Чтение онлайн

Пятнадцатая потянула за собой Лись, и они скрылись в лесу. Я ещё раз оглядел себя. Доспех сидел удобно и почти не мешал, разве что прибавляя веса. За спиной в рюкзаке лежали контейнеры — у меня и у Зенки. Пояс был буквально покрыт пузырьками с мазью. Зенка стояла, судорожно сжимая в руках копье — ей можно было только посочувствовать. Я махнул девушке следовать за собой и отправился параллельно десятку, надеясь, что выдержал направление верно.

Сначала было тяжело определять «по свисту», кто где находится, но вскоре удалось приноровиться. Основной отряд поначалу ушел вперёд, но вскоре с той стороны послушался шум боя. Наши два маленьких отряда успели нагнать основной, когда бой закончился. Зенка пыталась шепотом болтать и даже предлагала сходить узнать, как дела у ребят, но я строго-настрого запретил. Хохо исправно три раза свистел на перекличке — а значит, всё было в порядке. С их стороны я подлостей не ожидал — шесть бойцов могут за себя постоять, а вот к свисткам Пятнадцатой прислушивался. То ли десятник меня заразила своими страхами, то ли я просто чувствовал то же, что и она. Мне было неспокойно.

Первый протяжный свисток прозвучал со стороны Хохо. Я вручил свой свисток Зенке, напомнив свистеть три раза и слушать свистки от Пятнадцатой, а сам кинулся в сторону основного отряда. До отряда было совсем немного, меньше тысячи шагов, но даже бегом я преодолевал их долго. К моменту моего прихода картина уже была полностью ясна. Отряд зажали два обжоры и таран. Наши выставили копья заслоном, но не могли и с места сдвинуться. Сзади был бурелом с поваленными стволами, сбоку глубокий овраг, из которого они сами только что выбрались, а с другого боку — настолько густые заросли, что можно и в паре шагов потеряться. Обжоры — покрытые костяными наростами твари, похожие на хищников, но уже освежёванных — постоянно наскакивали на отряд. В холке они были в рост человека и весили раза в три больше. Сдерживать их натиск было очень тяжело, а таран уже смекалисто готовился к атаке. Его от обжор отличало наличие рогов и ещё большие размеры — вся передняя часть была непробиваема из-за костяной брони. Судя по следам на щите Пуза, несколько атак отряд уже выдержал.

К тарану я вышел удачно — сзади. Чтобы оценить ситуацию, у меня ушла всего секунда. Медлить было нельзя, и я прыгнул на тарана, вбивая копье в покрытый черной кожей зад. Кожа была сухая и лопнула, как кожура перезрелого плода. Особого впечатления на тарана эта атака не произвела, но этого и не требовалось — бил я в спешке, стараясь отвлечь нежить от отряда и заставить повернуться ко мне. Пятнадцатая натаскала меня хорошо: куда бить тарану, чтобы сделать ему очень больно — я знал. Оставалось ещё придумать, куда мне потом самому сбежать. Таран начал неспеша всем туловищем поворачиваться ко мне и подставил незащищенный бок. Туда-то я и всадил копье. Тварь взревела и стала двигаться шустрее. А мне осталось только смещаться, стараясь удерживаться у нее под боком.

Отряд воспользовался тем, что таран больше не угрожал всех раздавить, и дружно накинулся на обжор. Те шипели, щелкали огромными зубастыми челюстями, но шесть бойцов смогли вырваться из тесной ловушки и начали бить со всех сторон. Мне же приходилось туго: я вынужден был буквально бегать вместе с тараном, который вертелся как волчок. Я успел нанести ещё два удара и больше об атаках не помышлял — тварь растеряла неторопливость, была стремительна и зла. Один раз ей даже удалось меня лягнуть, но я увернулся от задних ног, прокатился у нее под брюхом и оказался у другого бока, который ещё повредить не успел. После моего удара таран окончательно пришел в неистовство и рванул вперед, не разбирая дороги.

Догнать я его не мог, а в то, что он решил сбежать — не очень-то верил. И оказался прав — через пятьдесят шагов нежить развернулась и пошла таранить меня рогами. Я же что было сил бежал к массивному дереву, росшему на краю оврага. Лезть на него я не стал и просто спрятался за ним. Таран бодать дерево не стал, а попытался его обежать, но не тут-то было. За деревом был овраг, в который он и начал падать, не успев затормозить. В этот момент мне на выручку прибежали Нож и Кривой, и мы дружно с двух сторон всадили копья в тарана. Тот неаккуратно дернулся, пытаясь достать нас рогами, потерял равновесие и окончательно свалился на дно промоины.

