Чтение онлайн

Он снисходительно взглянул на меня, и что-то было в его глазах – тень, заставившая сердце сжаться. Внезапно настигло осознание того, что его заботила моя судьба. Там, вдалеке от покровительства Главного Фамильяра и неусыпного внимания его пернатой армии мне предстояло действовать самостоятельно и выбираться из возможных трудностей. А трудности будут, как пить дать. Кажется, кто-то испугался ответственности. Это я что ли?!

Глава 4

Стэнли настоял на том, чтобы я съездила домой и собрала вещи прежде, чем он отведет меня к Джошу. Насколько длительным окажется мое пребывание в окружении вампиров – никто из нас не предполагал. Чем больше я думала о них, тем сильнее омрачались мои мысли о предстоящем уикенде. Как я могла помочь нежити, и какая выгода в этом для Стэнли? Что его могло связывать с вампирами? Наши миры разделяли мили и защитные чары, после Великой Войны наши народы оказались по разные стороны железных ворот. По указу Верховной Ведьмы на земли магов им ступать было запрещено, а незаконное проникновение расценивалось, как нападение. Однако, Стэнли каким-то образом нашел общий язык с нежитью вопреки запрету правительницы. Она действительно не в курсе? Или ее попросту уже не существует.

Посчитав, что демонстрировать наряды в гостях мне случая не представится, я взяла с собой повседневную одежду – пару сменных футболок, свитер, запасные джинсы, белье и несколько пузырьков с зельями. Надела серые узкие джинсы, тонкий пуловер ажурной вязки цвета топленого молока, а сверху накинула черный кожаный жакет. И посмотрелась в зеркало. Непривычно, но удобно. Для предстоящей прогулки вполне подойдет. Из обуви я предпочла сапоги до колен на небольшом аккуратном каблучке, наивно надеясь, что бегать мне не придется. Волосы оставила распущенными, провела по ним щеткой и вздохнула. Я никогда не покидала родной дом, не бывала вне Эгморра, и легкое волнение казалось простительным. Но я оставляла здесь ворох проблем, решение которых требовало немедленного решения. Мысли об этом терзали душу, хоть я не в отпуск чемоданы собирала. Выполню работу – Стэнли отпустит Джоша. Я не оставлю ему выбора, а он не посмеет перечить. Теперь первоочередной задачей было вернуться домой в целости и без набора новеньких клыков.

Бена в комнате не было. Я подошла к окну и присела на подоконник. В машине я не осмелилась обсуждать с ним цель визита к Стэнли, он отнесся с пониманием к моему молчанию и не приставал с расспросами, частично получив информацию из моих мыслей. Дома он помрачнел и ушел в себя, и я не могла понять, чем это было вызвано. Пока я переодевалась, Бен готовил кофе. Жаль, что не удастся попрощаться с сестрами, но, с другой стороны, так будет лучше. Незачем им беспокоиться, да и дела Стэнли не должны затрагивать мою семью. Должны бы, но затрагивали раз за разом. Вздохнув, я устало потерла пальцами переносицу. За дверью послышались неторопливые осторожные шаги – Бен поднимался по лестнице. Он медленно открыл дверь и замер в проходе с двумя чашками кофе в руках. Я взглянула на него из-под занавеса волос. Он встретил мой взор с непроницаемым выражением лица. Я думала, что так он пытался скрыть неловкость, вызванную прогрессирующим "искуплением". Но в его глазах появилась новая глубина, в ней можно было утонуть. Не в застенчивости дело – ему невыносимо было видеть меня в подавленном состоянии.

Шагнув в спальню, Бен закрыл за собой дверь. Он стоял и смотрел на меня, а я испытывала легкое волнение и не знала, куда деть руки, поэтому скрестила их на груди. Мысли из головы вылетели, слова застряли в горле. Бен изогнул бровь, когда пауза затянулась, я под его пронзительным взглядом смутилась и заморгала.

– Мне надо что-то объяснять?- спросила я, понимая, что он уже все, что нужно, прочел в моей голове.

Пожав плечами, он приблизился и протянул мне мою чашку. Я уставилась на нее, но, опомнившись, расплела руки и приняла. Она обжигала ладони, согревая. Я вдохнула крепкий бодрящий аромат и прикрыла веки.

– Зачем?

Я нахмурилась и открыла глаза, посмотрела на него. Ни один мускул на лице Бена не дрогнул, но во взгляде ощущалась тяжесть размышлений. Его что-то беспокоило.

– Может, тебе неприятно, что я приняла решение, не спросив твоего мнения?

– Нет. Мне понятен твой выбор, и я не против познакомиться с кровососами.

– Тогда почему я чувствую, что ты чем-то недоволен?

Бен отпил из чашки, глядя мимо меня в окно.

– Знаю, тебе необходимо переключиться на что-то, чтобы не сойти с ума. Но стоит ли оно того? Ты ничем не обязана Стэнли.

– Я хочу быть подальше от Тома. Хоть немного. Я не верю, что у Тома не возникнет новых творческих идей.

