Чтение онлайн

И вновь наполняясь большей безжалостностью ко всему окружению, Томлинсон уверенным шагом стал направляться в ту самую комнату, где в молчаливой тишине должна была находиться Стефани Стайлс.

Включаем и ставим на повтор:

Secession Studios – Ash

От лица Стефани

Боль наполняла всё окружающее меня пространство. Чувства внутри становились более слабыми, и я окончательно позволяла себе тонуть в непонятном омуте безнадёжности, в омуте окончательной потери нужного мне шанса на спасение. Глаза уже закрывались. Желудок урчал от голода, а всё тело просто немело от своей усталости и изнурённости.

Я попробовала встать с мягкого дивана и хотя бы оглядеться по сторонам, надеясь найти хоть что-то из интересных предметов в столь пустынной для меня комнате. Везде стоял пугающий мрак и я, сквозь грустное и отчаянное состояние, подняла свой взгляд наверх, с интересом присматриваясь ко всем окружающим меня вещам. Взгляд невольно наткнулся на настенные часы и, внимательно разглядев их внешний вид, мне удалось выяснить, что сейчас уже было начало восьмого. Чёрт. Поздно. Я находилась здесь уже почти два часа, а это совершенно не было хорошим для меня знаком. На улице вечер. Люди возвращаются домой и готовятся к приятному отдыху.

От этой мысли у меня внутри всё с болью содрогнулось, и я возненавидела себя за такое проявление слабости. Мне не нужно думать об этом. Ещё ничего не закончилось, а значит, меня может ждать множество приятного впереди.

Например...

Я не смогла ничего придумать. Внутри всё сжалось и я с резкостью встала, злясь на всё вокруг и испытывая окончательное уничтожение своего внутреннего мира.

Боль. И душевная, и физическая. Руки ломило от жёсткости плотной верёвки и я, не выдерживая её местонахождения на своих запястьях, попыталась хоть как-то сдвинуть данный предмет со своей кожи. Это было больно. На руках всё сдиралось и мне приходилось сжимать зубы, лишь бы не издавать униженных всхлипов своих страданий.

Я не могла так просто сдаться. Хотелось, чёрт побери, выкинуть этот мерзкий канат куда подальше от своих рук! Ну же... Хотя бы немного сдвинься!

Я опять попыталась. Стала отчаянно дёргать руками, плюя на болезненные ощущения в ладонях и в остальных участках своего тела. Я двигала пальцами. Я извивалась запястьями и просто не переставала пытаться. Наверное, это главное, не так ли?

Наше человеческое усердие. Попытка что-то изменить, что-то исправить.

Я так хотела продолжать усердно бороться. Не сдаваться сейчас. Довести дело до конца.

Руки ломило от боли. Опять. Мои губы уже были все искусаны моими же зубами, ведь сдерживать жесты своего лица при столь неприятных ощущениях было не так просто. Я дёргала руками. Я вновь и вновь это делала. А кожа сдиралась. Прямо кусками, отчего уже вся верёвка пропиталась моей яркой и жидкой кровью. Этот запах. Эта жгучая боль... Голова кружится. Слёзы накапливаются в глазах. Всхлипы издаются и я больше не пытаюсь себя сдерживать.

А затем... отчаянный всплеск моих чувств, когда, наверное, и происходит это самое последнее стремление к неугасаемой надежде. Я так быстро двинула своим телом, что неожиданно одна рука почти полностью смогла выскользнуть из сжатия тугой верёвки. Это удивило. И в тоже самое время так порадовало, что сил оказалось достаточно много для усердного продолжения начатой ранее мною работы.

Я старалась. Не переставала. И теперь точно знала, что сдаваться мне совершенно не хотелось.

Опять резкие рывки. Движения прерывистые, сквозь кровь на ладонях, сквозь жгучесть во всём теле. Это просто жажда жить. Спасти себя от того, что так усердно пыталось сковывать все мои попытки к самоутверждению.

И как ни странно, мне захотелось тут же улыбнуться и просто порадоваться своей маленькой победе. Я закрыла глаза, спокойно вздохнула, а затем рванула ткань ещё раз. Рука выскользнула. Полностью. И это был шок, удивление, счастье.

Не мешкая и не думая ни на секунду, я мгновенно поспешила освободить всю поверхность своих рук, а после чего встать с дивана и оглядываться по всему окружающему меня пространству. Может... может и это ещё не конец?

Я могу что-то сделать. Я могу спастись. И эта мысль заставила лихорадочно продумывать свой каждый последующий шаг. Я нервно зашагала по комнате и замерла, когда уставилась всем своим видом на плотно-закрытое металлопластиковое окно. Неужели это... и есть то, что отделяло меня всего на шаг, от моего дальнейшего счастья?

Теперь только в моих руках вся дальнейшая жизнь.

Здесь не было времени на раздумья. Кровь по рукам продолжала течь, но даже моя изодранная с потрохами кожа и эта адская боль не смогли заставить подумать о возможности остановиться. Я просто рывком бросилась к окну и замерла, пытаясь открыть его во всю ширину. Сумев выполнить данный шаг, я с трепетом в груди замерла и попыталась выглянуть вперёд, уже съёжившись от неприятного и покалывающего холода. На улице начало зимы. А этот грёбанный Томлинсон уже давно успел избавить меня от тёплой куртки, отчего мне слишком холодно будет сейчас находиться на улице. Но ладно. Это не страшно. Холод теперь моя самая мелкая опасность из всего, что сейчас со мной происходит.

Губы стали дрожать, но я попыталась успокоиться и полностью выглянуть из открытого металлопластикового окна. Чёрт, это был этаж второй, не меньше.

Высота большая, мне вряд ли удастся удачно приземлиться на землю.

Я спокойно вскарабкалась на подоконник и замерла, присев на краю и посмотрев вниз.

Страшно. В груди это чувство горело стремительно и я никак не могла избавить себя от него полностью. Ведь страх — это сильное ощущение. Эмоция, которая оберегает нас от многих глупых поступков. Но что же делать?

Я мельком посмотрела на свои окровавленные руки и поняла, что не могла позволить себе сдаться так быстро и так легко. Неужели столько страданий были сделаны просто так? Неужели я просто не могу заставить себя прыгнуть и навсегда убежать отсюда?

Я должна. Я могу. Я это сделаю.

И словно позволяя мне испытать последний решительный толчок, я услышала, как в комнате позади меня открывается дверь. Кто-то пришёл сюда. За мной.

Времени теперь совершенно не осталось. Я лишь испуганно обернулась и увидела шокированного Луи, а затем мгновенно позволила себе кинуться в омут невероятного адреналина.

Мой несдержанный крик и приземление на пол. Прыжок был быстрым, слегка болезненным. Ноги столкнулись с землёй и я наклонилась вперёд, прямо ладонями впиваясь в поверхность твёрдой земли. Опять неприятная боль по всей области тела. Но затем... подняв голову и посмотрев наверх, я заметила рассерженного Томлинсона, который тоже не стал мешкать. Он прокричал что-то грозное, а после поспешно скрылся из моего вида.

Чёрт. Он собирался спуститься. За мной.

Это кинуло всю меня в бешеную дрожь. Испуг заставил соображать быстрее и я опять лишилась времени на нужные раздумья. Тело отдалось инстинкту самосохранения, отчего я вся тут же кинулась в быстрый бег. В тот бег, на который и было способно всё моё изнурённое тело. Руки так пекут. Нога болит, а тело съёживается от пронзительного мороза.