Чтение онлайн

Неужели "коллеги" хранителя нашли его? — размышлял Дженс. — Так быстро? И они рискнули пролезть сюда? Невероятно… Но если не они, то кто? Кому еще он мог понадобиться? Других вариантов я не вижу. Впрочем, я не много и знаю о нем. Если это и правда его "коллеги", то он ошибся, приняв предложение Эльзы. Возможно, сам он смог бы укрыться надежнее. Сейчас его унесут из управления, где-нибудь спрячут и допросят. С пристрастием. Где реликвия и все такое. После чего, возможно, одним вором в Ням-Ням станет меньше. Да не возможно, а наверняка. Такое хранителю не простят. Потерял реликвию, скрывал это, да еще и обратился за помощью в УН. Нет, в живых его точно не оставят.

Для верности Дженс выждал минут десять. Вдруг они идут медленно, или заблудились? Пусть уж уйдут подальше, а я за ними…

Прихватив подаренную хранителем связку — теперь-то уж она ему точно не понадобится! — Дженс покинул камеру. Прошел до конца коридора. Дверь на лестницу преступники закрывать не стали — зачем? — и Дженс начал подниматься по ступенькам.

Идти оказалось тяжело, Дженс все еще не отошел от боя в Желтом Доме. Да и подвальные условия совсем не способствовали быстрому восстановлению.

Дженс шел медленно, с остановками, экономя силы. Вдруг по пути кто-то встретится? Нужно быть готовым к бою.

Дженс в общих чертах знал, что где находится — когда-то давно, чуть ли не в другой жизни, когда он первый и единственный раз пришел в "библиотеку" Кен провел экскурсию. Да и заблудиться здесь весьма проблематично. Нужно идти все время наверх…

Дженс уже миновал этаж, где находились "пыточные", когда услышал крики.

Крики явно доносились из "пыточных".

Это что такое? — подумал Дженс. — Опять Кен записи слушает? Да нет, не похоже…

— Не знаю, я ничего не знаю! — надрывался мужской голос. — Я не причем! Я не знаю, кто их украл!

Голос явно принадлежал четвертому хранителю Джидигриз. Похоже, адепты не стали рисковать, выводя бывшего коллегу из подвалов. Решили допросить "на месте". Ну да, почему бы и нет? Кроме Кена, никто не услышит. Весь инструмент — на месте. Подвергли интенсивным пыткам, узнали все, что надо, убили, ушли. Меньше мороки…

Голос снова перешел в крик. Судя по тому, как кричал допрашиваемый, адепты подошли к делу со всей серьезностью. Ну да, времени у них мало, до утра нужно успеть. Некогда предаваться тонкостям психологического допроса. Нужно сразу сломать и все выведать…

Дженс и не заметил, как остановился. Он размышлял о том, что происходит, а в край сознания закралась мыслишка — надо что-то делать.

Когда эта мысль окрепла и стала заметной, Дженс попытался прогнать ее.

С чего я должен помогать ему? — подумал Дженс. — Кто он такой? Вор! Преступник! Так ему и надо! Был бы приличный человек, тогда другое дело…

Дженс поднялся на несколько ступенек выше и остановился. Клевальски был противником насилия. Вор должен сидеть в тюрьме. Убийца — казнен. Но пытки…

К тому же, он мне помог, — размышлял Дженс. — А я сейчас уйду, не попытавшись что-нибудь сделать для него?

Но если я ему помогу то, скорее всего, не смогу сбежать. И тогда завтра меня ждет то же самое… только в исполнении Кена.

Что же делать?

Вопли становились все громче, все отчаянней. Дженс сжал зубы, стараясь не думать о том, как именно пытают хранителя.

Все равно я не справлюсь с ними, — подумал Дженс. И поднялся еще на несколько ступенек выше.

Но я могу найти Кена. Вдвоем мы сможем что-нибудь предпринять.

Но если найду Кена, то уже точно не смогу сбежать.

Но хранитель помог мне… Без него у меня не было бы никаких шансов…

Дженс попытался побороть голос совести. Но не смог. И отправился на поиски библиотекаря…

Кена он отыскал в одном из помещений на первом этаже, переоборудованного под жилую комнату. Он лежал на кровати, связанный по рукам и ногам, да вдобавок привязанный к ней. Во рту торчал кляп.

Клевальски с тоской посмотрел на связку отмычек в своих руках. Еще не поздно уйти. До свободы осталось совсем чуть-чуть. Открыть последние двери, выбраться на первый этаж управления. Если двери закрыты — а так наверняка и есть — разбить стекло и вылезти через окно. И — свобода, а вместе с нею и жизнь!

А стоимость свободы — всего лишь жизнь одного вора…

Матеря себя последними словами, Дженс убрал связку с отмычками в карман и подошел к библиотекарю.

Может, позже еще представится шанс, — подумал Дженс, хотя и не верил в это.

Клевальски вытащил кляп, и тут же чуть не оглох от яростного, изысканного мата. Не обращая внимания на словоизвержение Кена, Дженс начал распутывать веревки.

Освободившись, Кен тут же вскочил.

— Где эти… — дальше вновь последовали нецензурные выражения.

— В пыточных. Им понадобился хранитель.

— Ну я им сейчас устрою… — угрожающе пробормотал Кен, подходя к шкафу и открывая его.

Дженс увидел, что шкаф забит оружием — арбалеты, мечи, топоры, кинжалы.

— Оглушили меня, пока я спал, — пояснил Кен, выбирая оружие.

Дженс прикинул, успеет ли добежать до следующих дверей, выскочить за них и закрыться снаружи. Получалось, что не успеет. Учитывая нынешнюю не очень хорошую спортивную форму.

Кен вооружился арбалетом, коротким мечом и дубинкой.

— Сколько их?

— Я видел четверых.

— Нормальный расклад.

Кен вдруг замер, словно о чем-то вспоминая… И расплылся в широкой улыбке.

— Извини, что забыл поблагодарить. Ты же меня освободил! Кто знает, оставили бы они меня в живых, или нет. Да и хранитель под моей ответственностью. Как я в глаза Эльзе смотреть буду, если его убьют? Как я себе в глаза — в зеркале — смотреть буду, зная, что какие-то уроды оглушили меня, связали, и ушли безнаказанными!

Кен подошел к Дженсу, заключил его в крепкие объятья.

— Спасибо, друг, спасибо. Я твой должник.

Похлопав Дженса по спине, библиотекарь отступил и стал заряжать арбалет.

Хорошо, что он не спрашивает, как я здесь оказался, — подумал Дженс. — Сейчас он пойдет освобождать хранителя, а я попытаюсь сбежать…

И тут возникло нехорошее ощущение. Будто произошло что-то неприятное, а он этого вовремя не осознал…

Дженс сунул руку в карман. Так и есть! Связка с отмычками пропала! И вытащил их Кен — больше некому!

А заряженный арбалет уже смотрел Дженсу в грудь. И взгляд Кена был совсем не такой добрый, как полминуты назад.