Безумный март в Питере
Шрифт:
– Что вы тут все собрались? – недовольно проговорила Лидия, строго окидывая взглядом каждого из сотрудников по очереди. – Вам что, нечем заняться?
Судя по реакции, Лидию тут побаивались, старушка явно была в авторитете.
– Да мы тут… Вот, документы принесли на подпись, – робко сказала одна из собравшихся, невзрачная девица неопределенного возраста, и в доказательство своих слов помахала какими-то бумагами, которые держала в руке.
– Ну так идите и подписывайте, что вы тут толпу создали, – недовольно проворчала Лидия Анатольевна.
– А там у Павла Сергеевича Завьялов сидит. Вот, ждем…
Это сказал единственный мужчина, высокий симпатичный молодой человек. Его нагловатый тон говорил о том, что в иерархии этой компании он занимает не самое последнее место.
– Ну так сядьте в кресла и ждите. Что вы тут балаган развели? А еще лучше, идите к себе, попозже зайдете, нечего тут торчать, – распорядилась Лидия Анатольевна и повернулась ко мне. – Это приемная, тут ты и будешь пока сидеть. Одежду повесь в этот шкаф пока… Что вы все встали? Давайте, расходитесь, нашли себе развлечение! Это секретарша, вместо Нины Семеновны, временно тут будет.
Сотрудники действительно стали неохотно расходиться. Остались только трое – нагловатый парень, который уселся в кресло у двери в кабинет директора, девица с бумажками на подпись и та, которая сидела на крае моего стола, демонстрируя свои ноги. Теперь она стояла в сторонке и явно не собиралась упускать ни слова из того, что происходило в приемной.
Лидия недовольно покосилась на оставшихся, но продолжать разгонять их не стала и снова обратилась ко мне.
– Ты пока тут располагайся, я позвоню компьютерщику нашему, он тебе доступ сделает, покажет все, что надо. Это вот – прямая связь с Павлом Сергеевичем, – она ткнула в один из стоящих на столе телефонных аппаратов. Он сам тебе все объяснит. Что еще? А, вот кофемашина. Сможешь сама разобраться?
Я не слишком уверенно кивнула, созерцая внушительных размеров агрегат, стоящий рядом с моим столом на отдельной тумбе.
– А что все-таки с Ниной? – спросил парень, с интересом наблюдавший за нами. – Она к нам вернется?
Лидия Анатольевна смерила его надменным взглядом, явно намекающим, что тот лезет не в свое дело, отвечать не стала, а просто подошла к двери директора, постучала и вошла в кабинет, оставив меня в приемной.
– Да ты не теряйся, – доверительно сказала мне длинноногая, как только дверь в кабинет закрылась. – Пальто вот сюда повесь, здесь есть плечики. Тебя как зовут?
Я благодарно улыбнулась, поспешив избавиться от надоевшего мне пальто, которое все это время вынуждена была держать в руках, и вернулась к столу.
– Яна меня зовут. Я тут временно.
– Понятно. А я – Олеся. Я из логистического отдела.
У этой Олеси, как, впрочем, и у остальных присутствующих явно было ко мне миллион вопросов. К счастью, дверь в кабинет Павла снова открылась, и оттуда донесся голос Лидии.
– Яна, подойдите к нам!
Я кивнула своей новой знакомой и проследовала в кабинет, столкнувшись в дверях с выходящим мужчиной. Это был статный седой мужик, в котором угадывалась военная выправка. Меня он смерил хмурым оценивающим взглядом, пропустил внутрь и быстрым шагом покинул приемную.
Пашкин кабинет впечатлял. Мебель была основательной, массивной и явно дорогой. Помимо обычного для начальственного интерьера стола для совещаний и самого директорского стола в кабинете также был небольшой уютный диванчик в углу с небольшим журнальным столиком – типа попить кофе в приватной обстановке. Почему-то этот диванчик мне очень не понравился. Интересно, с кем это он там кофеек гоняет?
