Чтение онлайн

Ухмыльнувшись тому, как сильно изменилась и Грир, я глотнул пива. Изгибы тела и упругие сиськи она прятала за кроп-топом с длинными рукавами и джинсами, сидевшими значительно выше пупка. Вещи были в основном бабушкиного покроя и хорошо сочетались с видеоклипами MTV девяностых, которые Грир олицетворяла. Она определенно не вписывалась в это место и определенно выглядела как первокурсница. Это, вероятно, было главной причиной, по которой второй по величине парень в комнате, не считая меня, охотился на нее. Пока она расхаживала с ним по комнате, он думал, что сможет воспользоваться этой маленькой белой голубкой, чистой и невинной. Я не видел ее больше десяти лет, но воспоминания до сих пор не покинули меня. Она жила в нашем доме вместе со своей матерью, поскольку та убирала поместье дедушки. По сути, он вырастил меня. Я часто видел эту маленькую голубку.

Я смотрел, как Брайс водит Грир по комнате, почти не разговаривая с ней. Вспомнил некоторые из последних моментов, пока она еще была в моей жизни, и из горла вырвался рык. Ближе к концу там все было не очень хорошо. Даже в одиннадцать лет я осознавал это. Дедушка пытался скрыть от меня многое, защитить, но даже он не смог утаить истинную причину, по которой Грир и ее мать в конце концов уехали. Во многом это произошло из-за меня и потребности дедушки не допускать драмы в мою жизнь. Тогда я был очень ранимым…

Отвлекшись от Грир и этого представления, я перевел взгляд на другую блондинку, которая претендовала на мое внимание. Мелроуз обняла меня своими тонкими руками. Вне колледжа она была моделью, но даже с учетом этого не дотягивала до моего роста. Я обнял ее одной рукой, пытаясь слиться с толпой и отвлечь свое внимание от Грир, мать ее, Майклсон. Было бы странно, не будь я заинтригован. В конце концов, мы не виделись так давно, и мне было любопытно. Излишне говорить, что модели с идеальными сиськами, прижатыми ко мне, оказалось достаточно, чтобы выдернуть, хотя бы слегка, мою голову из воспоминаний.

Так было до тех пор, пока не нагрянули тучи и не хлынул дождь из придурков. Передо мной предстал Брайс Ковентри.

– Найт Рид. Оставишь своего брата без приветствия?

– Брайс. Бро. – Не обращая внимания на Грир, я стукнулся кулаками с парнем, прекрасно понимая, что взгляд глаз, сверкающих, как ограненные сапфиры, устремлен в мою сторону. Я не мог понять, сложила ли Грир два и два и узнала ли меня, но девушка смотрела в мои глаза неотрывно. Снова обняв Мелроуз, я кивнул подбородком в ее сторону.

– Мелроуз ты знаешь.

И Брайс действительно знал ее. Его глаза озорно блестели, когда он очаровывал и ухмылялся одной, прижимая к себе другую. Парень был просто придурком, таким же, как я. Но сейчас все было совсем по-другому, отчасти. Поскольку в этот раз одной из девушек была Грир. Я знал ее.

И, боже, она узнала меня.

Ее губы приоткрылись самым ошеломляющим образом. То, как она нервно облизала их, вызывало всевозможные, мать их, картинки у меня в голове и направляло их прямо в член, который напрягся за ширинкой так, будто у меня никогда не было секса. Из-за этого мне стало достаточно неловко, и я крепче прижался к Мелроуз. Возможно, ей придется позаботиться обо мне чуть позже, и, когда мои пальцы коснулись ее плеча, она поняла, о чем идет речь. Мелроуз положила ладонь мне на грудь.

– Брайс, кто твоя спутница?

Его спутница в данный момент тоже пристально смотрела на меня. Как я уже сказал, Грир узнала меня. Она помнила нашу историю, и то, как ее голубые глаза буравили мои, прежде чем она перевела взгляд на Мелроуз, сказало мне об этом. Грир протянула ей руку.

– Грир Майклсон.

– Мелроуз Эндрюс. – Ее рука вернулась к моей груди. – Ты новенькая? Не видела тебя раньше.

