Чтение онлайн

– Насмехаешься?!

Трудно изобразить должное презрение, когда от натуги хватаешь ртом воздух. Однако Са'Адар справился. Кеннит грустно покачал головой:

– Наговариваешь на меня, а зря. Грех это... Какая же насмешка в том, чтобы лишний раз повторить нечто такое, что тебе давным-давно полагалось бы усвоить?

– Корабль... он... мой по праву. Мы... уже... завладели им... когда вы подошли!

И Са'Адар задышал еще тяжелее.

– Именно так, - сказал Кеннит.
– Но только, если бы я вовремя не подошел и не пустил абордажную команду к вам на борт, "Проказница" сейчас лежала бы на дне морском. Поскольку даже живые корабли не могут ходить по морю совсем без команды.

– Мы... бы... как-нибудь справились!
– И Са'Адар неожиданно бросил весла. Одно заскользило было из уключины наружу. Жрец поймал его и до половины втащил в гичку.
– Прах тебя побери, садись грести наконец! зарычал он на Кеннита.
– Я тебе не раб! И хватит уже обращаться со мной, точно с рабом!

– Раб?.. Да я от тебя потребовал нисколько не больше, чем с самого обычного моряка.

– А я не твой моряк, чтобы ты мною распоряжался. И никогда им не буду! И от требования вернуть корабль не откажусь! Куда бы мы ни пришли, я уж позабочусь, чтобы все кругом узнали о твоей алчности и лицемерии! И за что только тебя любит столько народа, хотел бы я знать? Взять хоть твою несчастную мать, которую ты бросил там. Один Са знает, сколько лет она вынуждена была перебиваться в одиночестве! И вот ты возвращаешься на полдня, чтобы оставить ей пригоршню безделушек и полоумную служанку в подмогу! Как только ты можешь так с матерью обращаться? Разве не положено людям чтить матерей как выразительниц женской стороны Са? А ты обращаешься с нею... да так же, как со всеми другими! Как со служанкой! Она пыталась что-то сказать мне, бедняжка. Я не понял, что ее так расстроило, но горевала она уж точно не о чайном сервизе!

Кеннит, не удержавшись, вслух расхохотался. Его смех ошпарил жреца, точно крапива, он побагровел еще больше.

– Скотина!
– плюнул он.- Бессердечный ублюдок!..

Кеннит быстро огляделся. До оконечности острова было уже недалеко. Однако он сумеет туда догрести. А там... Даже если он совсем обессилеет достаточно будет снять камзол и поднять его, надев на весло, кто-нибудь уж точно заметит его, если не с "Проказницы", так с "Мариетты". Они там, наверное, как раз высматривают его.

– Что за слова в устах жреца, - упрекнул он Са'Адара.- Ты забываешь о своем сане. Ладно, так и быть... Погребу немного, пока ты отдыхаешь.

Это несколько успокоило разъяренного Са'Адара. Он поднялся и, напряженно расставив ноги, начал растирать нещадно болевшую спину, между тем ожидая, чтобы Кеннит поменялся с ним местами. Кеннит тоже приподнялся со своей банки... но тут же тяжело плюхнулся на место. Суденышко резко накренилось. Са'Адар вскрикнул и судорожно схватился за борт. Кеннит раздраженно скривился.

– Затекло все, - буркнул он недовольно.- Даже не ожидал, что так выдохнусь.- Он вздохнул и сощурился, заметив на лице жреца презрительное выражение.- Но если я сказал, что сяду грести, значит, сяду!
– Он поднял костыль, перехватил его поудобнее и протянул кончик Са'Адару: - Когда скажу "давай", подними мне ноги. Мне бы только встать, а там уж управлюсь...

Са'Адар ухватился за костыль.

– Давай!
– велел Кеннит. И попробовал встать, но эта попытка кончилась столь же плачевно. Капитан сжал зубы с видом мрачной решимости.
– Еще раз! приказал он жрецу.
– Да не жалей сил, всем весом тяни!

Са'Адар пустил в ход вторую руку. Кеннит тоже изготовился поудобнее.

– Давай!!!