На стенах висели какие-то дипломы в рамках, я не стала разглядывать, какие именно, несколько картин – обычные модные абстракции в сдержанных тонах, и напротив Пашкиного кресла – огромная плазма, там транслировался новостной канал, правда, без звука. Сам Пашка, да нет, уже не Пашка, а Павел Сергеевич Кольцов, генеральный директор компании, в строгом костюме и в очках, сидел в высоком кожаном кресле и подписывал бумаги, которые подсовывала ему стоящая над ним Лидия Анатольевна.
Я застыла посреди кабинета в напряженной позе, совершенно не зная, как себя вести в этой непонятной мне ситуации с этим новым Павлом – строгим, суровым и далеким, как планета Юпитер. Я вызвала в памяти картину сегодняшнего утра, когда Пашка в расстегнутой рубашке искал в шкафу затерявшийся носок, и никак не могла смириться с тем, что тот, утренний Пашка, уже ставшим своим, родным, внезапно превратился в этого отстраненного мужчину, занятого какими-то важными делами.
– Я уже вызвала Егора, – говорила меж тем Лидия, подсовывая Павлу все новые и новые документы. – Он сделает ей ограниченный доступ…
– Почему ограниченный? Пусть сделает полный, – распорядился Павел.
– Но… мне кажется, что это преждевременно, Павел Сергеевич.
– Я сказал – полный, как был у Нины. У меня нет времени, чтобы вводить все постепенно. Я вполне доверяю Яне Владимировне, – Павел бросил на меня быстрый взгляд, изволив заметить мое присутствие. – Ну, вы там как, Яна, осваиваетесь?
– Да, потихоньку, – пробормотала я, испытывая странную робость.
– Павел Сергеевич, я тогда вас оставлю, вы объясните главное. А я подойду через полчаса, проверю и уже посвящу в остальные детали. Мне еще надо списки для бухгалтерии подготовить.
– Да, конечно, идите, – согласился Павел, откладывая ручку, и Лидия, посмотрев на меня с явным недоверием, вышла, прихватив ворох бумаг.
– Ничего так у тебя, симпатично, – проговорила я, как только за Лидией закрылась дверь, чувствуя себя явно не в своей тарелке. – Кабинет такой, начальственный. Да и ты тоже…
– Что я? – переспросил Павел, роясь в ворохе бумаг на столе.
– Ты такой важный, серьезный. На кривой козе не подъедешь…
– Да? – слегка удивился Павел. – Не замечал… Ладно, Ян, давай к делу. У меня полно работы. Я договорился с Лидией, основную часть документооборота она пока на себя возьмет, твоя задача – телефон и почта. Егор, наш компьютерщик, сейчас подойдет и все тебе подключит.
– Там у тебя народ в приемной собрался, – сообщила я.
– А вот это – главное. Документы на подпись собирай, будешь ко мне заходить время от времени, как скопится, я буду подписывать. И не пускай сюда никого, если будут настаивать, что срочно, вот это – прямой телефон ко мне, звони и спрашивай. И смелее с ними со всеми, а то на шею сядут. И я тебе сейчас пару сообщений перешлю, я смысл ответа накидал, надо будет перевести на английский и отправить. В общем, по ходу дела разберешься… И еще, сделай мне кофе, пожалуйста. Все иди, у меня куча дел.
– Слушаюсь и повинуюсь, мой господин, – хихикнула я и вышла в приемную.
– К Пал Сергеевичу можно? – сотрудники, оставшиеся в приемной, при моем появлении поднялись с мест и выжидающе уставились на меня.
– Нет, он занят. Документы оставьте мне, я подпишу чуть позже, – я постаралась говорить как можно строже.
– Черт знает, что такое, – парень явно расстроился. – Яна? Вас так зовут? Вы не могли бы передать, что у меня срочно.
– Могла бы, – не стала спорить я. – Если вы представитесь, конечно.