Чтение онлайн

Видя, что обе дамы больше ничего не хотят сказать, настоятель спрятал свой талисман и вновь поднялся по известняковым ступеням на залитый солнцем склон холма. Остальные гробницы выглядели похоже, разве что сохранились похуже.

Последовавший за этим пикник прошел в неловком молчании. Алексия, мадам Лефу и настоятель сидели на квадратном лоскутном пледе, расстеленном на могиле, а другие тамплиеры устроили трапезу неподалеку. Один, как водится, ничего не ел, а лишь заунывно читал Библию. Настоятель, видимо, счел это подходящим предлогом, чтобы не вступать ни в какие разговоры со своими спутницами.

Алексия съела яблоко, два кусочка хрустящего хлеба, смазанных каким-то томатным соусом, и три крутых яйца с той самой зеленой подливкой, которая привела ее в восторг накануне.

Когда с едой было покончено и Библию убрали, все стали готовиться к отъезду. Алексия поняла, что у пикника есть одно преимущество: посуду они не использовали, а значит, и бить ничего не пришлось.

— Не так уж плохо у нас здесь устроена жизнь, правда, моя бездушная? — наконец обратился к ней настоятель.

Отрицать очевидное не имело смысла: и впрямь всё выглядело недурно.

— Италия — прекрасная страна. И вашу кухню и климат тоже не в чем упрекнуть.

— Вас ведь… как бы это вежливо сказать — не очень-то ждут дома, в Англии?

Алексия хотела было возразить и похвастаться публичными извинениями Коналла, но передумала. Вместо этого она ответила:

— Вы очень дипломатично выразились, мистер тамплиер.

Настоятель скривил губы в своей жуткой, лишенной веселья гримасе.

— Тогда, может быть, моя бездушная, вы примете мое предложение и останетесь здесь, с нами? Давно в нашем флорентийском храме не обитали запредельные, не говоря уже о женских особях вашего вида. Мы позаботимся, чтобы вы ни в чем не нуждались, пока будем вас изучать. Предоставим вам собственное жилье — более обособленное, чем сейчас.

Лицо Алексии помрачнело: она вспомнила свою злосчастную встречу с доктором Симонсом и клубом «Гипокрас».

— Однажды мне делали такое предложение.

Тамплиер склонил голову к плечу, неотрывно глядя на нее.

Видя, что настоятель, кажется, вновь в настроении разговаривать, Алексия спросила:

— И вы готовы постоянно терпеть среди вас дьявольское отродье?

— Нам к этому не привыкать. Мы, члены братства, — первое оружие Бога против сверхъестественных. Мы призваны исполнять свой долг, чего бы это нам ни стоило и чем бы ни угрожало. Вы могли бы принести большую пользу нашему делу.

— Боже милостивый, вот уж никогда не думала, что я такой лакомый кусочек, — Алексия многозначительно приподняла брови.

В разговор вмешалась мадам Лефу:

— В таком случае почему вы не принимаете с таким же радушием оборотней и вампиров?

— Потому что они не рождаются демонами. Родиться с вечным грехом — то же, что родиться с грехом первородным. Бездушные страдают, как и все мы, образно говоря, несут свой крест, только без надежды на спасение. А вампиры и оборотни избрали свой путь по доброй воле. Приняли губительное решение. Отвергли спасение, и это тем более непростительно, что первоначально они были наделены избытком души. Они могли бы вознестись на небеса, если бы только устояли перед искушением сатаны. Но они продали большую часть своей души дьяволу и стали чудовищами. Своим существованием они оскорбляют Бога, потому что бессмертие даровано только Ему и ангелам Его.

Тамплиер говорил спокойно, без эмоций, без интонаций и без тени сомнения.

Алексия похолодела.

— И потому вы хотите убить всех сверхъестественных?

— Это наш вечный крестовый поход.

Алексия мысленно произвела кое-какие подсчеты.

— Уже больше четырехсот лет, если не ошибаюсь. Похвальное постоянство.

— Божественное предназначение — преследовать и убивать, — процедила мадам Лефу. Тон у нее был крайне неодобрительный. И неудивительно, принимая во внимание тот выбор, который сделала она сама: стать творцом, механиком и конструктором.

Настоятель перевел взгляд с Алексии на француженку.

— А как вы думаете, госпожа ученая, в чем состоит ее божественное предназначение? Предназначение бездушного существа, наделенного единственной способностью — нейтрализовать проявления сверхъестественного? Вы не думаете, что она послана на эту землю как инструмент? Мы можем дать ей цель, пусть она и всего лишь женщина.

— Погодите-ка!.. — Алексия вспомнила, как однажды, перед свадьбой, жаловалась Коналлу, что ей хочется приносить пользу обществу и государству. Тогда королева Виктория сделала ее маджахом. Теперь эта должность потеряна, но все же убийство вампиров и оборотней по приказу секты религиозных фанатиков — это вовсе не то, о чем она мечтала.

— Вы хоть представляете, какая вы редкость — женская особь вашего вида?

— У меня начинает складываться впечатление, что я еще большая редкость, чем мне казалось до сих пор, — пробормотала Алексия, принявшись озираться со смущенным видом — якобы ее тревожит некая физиологическая потребность. — Скажите, нельзя ли мне отлучиться за какой-нибудь кустик, прежде чем мы двинемся обратно в такой длинный путь?

У тамплиера сделался не менее смущенный вид.

— Если вы настаиваете.

Алексия дернула мадам Лефу за рукав и потащила за гробницу, вниз по склону холма, к маленькой рощице.

— Вот и с Анжеликой то же было, — заметила мадам Лефу, вспомнив свою бывшую возлюбленную. — Когда она была беременна, ей все время хотелось… ну… вы понимаете…

— Да нет, это просто уловка. Я хотела с вами кое о чем поговорить. Этот анх на шее — вы заметили, что он склеен?

Мадам Лефу покачала головой:

— А вы думаете, это имеет какое-то значение?

Алексия никогда не рассказывала мадам Лефу ни о мумии, ни о том, что символизирует разбитый анх — иероглифический знак запредельных.

Поэтому она торопливо пояснила дальше:

— Я думаю, тот мужчина из гробницы был запредельным, женщина — вампиром, а мясо предназначалось для оборотней.

— Культура гармоничного сосуществования? Возможно ли?

— Было бы ужасно самонадеянно с нашей стороны считать Англию первым и единственным прогрессивным обществом.

Алексия испытывала тревогу и даже страх. А что, если тамплиерам известно значение анха? Тогда ее положение гораздо хуже, чем казалось до сих пор. Безумные фанатики найдут способ превратить ее в инструмент, живой или мертвый.

— Очень надеюсь, Флут сумел передать сообщение в БРП.

— Любовную записку для вашего оборотня? — голос у мадам Лефу был задумчиво-печальный. Затем она окинула взглядом пустой холм и вдруг забеспокоилась. — Думаю, моя дорогая Алексия, нам лучше вернуться к коляске.

В самом деле, потихоньку начинали сгущаться сумерки, чего Алексия, наслаждавшаяся живописными видами и интеллектуальными загадками, которыми изобиловали древние строения, даже не заметила.

— Ах да. Пожалуй, вы правы.