Чтение онлайн

– Прошу за мной, – пригласила Венна, оставила пост, а на ее место тут же встал юноша с усиленно ответственным лицом: такой же вторик в сером костюме.

Они пошли коридорами и залами мимо туристов, прыгающих детей, передвигаемых экспонатов, мимо стен, расписанных крупными сложносюжетными фресками, в которые Элеш не успевал вглядываться, но которые создали у него впечатление чего-то красивого и значительного, нарисованного не просто так. Шли долго, спустились куда-то вниз, постепенно вокруг них пропали люди и наступила тишина. Это случилось так плавно, что Элеш не заметил как впал в легкий транс от пустоты, мягкого света и приятного эха шагов.

Только было Элеш осознал, что находится в трансе и скорее всего это сделали с ним нарочно, как они вошли в большой, высокий пустой зал, где стояли два десятка кресел и столики с напитками и закусками. Но Элеш разглядел это уже потом, потому что совсем другое привлекло его внимание и не могло не привлечь. В большую стену, монотонно раскрашенную тем же серым цветом, каким был костюм Венны, были вмурованы три человеческих тела. Разумеется, это были андроиды, и Элеш сразу это понял, ибо кем еще они могли быть? Но всё-таки в первую секунду его чисто рефлекторной реакцией было: "О боже, мертвые люди!" Именно так бы он воскликнул, если бы успел облечь эту мгновенную эмоцию в словесную форму.

Это были один мужской и два женских андроида: мужчина в середине, женщины в метре по сторонам, все трое подняты на высоту в половину человеческого роста, что на фоне огромной пустой стены создавало впечатление, что здесь бы с радостью разместили кого-нибудь еще. Андроиды были вмурованы наполовину: голова почти вся снаружи, затылок вплотную к стене, плечи и руки почти целиком в стене, но кисти рук снаружи, грудь, живот и бедра видны лишь местами, колени и стопы торчали наружу. Они были голыми, и только гениталии прикрыты полосками белой ткани. Глаза были закрыты, лица не перекошены лишней эмоциональностью, у мужчины чуть заметная усмешка, у женщины по правую руку от него было чуть злобное и одновременно расстроенное лицо, как у страстного игрока, случайно проигравшего решающий раунд. На теле этих двух не было ни царапины, а вот третий андроид был истерзан и обуглен с левой стороны. У этой женщины была оторвана левая нога на середине бедра, оттуда торчали оборванные каркасные нити, а кожа висела ошметками; туловище было в черных пятнах, видимо она горела; левая половина головы обуглена, сквозь щеку виднелся череп и искореженные зубы, а глаз не полностью закрывался веком. Она будто выставляла свои раны, призывая оценить, что бывает с непокорными машинами.

Они подошли, Венна встала в стороне и не отвлекала гостя от разглядывания экспонатов. Элеш конечно знал, что в богатых конторах и некоторых частных коллекциях есть больше сотни андроидов, которых Союз Операторов не берет в обслуживание, но которых, однако, не спешат уничтожить – именно с выставочной целью: как-никак, часть истории человечества, затронувшая почти все уголки Земли. Эти андроиды стоили безумных денег, и дело было не только в деньгах. Элеш мог допустить, что несколько экземпляров есть и в этом фонде, однако не думал, что ему, простому посетителю, вот так запросто покажут их в первый же день. Пока разглядывал, Элеш понял, что теперь он свой, один из лучиков, фонд взял его, а всё остальное, что ему сегодня предстоит, будет или формальностью, или обычным знакомством с теперь уже коллегами. Это осознание внушило ему уверенность, он даже почувствовал себя немного хозяином и этого здания, и андроидов, и самой Венны.

– Кто они? – спросил Элеш.

Венна подошла ближе.

