Чтение онлайн

— Каком обещании?

— Обещании, что ты сделаешь все, что угодно, Джо — говорю я ей, повторяя ее слова «Я сделаю все, что угодно, мистер Девлин».

— Это нечестно, Лука. Речь шла о прослушивании, о многочисленных дублях, о многочисленных поцелуях. Такое обещание, взятое вне этой комнаты и вне контекста, может привести к необдуманным решениям, особенно когда ты так смотришь на меня.

— Как я смотрю на тебя, Джозефин? — Спрашиваю я, прекрасно понимая, что именно я хочу, чтобы она увидела.

— Как будто я не пожалею о том, что сделала все, что ты захотел.

ДЖОЗЕФИН

Я могу флиртовать с Лукой Девлином, генеральным директором Студии Лука Бриско, весь день без малейшего сожаления. Вероятность того, что все выйдет за рамки флирта и поцелуя на прослушивании, невелика. Однако я серьезно отношусь к своей работе и репутации актрисы.

То, как он подошел ко мне на пробы, было замечательно. Я могу сказать, что у него есть опыт, и он должен быть, как у кинопродюсера. Но дать мне роль только потому, что я подтвердила его ложь федеральному агенту, — это, похоже, не очень хорошо. Не помогает и то, что поцелуй был великолепным. А что, если именно из-за этого поцелуя я получила роль? Я отказываюсь соглашаться.

Роль, на которую я пришла, и роль, которую Лука готов мне предложить, должна иметь последствия. Это не так просто, как если бы режиссеру понравилось мое прослушивание из десятков людей, претендовавших на одну и ту же роль.

Может быть, я слишком много думаю?

— Я свяжусь с тобой, как только пойму, что хочу делать, или если у меня возникнут вопросы, Лука — говорю я ему с робкой улыбкой.

Он лезет в карман, достает телефон и говорит мне:

— Дай мне свой номер, и я напишу тебе, чтобы у тебя был мой личный номер. Пиши мне, звони, говори, когда будешь готова стать моей главной леди.

— Ты невыносим.

— Нет, я настойчив. Береги себя, Джо. Я с нетерпением жду возможности бегать по строчкам с тобой, моя Каденс, моя морская сирена. Он ухмыляется, уверенный, что я возьмусь за роли, и выходит из комнаты.

Когда я выхожу в коридор, там стоят Дафна и Остин, оба с ехидными ухмылками. У Дафны глаза горят от возбуждения, в одной руке она держит сценарий, а другой тянется, чтобы взять меня за руку.

— Джо, ты даже не представляешь, как редко мистеру Девлину удается выбраться из своего кабинета, чтобы посмотреть прослушивания. Это отличный знак. У тебя уже есть внешние данные, но после такого прочтения я бы сказала, что ты получила эту роль заслуженно.

Улыбка, переходящая с одной щеки на другую, толкает меня обнять эту женщину. Честность на ее лице говорит о том, что она искренне верит в мой талант. Однако я все равно не могу не спросить:

— Мистер Девлин сказал тебе дать мне роль?

Остин вмешивается.

— Даже если и так, у тебя все равно есть талант, чтобы сыграть эту роль. Мы не снимаем материал для премии «Оскар», Джо. Это прямой поток на различные площадки, фильмы о монстрах. Если ты не хочешь играть эту роль, мы не будем отменять остальные прослушивания, которые у нас запланированы. Но мой совет — соглашайся на роль и используй свой талант.

Я робко ухмыляюсь.

— Спасибо вам обоим. Я ценю, что вы нашли время встретиться со мной. Я подумаю, пришлите мне детали, даты съемок, примерки гардероба и все остальное.

— Заметано. — Дафна улыбнулась. — Мы свяжемся с тобой в ближайшие дни, чтобы уточнить расписание. Еще раз спасибо, Джо, что пришла и не отказалась почитать с мистером Девлином.

