Чтение онлайн

Но где предметом поклонения является Сам Брахман, а пратика служит только заместителем Его или напоминанием о Нем, т. е. где вездесущий Брахман славословится через пратику, а пратика представляется причиною Вселенной лишь как средство для достижения Брахмана, там поклонение пратикам приносит действительную пользу: больше того, оно безусловно необходимо для человечества, пока оно не прошло первоначального, или подготовительного, состояния ума относительно богопочитания. Таким образом, когда каким-нибудь богам или другим существам поклоняются как им самим, то это поклонение есть только обрядная карма и, как видья (знание) дает лишь плод, принадлежащий к частной видья: но когда в Дэвах или других Существах видят Брахмана и так им и поклоняются, получается результат тот же, что от поклонения Ишваре, верховному Правителю. Этим объясняется то, что во многих случаях, как в Шрути, так и в Смрити, берется какой-нибудь бог или другое высшее существо, его личной природе придаются постепенно все более и более высокие свойства и, идеализировав его, наконец, до высшей степени, молятся ему как Брахману. Объясняя это, адвайтин говорит: "Разве не Брахман все, когда от него отнять имя и форму?". Вишиштадвайтин говорит: "Разве самое внутреннее Я всего — не Он, не Господь?". Шанкара говорит: "Сам Брахман одаряет милостью даже поклонение Адитья и т. п., потому что Он

— Правитель всего". Здесь, таким образом, Брахман становится предметом поклонений, потому что он подразумевается под пратикой, совершенно так, как Вишну и другие боги подразумеваются под изображениями их [32] .

Те же идеи, которые связываются с поклонением пратикам, применяются и к поклонению пратимам, или изображениям, т. е., если изображение заменяет только какого-нибудь бога или святыню, поклонение ему не дает в результате Бхакти и не ведет к освобождению: но, если оно заменяет единого Бога, поклонение ему приносит как Бхакти, так и мукти. Из главных мировых религий ведантизм, буддизм и некоторые формы христианства широко пользуются изображениями, чтобы помогать молящемуся, и только две религии — магометанство и протестантизм — отвергают такую помощь. Но магометане все-таки пользуются могилами своих святых и мучеников, почти как изображениями. Протестантизм же, отвергая всякую конкретную помощь религии, с каждым годом все больше и больше отдалялся от духовности, и в настоящее время едва ли есть какая-либо разница между передовыми протестантами и последователями Огюста Конта или агностиками, проповедующими только нравственность. Но и в христианстве, и магометанстве все, что представляет собою поклонение самим изображениям, без мысли о том, что они изображают, должно быть отнесено к той категории, к которой пратикам и пратимам поклоняются как таковым, а не пользуются лишь "помощью к видению" Бога. Поэтому такое поклонение, в лучшем случае, имеет характер обрядной кармы и не может привести ни к Бхакти, ни к мукти. В этой форме почитания изображений преданность души относится не к Ишваре, а к другим вещам, и потому такое пользование изображениями или могилами, храмами или гробницами есть чистое идолопоклонство. Но все же и оно само по себе не грешно и не вредно; оно — обряд, карма, и молящиеся должны извлекать и действительно извлекают из него пользу.

Следующее, что мы должны рассмотреть, — это то, что мы называем Ишта Ништха, или поклонение избранному идеалу. Тот, кто может быть бхактой, или посвященным, должен знать, что в поклонении Богу — "сколько мнений столько способов" [33] . Он должен знать, что все секты различных религий суть различные проявления славы одного и того же Бога. "Тебя называют таким множеством имен; Тебя как бы делят между собою; но в каждом из этих имен слышится Твое всемогущество, и Ты приходишь к молящемуся, каким бы именем он Тебя не призывал! Нет никакого особого указания, что Твое имя следует призывать все время, когда душа чувствует сильную любовь к Тебе. Ты так легкодоступен! О Господи, какое несчастье, что я не могу любить Тебя!" [34] Бхакта должен стараться не только не ненавидеть, но даже не критиковать тех лучезарных Сынов Света, которые были основателями разных сект. Он не должен даже слушать, когда о них дурно говорят.