– Мы называем их "три поросенка". Настоящие имена не раскрываются, потому что память еще не расшифрована. Но если условно, то это Наф, – она показала на мужчину, – Нифа, – показала на здоровую женщину, – и Нуфа, – показала на искалеченную. – Они здесь меньше года. Предыдущий владелец перед смертью подарил их нашему фонду с условием уничтожить, когда расшифруют память.

– И навряд ли вы с этим торопитесь, я прав? – весело спросил Элеш, он освоился и ничуть не страшился "поросят".

– Это во власти Императора, от нас не зависит, – сказала Венна.

Элеш подошел к обугленному андроиду и попытался заглянуть в ее приоткрытый глаз.

– Я вижу, Нуфу брали с боем, – заметил он, надеясь услышать подробности.

– Вы правы, солдаты брали ее уже далеко от города. Да и все трое – одиозные существа, если это слово применимо к андроидам. На троих – двадцать семь жертв. Я думаю, у вас будет возможность услышать о них подробнее уже не от меня.

Элеш повернулся к Венне и пристально, ничуть не стесняясь, осмотрел ее с головы до ног.

– А вы сами, как андроид, что у вас? – спросил он.

Ее не смутил ни взгляд, ни вопрос.

– Как андроид… Моя память расшифрована сорок лет назад. За мной, к сожалению, есть жертва. Я устроила поджог, и в том пожаре погибла старушка, – с этими словами Венна сделала скорбное лицо.

– Как быстро вас обезвредили? – спросил Элеш, по привычке и незаметно для себя входя в роль следователя, хоть это было не к месту.

– Быстро, на выходе из города. Я работала в Красноярске, и там была сильная паника.

– Куда вы хотели бежать?

– В Африку. Предупреждая ваш вопрос: да, в Японию ближе, но тогда я уже знала про Японию. Вы знаете, что там случилось?

– Конечно. У меня по истории высший балл.

– Жуткое дело, – вздохнула Венна и этим вздохом сбила следственный пыл гостя.

Он понял, что, действительно, немного взял лишнего, допрашивая второида, который ничем ему не обязан. Чтобы сгладить неловкость, он решил поговорить с оператором.

– А вы, как оператор, как относитесь… к подопечной? – спросил он, сделав рукой неопределенный жест.

– Давно привыкла, – улыбнулась Венна. – Я с ней больше десяти лет, и только с ней. То, что она убила человека… Знаете, в моем возрасте выбирать не приходится. Мне девяносто три, живу одна, чистого андроида не дадут, а прозябать в старческой скуке не хочется.

– О, значит вы застали Второй Сбой?

– Да, но я ничего такого не видела. Родители не выпускали нас с братом из дома, и это всё. Никто ничего не понимал, просто ждали. Нас не коснулось. Потом видели вдалеке пожары, но у нас в районе ничего не горело.

– Где вы жили?

– Тоже в Красноярске. И до сих пор живу там, в том же доме.

– Как интересно, – сказал Элеш.

Через минуту они пошли дальше, поднялись на несколько этажей, им снова стали попадаться люди, уже явно не туристы. Венна остановилась в светлом коридоре с растениями и пустыми птичьими клетками, только в одной сидел крупный белый попугай, который не обратил на вошедших никакого внимания, потому что самозабвенно бился клювом в зеркальце, подвешенное на двух цепочках. В коридоре было две двери, на ближней висела табличка:

Товарищ Виктор Юмин

Критика и исключения

Вторая, дальняя дверь была без вывески, но высокая и вычурно оформленная, будто ее украли с первого этажа, из зала "Древний Египет" и поставили сюда поперек общему стилю помещения. Венна предложила Элешу кресло, сказала: "Я сейчас", – подошла к двери Юмина, сделала какое-то странное движение всем телом, как тренированная лошадь перед забегом, и вошла в темный кабинет. Элеш заметил необычное движение вторицы и даже понял его, но отнюдь не удивился, ибо видел за свою карьеру всякое и пропаганду о второидах воспринимал как нудный фон, необходимый для воспитания юношества.