Чтение онлайн

====== Глава 52 ======

От лица Стефани

Многие ли из нас понимают, что жизнь никогда не бывает вечной? Многие ли из нас живут мгновениями и именно так, как они сами этого хотят?

Я бы хотела знать ответы на эти вопросы. Я бы хотела иметь второй шанс. Изменить свою судьбу, свои поступки, свою жизнь. Именно сейчас, именно в этот миг, когда мне осталось жить всего одну секунду, я осознала, что слишком много времени потратила зря. Воспоминания стали душить, я мгновенно задохнулась в таком жутком омуте своих собственных чувств.

Достойна ли я того, что со мной сейчас происходит? Достойна ли я смерти, достойна ли осознания конца всех прежних надежд?

Я боюсь. Я закрываю глаза, тону в поцелуе и плачу. Я уже знаю, что может чувствовать человек в такой ситуации. Внутренняя борьба терзает остатки души, а боль так стремительно заставляет тебя задыхаться в самом себе.

Мне страшно. Господи, как мне страшно. Я не знаю, что будет дальше, но именно сейчас мне удаётся осознать, что знать этого я и не хочу. Просто пусть это будет быстро. Пусть я ничего не почувствую внутри своего тела. Пусть моё сознание не успеет уловить суть моей смерти.

Я не знаю, что делать. Я не знаю...

Я не...

Мы так часто забываемся. Грустим, выясняем отношения, делаем всё что угодно, но только не ловим истинное наслаждение от жизни. Мы притворяемся другими, не такими, какими мы есть на самом деле.

Живём не по своим правилам. Радуемся уже тогда, когда находим истинных самих себя.

Я была счастлива. И в какой-то момент своей жизни я смогла понять, что моё счастье не заканчивается. Оно стало вечностью. Оно стало тем, чему никогда нет и не будет конца.

Браслет потух. Красные цифры просто исчезли и я задержала дыхание, когда не заметила долгожданного взрыва. Моё сердце, казалось, замерло внутри себя, а глаза ещё долго пытались выяснить причину такого поворота событий.

Мне не верилось в это. У меня не хватало дыхания, поэтому даже Гарри не удалось удержать меня в своих руках. Я просто упала. Слёзы текли по щекам, а губы в судорожном вдохе пытались продолжать осуществлять необходимое дыхание.

Не могу. Боже мой, это такой кошмар! Принять свою смерть, поверить в неё, а затем просто... Увидеть, что ничего не случилось.

– Стеф! – родной голос слышится так близко, я даже мгновенно ощущаю тёплые объятия на своём теле. – Ничего не случилось! Стефани, мы живы, ты видишь? Чёрт возьми, мы живы, Стеф!

Эта такая радость. Она ослепляет, она вводит в какой-то транс, из которого я просто не могла выйти. Встревоженный взгляд до сих пор проходится по внешнему виду мрачного браслета, а недоумение совершенно не перестаёт отображаться по всему выражению моего лица.

Я не понимаю. Я пытаюсь принять для себя какую-то правду, но счастливые крики Гарри даже не позволяют мне найти хоть какую-нибудь долю нужной мне концентрации.

Теряюсь. Смотрю на браслет и путаюсь во всём, что происходит. Сердце так хочет верить в лучшее. Сердце так хочет принять этот шанс и окунуть всю свою поверхность в счастье, но шокированный разум так и не позволяет этого сделать. Я не могу найти нужного подтверждения. У меня совсем не получается принять объяснимую для себя причину произошедшего.

– У меня вышло, – этот голос. Я едва двигаюсь, когда слышу знакомые интонации. Внутри всё пересыхает и даже сам Гарри в полной обескураженности оборачивается назад. – У меня всё получилось.

Я долго смотрю перед собой. Мне удаётся заметить едва живого Луи Томлинсона и, не смотря на свои сильные ранения, он прижимает дрожащие руки к раненому животу и смотрит прямо в мои глаза. Он улыбается. Он настолько счастлив прямо сейчас, что это кажется мне каким-то несбыточным сном.

Как этот человек может ещё оставаться в живых? Как он вообще, чёрт возьми, может так радостно улыбаться всего в нескольких шагах от моего тела?

– Это и было, Стеф... – его глаза едва открыты. По лицу течёт алая струйка крови и я замечаю, как Томлинсон с болью сжимает свои окровавленные губы. – Это и было моей целью с самого начала.

Что?

Из меня выбивают воздух окончательно. Я мгновенно теряюсь в собственном сгустке чувств и даже стоящий рядом Гарри не удерживает моего рывка вперёд. Я кидаюсь к полуживому Луи. Я сжимаю свои ледяные пальцы и в непонимании оглядываю всё пространство его парализованного тела, пытаясь так сильно осознать эту правду.

Что он имеет в виду? Что, чёрт побери, он только что сказал?!

Во мне становится ещё больше страха. Дыхание так рвётся наружу, что я дрожу в бешеном импульсе и даже не пытаюсь сдерживать жгучие слёзы в уголках своих глаз.

Я не понимаю. Боже мой, я действительно не понимаю.

– Это ты?.. – тихонько спрашиваю я, прикладывая руку к его бледному лицу. Луи едва дышит, голубые глаза с проблеском счастья приглядываются к моему взгляду. – Это ты сделал?

Я не верю, что взрыва нет. Я до сих пор не могу понять, что вот, ничего не случилось. Что я живу и ещё могу продолжать своё невозможное ранее существование.

Во мне всё так трясётся, что я просто задыхаюсь в этой конвульсии и смотрю перед собой. Я вижу застывшую кровь на лбу Томлинсона. Я вижу шрам, на его разбитой губе. Я вижу эту необъяснимую эйфорию, которой так сильно наполнены его пристальные глаза.

Он спас мне жизнь? В такое так сложно поверить, что я опять захлёбываюсь новым потоком слёз.

– Ты так и не поняла, правда? – вдруг едва слышно говорит Луи. Голос почти не слышен, его губы едва осуществляют необходимые вздохи.

Почти мёртв. Этот человек на грани своей гибели. И я не хочу отпускать его прямо сейчас. Нет... Пожалуйста. Я должна понять! Чёрт! Я должна всё это, в конце концов, окончательно принять!

– Я... я с самого начала всё это продумал, – он едва говорит. Я внимательно прислушиваюсь и продолжаю дрожать, замечая как много крови накапливается на его раненном теле. – Я просто должен был дать ему понять, Стеф... – голос срывается. Говорить слишком сложно, но он не позволяет себе сдаваться. – Я должен был доказать Дэвидсону, что я... Что мне нет никакого дела до твоей жизни. И он поверил мне, Стеф... Он... он поручил мне надеть на тебя этот браслет. И я подменил его. Я всё исправил... Я должен был быть таким ублюдком, понимаешь? Я должен был убить Лиама. Я должен был избивать тебя... Я должен был...

– Должен был притвориться, будто тебе действительно всё равно на жизнь Стефани, — следующие слова договаривает Гарри. Он стоит рядом и я в испуге оборачиваюсь в его сторону.

Моё дыхание так учащается. Зрачки расширяются в искажении безумного удивления и я мгновенно откидываюсь назад, не в силах найти в себе больше сил.

Осознание. Томлинсон всё это делал специально. Убил Пейна, чтобы доказать силу своего бесстрашия. Чтобы оказаться на службе у самого Дэвидсона.

Он делал всё это лишь бы овладеть доверием самого опасного в этом мире человека. Он действовал так не по своей воле. Он просто играл в опасную игру.