Остин и Дафна уходят, разговаривая между собой, а я возвращаюсь в приемную. Притяжение между мной и Лукой не должно иметь значения. Но я сомневаюсь, выбрали бы они меня, если бы его не было рядом. Или, возможно, Джет прав, и с вонючими носками моего брата действительно везет.

Из раздумий меня вырывает ровный гул вибрирующего телефона. Надеюсь, это не Дюк, чтобы испортить мне полдень. К счастью, это Моник, человек, благодаря которому я вообще попала на прослушивание.

— Я получила роль — говорю я ей, прежде чем она успевает поздороваться.

— Конечно, ты получила. Ты все еще на студии Бриско? — Спрашивает она. — Я нахожусь в Парламентской студии рядом и собираюсь пойти на обед. Хочешь бесплатной еды?

— Что за вопросы? — Смеюсь я.

Она хихикает и дает мне указания, как к ней добраться. Пройдя через две огромные парковки, я оказываюсь рядом со съемочной площадкой фильма. Когда я приближаюсь к площадке за операторами и оборудованием, там идет скоростная погоня. Я вижу, что вся территория огорожена, когда ко мне приближается Моник с подносом в руках. Ее ирокез из лавандовых волос, коротко подстриженных, подчеркивает ее идеальный бронзовый загар в лучах позднего утреннего солнца. Вытянув одну руку, она притягивает меня к себе и обнимает, после чего вкладывает мне в руку поднос с едой.

— Идем за мной в мой трейлер, — зовет она, потянув меня в более тихую часть съемочной площадки за пределами здания студии.

— У тебя есть свой трейлер? — Спрашиваю я.

— Это не так много, но быть первым в списке вызовов имеет свои преимущества. Ну, и как все прошло? Ты, должно быть, выбились из сил, раз тебе сразу предложили эту роль. Я так рада за тебя. Я буду в первом ряду на премьере.

— Помедленнее, Моджди. — Это имя, которым ее называют лишь несколько человек из нашего совместного детства, звучит в ее трейлере гораздо громче.

Помещение размером примерно с гардеробную, но вся отделка — милая и уютная для ведущей актрисы. Здесь есть диван, туалетный столик и высокий табурет, чтобы она могла делать прически и макияж.

Я опускаюсь на маленький диванчик, пока она открывает еще один поднос с едой. Пока мы едим, я говорю ей:

— Мистер Девлин читал со мной реплики на прослушивании. Что ты о нем знаешь?

— Лука Девлин? — Спрашивает она между укусами. — Ну, в общем-то, ничего. Я работала только над двумя его проектами, но никогда не встречалась с ним лично. Его репутация лучше, чем у большинства отморозков в этом бизнесе. Он читал с тобой реплики?

— Да, и мы целовались. Это было частью сценария, но в нем было что-то, не знаю, волнующее. У него такая энергия, такая харизма, и хотя он главный на студии, он не плохой актер и может быть драматичным.

— Ты говоришь, как одержимая, должно быть, это был настоящий поцелуй. — Она ухмыляется. — Серьезно, Джо, это здорово. Пора бы тебе перестать позволять Дюку отпугивать от тебя других парней.

Я закатываю глаза.

— Даже не начинай мне говорить о нем.

— О боже, и что он сегодня сделал? Подожди, дай угадаю, он хотел, чтобы его девушка сидела с ребенком, а он будет платить ей алименты, потому что она смотрит за их сыном.

— Хотелось бы мне так же хорошо о нем думать, но нет. Он сказал, что хочет прекратить свои права отцовства. Завтра он подаст документы в суд.

— Если он это сделает, это будет означать, что он больше не несет ответственности за Джета, ни финансовой, ни какой-либо другой, так?

Я киваю.

— Да, но мне почему-то кажется, что это ловушка. Он что-то замышляет.

— А может, это его последняя попытка уклониться от родительских обязанностей. Он всегда был куском дерьма. За последние восемь лет он ясно дал понять, что ненавидит быть отцом Джета. Возможно, он делает это потому, что твоего отца нет рядом, чтобы заставить его поступать правильно.