Очень ведь мало таких, которые в одно и то же время обладают сильной симпатией и способностью понимания настолько же, насколько и напряженною любовью. Мы видим, как общее правило, что либеральные и проповедующие сочувствие к людям секты теряют силу религиозного чувства, и в их руках религия способна выродиться в род жизни политико-социального клуба. С другой стороны, крайне узкие сектанты, обнаруживая очень похвальную любовь к своим собственным идеалам, каждую частицу этой любви, по-видимому, приобретают ненавистью ко всем, кто не вполне того же мнения, как они. Дай Бог, чтоб этот мир был полон людьми, сильными в любви и широкими, как мир, в симпатии. Но таких очень мало. И все же мы знаем, что возможно воспитать огромное число человеческих существ в идеале удивительного соединения широты и силы любви, и способ для этого — Ишта Ништха, или преданность "избранному идеалу". Всякая секта всякой религии предлагает человечеству только один идеал, свой собственный; но вечная ведантская религия открывает бесконечное число дверей для входа во внутренний алтарь Божественности и предлагает человечеству почти неистощимый перечень идеалов, из которых проявляется Вечный Единый. С благосклонною заботливостью Веданта указывает жаждущим множество путей, высеченных в прежнее и в настоящее время в твердой скале действительности человеческой жизни Славными Сынами, или человеческими проявлениями Бога, и с распростертыми объятиями приглашают всех — даже еще не родившихся — в Обитель Истины и тот Океан Блаженства, в который человеческая душа, освобожденная от сети Майи, может перенестись совершенно свободною и вечно блаженною.

Бхакти-Йога, поэтому, налагает на нас повелительный долг не ненавидеть и не отрицать ни один из различных путей, ведущих к спасению. Нежное растение духовности умрет, если его слишком рано подвергать постоянным переменам идей и идеалов. Многие люди во имя того, что может быть названо религиозным либерализмом, удовлетворяют свое любопытство постоянною сменою различных идеалов. У них слушание новых вещей вырастает в род болезни, род религиозного пьянства, им нужно слышать новые вещи только для того, чтобы испытать временное нервное возбуждение, а когда такое возбуждающее влияние произвело на них свое действие, они уже готовы для другого увлечения. Религия для таких людей своего рода умственное курение опиума. На этом она и кончается. Но есть другой сорт людей, говорит Бхагаван Рамакришна, которые похожи на жемчужницу сказки. Жемчужница живет на дне моря и поднимается на поверхность, чтобы схватить дождевую воду, когда восходит звезда Свати. Она плавает на поверхности моря, широко раскрыв свою раковину, пока ей не удается схватить каплю дождя, а затем погружается вниз до своего морского ложа и там остается, пока не выработает из той капли великолепную жемчужницу. Это самое поэтичное и сильное изложение теории Ишта Ништха, какое когда-либо было сделано. Эта Эка-Ништха, или поклонение одному идеалу, безусловно необходима для начинающего упражняться в религиозном благочестии. Он должен говорить вместе с Хануманом в "Рамаяне": "Хотя я знаю, что Бог Шри и Бог Янаки оба — проявления одного и того же Верховного Существа и, следовательно, одно и то же, а все-таки лотосоокий Рама для меня выше всех". Или он должен говорить, как было сказано в другом месте мудрецом Тулансидасом: "Бери приятное от всех, беседуй со всеми, называй имена всех и говори каждому: да, да; но держись твердо своего идеала". И тогда, если ты искренно жаждешь религиозного просвещения, из твоего маленького семени вырастет гигантское дерево, подобно индийскому баньяну, и будет посылать во все страны ветви за ветвями и корни за корнями, пока не покроет всего поля религии. Таким образом, истинно набожный увидит, что тот, Кто был его собственным идеалом в жизни, почитается во всех идеалах всех сект, под всякими именами и всевозможными формами.

Относительно метода и средств Бхакти-Иоги мы читаем в комментарии Бхагавана Рамануджи к Веданта-сутрам: "Достижение Того (Брахмана) является чрез распознавание, управление страстями, упражнение, жертвенный труд, чистоту, силу и подавление чрезмерной радости". Вивека, или распознавание, согласно Раманудже, есть различение, кроме других вещей, также чистой пищи от нечистой. По его объяснению, пища бывает нечиста по трем причинам: 1) вследствие самой природы пищи, как чеснок и др., 2) оттого, что получается от злых и проклятых людей и 3) от физической нечистоты, как грязь, шерсть и т. п. Шрути говорят: Чистою пищею очищается саттва, и оттого память становится твердою" [35] . Рамануджа цитирует его из Чхандогъя-упанашады.

