ее господин получил свою долю. И доля была, прямо скажем, львиной. Но и нам, Рокотовым, перепало достаточно, чтобы наша казна, еще зиявшая дырой, как карман у нищего, начала потихоньку наполняться. «Мелочь, а приятно», — как говорится.

Главным «трофеем» были, конечно же, не мечи и не золото. Главным трофеем были земли. Род Рокотовых вернул себе все то, что у нас оттяпали в предыдущих «разборках», включая спорный Черный Ручей, из-за которого весь сыр-бор и начался. Мы еще и получили значительную часть владений разгромленных Волконских. Как это произошло? А очень просто. Наследник Волконского, которого в предыдущей стычке (где он был во главе авангарда), такой же заносчивый, зато гораздо более трусливый, чем его покойный дядюшка, примчался к нам с белым флагом, как только осознал последствия полного разгрома. Под «дружеским» давлением Шуйских (леди Вероника умела быть очень убедительной, когда дело касалось интересов ее Рода) он подписал все, что мы ему подсунули. Включая договор о «передаче» нам части его земель в качестве «компенсации за причиненный ущерб».

И земли эти были — просто сказка! Плодородные, ухоженные, с несколькими деревеньками, полными трудолюбивых (и теперь уже наших) крестьян. И даже пара небольших, вполне себе крепких, укрепленных пунктов, которые могли бы послужить нам неплохими «форпостами» на будущее.

Конечно, управлять новыми территориями будет не легко. Тут нужен был глаз да глаз. Я сразу же постарался наладить отношения с местным населением, которое, оставшись без своего барона (а Волконский, как я выяснил, был не только самодуром, но и тираном, так что особых слез по нему никто не лил), было несколько… дезориентировано. Я не стал их грабить, облагать непомерными налогами. Наоборот, пообещал им защиту, справедливость и… ну, в общем, все то, что обычно обещают новые правители. И, кажется, они мне поверили. По крайней мере, вилами в спину пока никто не тыкал.

А дальше начались будни «молодого реформатора». Деньги и ресурсы, которые у нас появились, я немедленно пустил в дело. Во-первых, на укрепление нашей «армии». Мои «ополченцы», которые так героически сражались у перевала, теперь стали ядром моих вооруженных сил. Я распорядился выдать им лучшее оружие из трофейного, обеспечить их нормальными доспехами (хотя бы кожаными, для начала). Начали проводить регулярные тренировки — не такие авральные, как перед битвой, а более планомерные, основательные. Ратмир, командир шуйского отряда, который, по условиям договора, остался у нас на некоторое время в качестве «военного советника» (а на самом деле, я думаю, еще и в качестве «глаз и ушей» Шуйских), взялся за это дело с энтузиазмом. Мои крестьяне на глазах превращаются в дисциплинированных и умелых бойцов.

После того, как отгремел пир, были розданы все долги Шуйским. По условиям договора их войско могло быть у меня еще 30 дней, но я вернул их наемников, дороже было их прокормить. Да и с таким союзником пока никто не осмелится напасть.

Поэтому я засел разгребать текущие проблемы.

Во-первых, мы занялись укреплениями. Наш «замок» был, откровенно говоря, дырявым ведром, а не крепостью. Так что мы начали его латать, чинить, достраивать. Укрепили стены, вырыли новый ров, поставили несколько дополнительных сторожевых вышек. И то же самое — на ключевых точках наших новых земель. Чтобы в следующий раз, если кто-то снова решит к нам «заглянуть на огонек», ему пришлось бы сильно попотеть, прежде чем он сможет добраться до наших «внутренних покоев».

Во-вторых, экономика. Это, пожалуй, было самое сложное. Но и самое интересное. Я начал поощрять торговлю, используя те новые возможности, которые нам предоставил союз с Шуйскими. Леди Вероника была весьма дальновидным коммерсантом. Она быстро смекнула, что с нами можно иметь дело, и помогла наладить первые торговые связи. Наш «чудо-минерал», «магическое мыло», «улучшенные инструменты» — все это пошло «на ура». Конечно, львиная доля прибыли уходила Шуйским (согласно договору, они имели «право первой ночи» на все наши «инновации»), но и нам кое-что перепадало. И это «кое-что» позволяло нам развиваться.