– Только приехала на самом деле. – Грир моргнула, ее внимание снова переключилось. О, да. Она определенно узнала меня. Ее взгляд вернулся к Мелроуз, и когда она улыбнулась, показалось, что в этом была неподдельная искренность. – Первокурсница.

– Но чертовски сексуальная. – Брайс развернул ее, и рычание зародилось глубоко в моей груди, нервируя меня больше, чем следовало. Мне не должно быть никакого дела до Грир Майклсон.

Так какого хрена мои пальцы впились в бутылку пива?

Возможно, так было потому, что я не хотел видеть, как кого-то столь явно чистого и невинного пожирает король придурков. Я беспокойно постукивал кольцом по бутылке, прежде чем поднести ее к губам. Когда я проглотил плотный ком алкоголя, другие образы затуманили зрение. Ранее я уже совершил ошибку, придя на помощь этой девушке, из-за чего ее вместе с матерью в конечном счете выгнали из моего дома. Тот случай с собакой, мое вмешательство были живы в памяти. Я стиснул плечо Мелроуз.

– Мы знакомы. Ведь так, Грир?

Раз уж я и правда ее знал, то мог озвучить это, и, похоже, она почувствовала облегчение от того, что я это сделал. По крайней мере, нам больше не придется притворяться, и, положив руку на грудь, она кивнула мне.

– Верно. Сколько прошло?

– Десять лет. – Которые я не мог забыть. Я слегка улыбнулся. – Как дела у твоей мамы?

В этот момент уголки ее губ опустились, выражение лица сменилось на иное? Что оно выражало? Раздражение? Презрение? Честное слово, грань была настолько незаметной, что ее эмоций мне было не понять. Я просто знал, что мысли о нашей истории определенно крутились у нее в голове, и что бы они ни влекли за собой, они не делали ее счастливой.

– У нее все нормально. Вообще-то, она работает в кампусе. Поэтому мы вернулись сюда.

Мама, без сомнения, дала ей бесплатное образование. Она ни за что не смогла бы позволить частное обучение в Университете Пембрук, в заведении, где нет ничего, кроме крови чистейшего голубого цвета. Благодаря связям семьи я был частью этой элиты, как и многие парни из братства.

Большинство из нас перебрались сюда из моего родного городка, расположенного более чем в двух часах езды отсюда. Мэйвуд-Хайтс – место, кишащее грехом и темной элитой. Братством, известным как Королевский двор. Оно и являлось основной причиной всего этого. По сути, это был клуб для парней, благодаря которому наши отцы и деды стали одними из самых влиятельных людей в стране, а не только в родном маленьком городке. И именно поэтому я и многие в этом зале носили на пальцах одинаковые кольца с изображением гориллы на хромированном ободке. И хотя нас и Мэйвуд-Хайтс могли разделять мили, это не означало, что ценности остались в прошлом. Мне нравилось думать, что я возвышаюсь над теми отбросами, которые вышли оттуда, но даже я не был безгрешен. У меня, как и у всех остальных, было прошлое, и эта девушка видела его часть.

Я кивнул Грир в ответ на ее слова, и, когда Брайс посмотрел на нас, я ухмыльнулся:

– Мама Грир раньше работала на меня.

– На его дедушку, – вклинилась она, маленькая вспыльчивая кошечка, полностью соответствовавшая невинному образу, который воплощала. Ее широкая улыбка возбуждала меня больше, чем я готов был признать. – На самом деле из-за него ее уволили.

– Мать твою, серьезно? – сначала Брайс засмеялся, а потом ударил меня ладонью по груди. – Что ты натворил?

– Ничего, что сейчас стоило бы внимания. – Я переключил свое внимание на Грир. – Прошло много времени.

Прошло много времени, и, хотя в последний раз, когда я видел ее, был сопливым мальчишкой, эмоции, которые она вызывала во мне сейчас, я не мог так легко запереть в прошлом и выдать за реакцию мелкого сопляка, увлеченного первой девчонкой, брошенной перед ним собственным дедом. Грир Майклсон будоражила нервы, была у меня под кожей, и я чувствовал это каждый раз, когда мой склизкий товарищ по братству гладил ее плечи и зарывался носом в белоснежные волосы. Она была не в его лиге, совершенно. Потому что Грир лучше его, лучше, чем все это.