Чтение онлайн

Нет. Не сейчас.

– Отпусти, – её сдавленный голос был едва слышен, отчего парень только усиливал свою хватку на теле дрожащей девушки. – Отпусти, Гарри, я... Больше так не могу.

Она продолжала что-то сдавленно объяснять, но Стайлс перестал слушать. Он хорошо представлял, насколько шокирована и испугана Одри в эти мгновения, поэтому он не решался её в чём-либо переубеждать. Он и сам был напуган не меньше. Сердце колотилось, как сумасшедшее, так и не успокоившееся после того, как Стайлс заметил попытку Одри сброситься с высокого моста. В ту секунду свой жизни парень испытал один из самых диких страхов в своей жизни. Он бежал так быстро, как только мог. Он спешил. Он порвал себя изнутри. Но успел, и только это стало иметь значение.

– Тише, милая, всё хорошо, – спокойно прошептал Стайлс, пытаясь вытащить окаменевшее тело девушки за ту сторону ограждения. Не обращая внимания на её сдавленные попытки сопротивления, парню удалось выполнить поставленную перед собой задачу, отчего ему стало значительно легче дышать. – Всё в порядке. Уже всё в полном порядке.

Он продолжал произносить какие-то непонятные самому себе утешения и, помогая Одри оказаться на поверхности твёрдого моста, он замер и поспешно накинул на плечи девушки скинутое ею ранее зимнее пальто, надеясь что это поможет ей хоть немного согреться.

Она так дрожала. И продолжала плакать, отчего Гарри сам съёживался всем телом, не находя в себе возможности наблюдать за женскими слезами. Это трудно. Здесь не находилось нужных слов и Стайлс просто позволил им посидеть в одной мёртвой тишине, надеясь, что такое молчание поможет им двоим прийти в себя.

Недавний шок продолжал бить по рассудку и от этого было чрезвычайно трудно пытаться соображать. Голос дрожал всем своим существом, а сердце так и готово было вот-вот выпрыгнуть из своей грудной клетки.

– Он снится мне каждый день, – вдруг произнесла Одри.

Гарри замер. Было столь непривычно слышать её голос и парень просто затаил своё собственное дыхание, пытаясь наилучшим образом прислушаться к словам говорившей девушки.

– И порой мне кажется, – она резко вздохнула и её глаза опустились вниз, отчего её жгучие слёзы стали неспешным действием капать на холодный пол, – что я должна прийти к нему. Мы... должны быть вместе, ведь иначе... иначе жить становится слишком трудно.

Она продолжала издавать пронзительные всхлипы.

Боль душила её из самой глубины сердца и Гарри не знал, что он мог с этим сделать. Едва сбавляя себя от жуткого напряжения, он обнимал хрупкое тело брюнетки и позволял им двоим сидеть в столь пугающей темноте. Спокойствие. Это было нужно обоим.

Стайлс молчал и с болью в груди продолжал слушать, как Одри пыталась справиться за всё это время со своей болью.

– Я знаю, что поступаю глупо, – вновь продолжила девушка. Её тело покрылось судорогами и она прикрыла на пару минут свои тёмные глаза. Боль душила. Поедала все частицы её внутренностей. – Но я так хочу убежать из этого кошмара. Господи, Лиам он... Он всегда так хорошо относился к Стефани, Гарри. Ты бы только знал. Он бредил ею и я лично выслушивала ещё с шестого класса его речи о том, как сильно она ему нравится и как он дорожит Стефани. Такие чувства... даже сейчас я понимаю, что Лиам не любил меня больше, чем любил её.

Она говорила много. Казалось, девушка на протяжении всей жизни держала всё это в себе, а сейчас выговаривалась, будто и не зная, как можно дальше пытаться скрыться от горькой правды. Она говорила о том, как страдала от отношений Пейна и своей подруги и о том, как тайно она была влюблена в своего бывшего парня в течение долгого времени.

Стайлс был поражён, как Одри справлялась с такими душевными проблемами. Он видел перед собой такую хрупкую и бессильную девушку, но слушая и погружаясь в её внутренние страдания, он странным образом понимал — перед ним находился отчаянный и смелый человек. Тот, кто ставит счастье других превыше своего собственного.

– Я думаю, он счастлив, – вдруг заявила Одри. И Гарри с удивлением взглянул на её профиль, неожиданно догадавшись, что под словом «он» девушка имела в виду Лиама Пейна. – Я думаю его смерть подарила ему самую большую радость в этой жизни, Гарри. Потому что Лиам мечтал об этом всегда. Он мечтал стать героем и защитить ту, кто был для него всем миром. Я тоже... Я тоже счастлива. Я счастлива, потому что чувствую, как Лиаму повезло. Он ушёл из этого жестоко мира, но я... Я то осталась здесь.

Девушка вновь залилась слезами. Горе продолжало душить её и это приводило в ужас.

Она была слишком измотанной своими страданиями. Старается быть сильной, но этой силы уже совсем нет. И к своему собственному удивлению, но Стайлс понимал Одри лучше себя самого. Он знал, что девушка чувствовала себя одинокой, покинутой, ненужной. Она лишилась своей мечты, своего смысла жизни, а это погубило всю её надежду на счастье.

Жизнь хорошо ломает людей. Заставляет их падать на самый низ и пытаться губить самих себя. Наверное, именно поэтому Одри и решилась на попытку своего самоубийства. Она настолько устала, что все иные выходы из своего положения казались ей совершенно безуспешными.

– Никто из нас не живёт просто так, Одри, – впервые Гарри подал голос за всё это время. Его пронзительный взгляд направился в сторону удивлённой девушки и лицо парня наполнилось искренней и решительной серьёзностью. – Если ты продолжаешь жить, значит это для чего-то нужно. А Лиам. Он закончил свою миссию, но ведь ты... Ведь тебе ещё многое предстоит сделать.

Он надеялся, что говорил убедительно. Видеть заплаканное лицо Одри было болезненно неприятно и он с искренностью понадеялся, что его слова заставят девушку хотя бы в чём-то изменить своё мнение. И к удивлению, вздохи Одри стали спокойнее и она, наклонив голову набок, стала выглядеть более жизнерадостной, чем прежде.

– Я знаю, – тихо произнесла она. – Я знаю, что должна идти дальше. Но без него я чувствую себя такой пустой.

Опять печаль. Стайлсу даже не понадобилось опускать свой взгляд, чтобы заметить боль на лице этого мужественного человека. Одри продолжала страдать, но самое главное, что её сердце не переставало пытаться искать выход из столь кошмарного омута боли.

Старание пытаться — вот, что двигало её вперёд.

– А ты сам не боишься, Гарри? – она неожиданно обратилась к нему и парень с интересом повернул голову. В сторону Одри, которая уверенно смотрела ему прямо в глаза. – Ты не боишься своего будущего? Ведь Стефани... Не думаю, что в дальнейшем всё будет так просто.

Отчаянье женского голоса наполнило парня неприятными чувствами, но он тут же это скрыл. Не пускать себя в сомнения. Не позволять страху овладеть его истерзанным сердцем.

Он знал, что боится. И знал, что самое трудное ждало его впереди. Но разве он мог сдаться? Конечно же, нет.

– Боюсь, – Гарри ответил честно, без доли стыдливого вранья. – Но я не позволю себе перестать надеяться и верить в лучшее. Стефани стала для меня всем и я буду идти до конца. Я буду бороться и теперь ничто не заставит меня отступить.