Я также попытался внедрить некоторые «прогрессорские» идеи в сельское хозяйство. Ничего сверхъестественного, конечно. Я не собирался тут устраивать «коллективизацию» или «индустриализацию». Но элементарные вещи — например, основы севооборота (оказалось, местные крестьяне о нем и слыхом не слыхивали, и каждый год сажали одно и то же на одном и том же месте, истощая землю), или улучшенные методы хранения урожая (чтобы он не гнил и не поедался крысами еще до зимы) — все это я пытался им объяснить. Поначалу они смотрели на меня с недоверием. С намеком — что «барон-мальчишка» может понимать в крестьянском труде? Пришлось надавить — «Безумного барона» послушали.

В общем, жизнь в Роду Рокотовых потихоньку налаживалась. Мы перестали быть «мальчиками для битья». Мы становились силой.

Пока мои «экономические реформы» набирали обороты, а «военная машина» Рода Рокотовых потихоньку превращалась из ржавой телеги в нечто, отдаленно напоминающее бронетранспортер, я не забывал и о той странной «зацепке», которая появилась после разгрома Волконского. Загадочные амулеты и бормотание пленного мага о «Хозяевах». Что-то мне подсказывало, что за этой историей с Волконским кроется нечто большее, чем банальная соседская грызня за кусок земли.

Я достал из своей «сокровищницы» (которая теперь, кстати, была не такой уж и пустой) амулеты, снятые с убитых командиров и магов Волконского. Несколько штук, все одинаковые. Маленькие, из темного, почти черного, металла, с выгравированными на них странными, незнакомыми символами. Это были красивые украшения, от них исходила какая-то слабая, едва уловимая энергия. Она не была похожа ни на ту «магическую механику», которую я пытался освоить с Елисеем, ни на что-либо еще, что я успел увидеть в этом мире.

Я позвал Елисея. Наш «штатный маг» после битвы у перевала заметно подрос. Не в смысле роста, конечно, а в смысле уверенности в себе. И, что самое интересное, в смысле магической силы. Похоже, моя «энергетическая подпитка» во время «крафта» ловушек и иллюзий не прошла для него даром. Он стал гораздо сильнее, чем был раньше. Теперь он мог «собирать» более сложные «магические конструкции», и «энергетическое сырье» у него заканчивалось не так быстро. Он даже начал сам предлагать какие-то свои «улучшения» для моих «чертежей», что меня, честно говоря, радовало. Может, из него и вправду выйдет толк. Уже потом я понял, что огромный объем энергии, которую пропускал через себя Елисей, с помощью моей «насосной» способности, мог просто убить его, выжечь его энергоканалы, но ему повезло.

— Елисей, — я протянул ему один из амулетов. — Посмотри-ка на эту «игрушку». Что скажешь?

Он взял амулет, повертел его в руках, поднес к глазам, потом закрыл их, сосредоточившись, пытаясь «просканировать» его магией. Его «магическое зрение» ощупывало предмет, пытаясь «вскрыть» его «внутреннюю структуру».

— Странно… — пробормотал он, открывая глаза. — Энергия… есть. Но какая-то… чужая. Не наша. И символы эти… я таких никогда не видел. Ни в одной книге, ни в одном манускрипте.

Так я и думал. Ничего нового.

— А что это может быть, по-твоему? Предмет силы? Знак принадлежности к какому-то тайному обществу? Или, может, какое-то «устройство»? Для связи? Или для контроля?

Елисей пожал плечами.

— Не знаю, ваше благородие. Может быть, все, что вы сказали. Или ничего из этого. Энергия в нем слабая, но какая-то концентрированная. Как будто это «ключ» к чему-то. Или «метка».

Я снова посмотрел на символы. Какие-то переплетающиеся линии, острые углы, точки… Ничего похожего я не видел ни в одном известном мне гербе или знаке этого мира. Я пытался вспомнить все, что я знал из истории моего мира о тайных обществах, о культах, о масонских ложах, о каких-нибудь «иллюминатах»… Может, есть какие-то параллели? Какие-то общие принципы в символике? Бред, конечно, но кто знает? В этом мире возможно все.