— Всё, харош! — подошел Хохо. — Шрам, вовремя, спасибо!

— А пожалуйста, — ответил я, выбираясь из-за дерева. — Моя помощь нужна?

Хохо проследил за моим взглядом и уставился на всё ещё живого тарана. Бегать он больше не мог — передние ноги были подломаны коленками вперед — но задор не растерял и дергался, поревывая на нас.

— Не, добьем сами, — ответил Хохо. — Ты лучше к Зенке возвращайся, а то ей времени глупостей наделать достаточно.

Но Зенка глупостей не наделала. Правда, и двигаться вперед почти перестала. Шла осторожно, проверяя копьем все кусты впереди. От того места, где я её оставил, она удалилась шагов на пятьсот. Глаза у девушки стали ещё больше от страха, а костяшки пальцев, которым она обхватывала древко копья — белыми. Свист Пятнадцатой раздавался чуть впереди и справа. Зенка старательно отвечала тремя свистами. Увидев меня, она чуть расслабилась и принялась жаловаться:

— Ты только ушел… а я иду… и тут три змеи, почти из-под ног у меня пш-пш-пш, — отдав мне свисток, девушка даже показала, как они «пш-пш-пш». — Я туда осторожно копьем — и ещё одна. А мне так страшно стало — сейчас меня съедят, а вы даже не узнаете…

— А ещё были? — поинтересовался я.

— Нет…

— Понятно, — пришлось строго на нее посмотреть. Однако мне было сомнительно, что она мой взгляд вообще заметила.

— А ещё вокруг что-то потрескивает, и рев там… А что там было?

— Всё там нормально, — успокоил я её. — Нарвались на двух обжор и тарана, но все живы-здоровы, разделывают добычу.

Зенка смешно сморщила нос.

— И это, — решил я ей всё-таки объяснить, — Зенка, в лесу всегда что-то потрескивает, порыкивает, но нельзя дергаться от каждого треска и рыка. Помрешь от страха.

Достаточно было глянуть в глаза девушки, чтобы понять: мои наставления пролетели мимо её сознания, слегка чиркнув о череп, и скрылись на просторах Пущи. Впрочем, за мной она шла бодрее и увереннее — что уже хорошо.

Следующий вызов от Хохо прозвучал сразу после звуков очередного боя. Я кинулся на помощь, но оказалось, что отряду просто понадобились контейнеры, которые несли мы с Зенкой. Пришлось возвращаться, забирать у нее контейнеры, обменивать на заполненные и нести их назад. Девушка восприняла необходимость тащить на себе лишний вес без энтузиазма. Зенка протянула мне свисток, и в этот момент со стороны Пятнадцатой прозвучало три свистка. Вот только свист был не такой, какой выдавала Пятнадцатая. Я напрягся, вцепившись в свисток, и Зенка уставилась на меня с удивлением.

— Шрам, надо ответить!

Я лихорадочно соображал, что делать. Наконец, решившись, три раза дунул в свисток и получил ответ со стороны Хохо. Свисток я вернул Зенке.

— Ты чего? — тихо спросила она.

— Что-то не так, — ответил я. — Стой здесь, а лучше спрячься вон там, под деревом в папоротниках.

— Шрам, я боюсь в папоротник, а вдруг там змеи или насекомые, — выдавила Зенка. — Пауки какие-нибудь.

«Пауки — не насекомые», — очень вовремя выдала память.

«Лучше бы ты, скотина такая, мне что-нибудь про беззвучное передвижение по лесу выдала», — зло подумал я, подтаскивая девушку к папоротникам. Раздвинув заросли, я показал Зенке, что никаких змей там нет.

— Если паука увидишь — не шевелись, ты ему не интересна, — тихо сказал я. — Если увидишь опасность для себя или отряда, свисти один раз. А если всё нормально — через пять минут свистни три раза. Всё, я пошёл.

Уходить было страшно, но нужно. Пока мы обменивались контейнерами, Пятнадцатая от нас далеко оторвалась, и я припустил в ту сторону. Через некоторое время я перешёл на шаг и стал двигаться медленнее и осторожнее. Ну же, Зенка. Три свистка раздались со стороны оставленной девушки, и почти передо мной ответили тремя свистками. И опять между свистками были длинные паузы. Я даже дышать перестал, прижался к земле и медленно пополз, думая о том, каким я буду дураком, если Пятнадцатая просто передала свисток Лиси.