Жрец рванул что было мочи. А Кеннит... мало того что легко вскочил с банки, но еще и толкнул костыль вперед. И тоже изо всей силы. Костыль угодил Са'Адару в грудь, и тот барахтаясь завалился навзничь. Кеннит надеялся, что он сразу нырнет через борт, но не вышло - жрец повис. Ноги остались в шлюпке. Кеннит ринулся к нему, точно тигр на охоте. Он не боялся упасть - он пригибался и держал основную тяжесть тела как можно ниже: трюк, до которого человеку сухопутному надо еще додуматься. Он схватил Са'Адара за ногу и дернул вверх. Жрец оказался за бортом, но, вываливаясь, сильно лягнул Кеннита и попал босой ступней ему как раз в лицо. Удар получился что надо, по лицу сразу потекла теплая кровь из разбитого носа. Он торопливо утер ее рукавом, потом со всей поспешностью вернулся на банку гребца и подхватил весла. Устроил их в уключинах и принялся мощно грести.

Еще через мгновение голова жреца вынырнула в кильватере гички.

– Будь ты проклят!
– заорал жрец.
– Будь ты проклят именем Са!..

Кеннит ждал, чтобы голова погрузилась и более не всплывала, но, к его некоторому удивлению, Са'Адар неожиданно оказался отменным пловцом. Он погнался за гичкой, бросая себя вперед сильными взмахами рук. "Да, вот этого я не учел. И море здесь, к сожалению, теплее, чем за пределами островов. Не приходится ждать, что его скоро убьет холод. Придется самому..."

Теперь капитан греб не напрягаясь, в ровном, размеренном ритме. Он не до конца солгал Са'Адару - у него действительно одеревенело все тело, но теперь он понемногу разминался. Жрец все плыл, работая руками с проворством отчаяния. Понемногу он настигал маленькую лодку; видно, его тело легче скользило в волнах, чем гичка, в которой остался всего один человек.

Когда он оказался совсем рядом, Кеннит аккуратно убрал весла и вытащил из ножен кинжал. Перебрался на корму и стал ждать.

Он не стал пробовать убить Са'Адара одним ударом. Для этого пришлось бы слишком далеко наклоняться за борт, а значит, существовала опасность, что жрец схватит его и утащит с собой. Вместо этого всякий раз, когда тонущий хватался за борта, Кеннит полосовал его по рукам. По ладоням, по запястьям, по пальцам...

И все это время он молчал, точно сама смерть. Са'Адар же сперва поносил его страшными словами, потом начал просто кричать и наконец взмолился о пощаде. Когда он с силой отчаяния ухватился обеими руками за борт и нипочем не желал отпускать хватку, Кеннит пошел на некоторый риск и ударил его поперек лица, желая ослепить. Но даже это не заставило жреца разжать руки. Он висел и висел, моля капитана оставить его в живых.

Это в конце концов вывело Кеннита из себя.

– Я пытался оставить тебя в живых!
– рявкнул он, прервав молчание.Все, что от тебя требовалось,- это сделать то, чего я хотел! Ты отказался так получай!

И он сбоку пырнул Са'Адара в горло. Кровь хлынула потоком и залила ему руки. Она была гораздо гуще морской воды, да и солонее ее. Жрец наконец разжал руки... Кеннит отпустил рукоять кинжала - и с ней мертвеца. Прокатилась волна, за ней другая, и Са'Адар всплыл вниз лицом. Спустя некоторое время море окончательно поглотило его.

Кеннит еще посидел, глядя в воду, где больше никого не было. Потом вытер руки о камзол и медленно перебрался обратно к веслам. И взял их, заметив, что на ладонях уже появились мозоли. Ну и шут с ними. Они будут болеть, но это не важно. Дело сделано, и он остался в живых. Это было столь же очевидно, как и то, что Госпожа Удача пребывала по-прежнему с ним...

Он вскинул голову и оглядел горизонт. Грести осталось недолго, скоро уже его заметят вахтенные с кораблей. Кеннит улыбнулся и проговорил вслух:

– Спорю на что угодно, что вперед всех меня увидит Проказница. Небось, уже почувствовала, что я к ней возвращаюсь! Эгей, девочка, смотри зорче!.. Напряги свои зеленые глазки!..

– Может, пора уже мне ей глазки-то открыть,- отозвался негромкий голосок. Он прозвучал совсем близко. От неожиданности Кеннит едва не выронил весла. Потом сообразил, что к чему, и глянул на примотанный к запястью талисман. "Долго же ты хранил молчание, приятель..." Миниатюрное подобие его собственного лица было сплошь залито кровью. Вот открылся крохотный рот, высунулся язычок и облизал кровь, как если бы талисман мучила жажда. Интересно, что она стала бы думать о своем славном капитане, знай она его так же хорошо, как и я...