– Именно поэтому нет гарантий, что он не достанет тебя там,- он перевел на меня красноречивый взгляд. Я похолодела.

– Верно, нет. Но я надеюсь, что расстояние его ослабит.

Он подошел к окну и выглянул на улицу, отпивая кофе. Я придвинулась к нему, невольно вдохнув волнующий аромат его кожи. Зажмурилась и опустила голову. В моей ванной комнате появились его вещи, бритвенный станок, зубная щетка…. Мы жили под одной крышей не первый месяц, а я никак не могла привыкнуть к мужскому духу в своей спальне. Не научилась сдерживать приятное волнение и глупую улыбку. А каково было Бену? Думаю, сложнее, чем мне. Почти в каждой комнате находились вещи Джоша, в общей ванной полка перед зеркалом была уставлена его средствами личной гигиены, в сушке и на спинках стула висели шмотки, но они не вызывали у меня трепета. Я относилась к его присутствию в доме, как к должному. А Бен…. Здесь дело обстояло куда деликатнее. У меня не было опыта семейной жизни с мужчиной. Обычно, до этого не доходило, и я не подпускала никого так близко. А сейчас испытывала почти детскую радость, думая, что нас связывает с Беном.

– Мы оставляем дом без присмотра,- тихо сказал он и покосился на меня.

Я открыла глаза и испуганно посмотрела на него.

– Думаешь, он узнает и воспользуется моментом?

– Я не могу знать наверняка, но нельзя отрицать вероятность такого поворота событий.

– Но я должна ехать,- чуть слышно проронила я.- И хотелось бы, чтобы ты был рядом.

Я качнула головой и отвела глаза. Кого я должна выбрать между сестрами и Джошем? Нельзя же разорваться…. Оградить от опасности всех мне не под силу. Пригубив из чашки, я прерывисто вздохнула, но Бен вернул меня из размышлений – поглядел сверху вниз, придавил тяжестью своего взгляда. Я робко посмотрела на него. Когда мы встретились глазами, он помрачнел и отвернулся к окну. Захотелось прикоснуться – я потянулась к его руке, дотронулась пальцами до закатанного рукава рубашки. Он шевельнулся, поднося чашку ко рту, и мне пришлось отпустить его.

– Что ты скажешь Мишель? Монике невдомек, что вокруг творится, но Мишель….

– Она ничего не помнит, но чувствует, слышит в нашем красноречивом молчании. Она еще не окрепла.

– Ты тоже,- совсем тихо произнес он.

Я прикрыла веки, пропустив его реплику.

– Моника настолько увлечена собой, что даже не заметит нашего отсутствия. Разве что, твоего.

Бен поморщился.

– Я как-нибудь переживу. Мне неуютно с ней в одной комнате.

– Она раздевает тебя глазами,- колко отметила я, не замечая, как губы растягиваются в улыбке. Бен хмыкнул.

– Поэтому и неуютно.

Я поджала губы и холодно посмотрела на него. Он выглядел довольным, в синеве глаз кружились злорадные искорки. Отпускать шуточки в адрес друг друга мы научились. Прекрасно. Мы так справлялись со стрессом.

– За ними приглядят фамильяры,- допив кофе, я поставила чашку на подоконник.

– Ага, прошлой ночью они сильно помогли тебе,- в его голосе послышалась стальная нотка. Он уже не улыбался, глаза стали холодными. Веселье уходило с его лица, как уходит за горизонт солнце, оставляя мир в темноте.

– Будем надеяться, что в разум сестер Том не искал лазейку.

Мы переглянулись, но я быстро отвела взор и поднялась, стянув пустую чашку. Бен отступил от подоконника и преградил путь. Я оказалась вынуждена смотреть ему в глаза. Струйка силы проплыла между нами, от нее по коже поползли мурашки. Он медленно поднял руку и коснулся моего лица, я потерлась щекой о его ладонь. Движения пальцев еще были изучающими, невесомыми, но Бен быстро учился. Его брови дрогнули, на лице мелькнуло выражение, которого я у него никогда не замечала. Это была неуверенность в себе. Совершенно нормальное человеческое выражение и совершенно неуместное на лице этого красивого и сильного мужчины. Вдруг он что-то почувствовал, и у него напряглись скулы. Злость – лучшее лекарство. Я невольно улыбнулась, смутив и смягчив его.

Сила закружилась в комнате теплым ветром. Я смотрела на Бена, в ледяную и неприступную глубину глаз, и вдруг ощутила тяжесть внизу. От судороги желания стало трудно дышать. Такое бывает от случайного жеста, от поворота головы, и у тебя перехватывает дыхание, тело реагирует на уровне, тебе неподконтрольном. Когда это случается, ты делаешь вид, что ничего не было, скрываешь это. И упаси небеса, чтобы объект этого внезапного желания о нем узнал. Я коснулась ладонью его груди, и даже через ткань футболки кожа озарилась магией. Послышался звук подъезжающей машины, и Бен посмотрел в окно – движение одних лишь глаз. Его лицо разгладилось, и он убрал руку.