Вопрос о пище всегда живо интересовал бхакт, или набожных. Несмотря на преувеличения, в которые впадали некоторые секты бхакт, в основании их взглядов много верного. Мы должны помнить, что, согласно философии Санкхья, саттва, раджас и тамас, которые, действуя в одном направлении, образуют пракрита, а действуя в противоположных направлениях, нарушают состояние формы Вселенной, представляют собою как вещество, так и качество пракрити, или созидающего принципа. Как таковые, они составляют материал, из которого вырабатывается всякая человеческая форма, и для духовного развития безусловно необходимо преобладание саттвы. Материалы, входящие в наше тело в виде пищи, играют огромную роль в определении нашего умственного строения, и потому на пищу, которую мы едим, следует обращать особенно заботливое внимание. Однако в этом, как и в других отношениях, преувеличение, в которое постоянно впадают ученики, не ведет к достижению ими положения учителя. Разборчивость в пище имеет второстепенную важность.

Приведенные выше тексты объясняются Шанкарою в его бхашье об Упанишаде иначе; он — слову ахара, переводимому обыкновенно словом пища, дает совершенно другое значение. По его мнению, ахара есть то, что принимается внутрь. Знание, получаемое посредством разных ощущений, как свет, звук и проч., собирается в уме для пользования пользующимся ("я"). Очищение знания, накопленного таким образом, путем чувственных ощущений, есть очищение пищи (ахары). Очищение пищи поэтому значит приобретение познания обо всех вещах мира, не испорченного привязанностью, отвращением или заблуждением. Откуда следует, что если знание, или ахара, очищена, саттва — материя ума, или антахворана, — внутренний орган, в котором накоплено это знание, очищается; а раз саттва очищена, в результате получается непрерывная память о полученном из Писаний познании истинной природы бесконечного Единого.

Объяснения слова ахара, данные Шанкарой и Рамануджей, по-видимому, противоречат одно другому, но на самом деле оба верны и необходимы. Пользование и управление тем, что называется тонким телом [36] суть функции, без сомнения, высшие, чем управление грубым физическим телом. Но управление грубым безусловно необходимо, чтобы сделаться способным достичь управления более тонким. Начинающий, поэтому, должен обращать особенное внимание на все такие правила диеты, которые исходят из учения признанных учителей Бхакти. Но встречающийся у многих наших сект нелепый фанатизм, совсем обративший религию в кухню и не оставляющий никакой надежды, чтобы благородная истина когда-либо выбилась у них на свет, представляет собою особый сорт чистого материализма. Это не Джнана, не Бхакти и не Карма. Это особый род сумасшествия; и те, кто прилепляется к нему душою, скорее попадут в дом умалишенных, чем в Брахма-локу, или самую высшую сферу. Тем не менее надо признать, что разборчивость в пище необходима для достижения высшего умственного состояния, которое иначе трудно достигается.

Управление страстями — следующая вещь, которую надо выработать. Сдерживание Индрий (органов) от их стремления к чувственным предметам, управление ими и приведение их к подчинению воле — самые главные добродетели в религиозном воспитании.

Затем идет управление в самообуздании и самоотречении. Все бесконечные возможности души достигнуть непосредственного восприятия Бога не могут быть осуществлены без борьбы и упражнения этих способностей. Следует постоянно думать о Боге. Сначала очень трудно приучить к этому наш ум, но с каждым новым усилием его способность в этом отношении становится все сильнее и сильнее. Шри Кришна говорит в Гите: "Упражнением и непривязанностью, о сын Кунти, достигается управление умов" [37] .

Поэтому человек набожный должен вырабатывать в себе эти способности, самые существенные для достижения высшего Богопочитания, и не исполнять предписываемых некоторыми Писаниями ритуальных жертвоприношений, единственная цель которых состоит в получении чувственных удовольствий в этом или в будущем мире и которые ведут к все большему рабству и все дальше и дальше от Бога. Есть только пять великих жертвоприношений. Основная скала, фундамент, на котором покоится все здание Бхакти, есть чистота. Очищение внешнего тела и разборчивость в пище легки; но без внутреннего очищения и внутренней чистоты вся эта внешняя заботливость решительно не имеет никакой цены. В списке качеств, ведущих к чистоте, данных Рамануджей, перечислены сатья, правдивость; арджава, искренность; дайя, делание добра другим, не ожидая для себя никакой пользы; ахамса, — непричинение вреда другим мыслью, словом или делом, и анабхидья — нежелание чужого добра, неимение тщетных мыслей и забвение обид.