Чтение онлайн

22-й псалом считается мессианским в силу того, что его начальные строки якобы произносит в своей молитве Иисус, распятый на кресте: "Боже мой! Боже мой! для чего ты оставил меня?", а также потому, что в нем воспеваются страдания, которые довелось претерпеть Христу:

Я же червь, а не человек,

поношение у людей и презрение в народе.

Все, видящие меня, ругаются надо мною,

говорят устами, кивая головою...

Сила моя иссохла, как черепок;

язык мой прилипнул к гортани моей...

Делят ризы мои между собою

и об одежде моей бросают жребий.

45-й псалом первоначально был посвящен бракосочетанию бога и избранного народа. Христиане же считают, что и он носит мессианский характер, символизируя узы Иисуса Христа и его церкви. В 110-м псалме говорится о тройной ипостаси мессии: царя, первосвященника и судьи:

В день силы твоей

народ твой готов

во благолепии святыни;

из чрева прежде денницы

подобно росе рождение твое.

Клялся Яхве

и не раскается:

ты священник вовек

по чину Мелхиседека.

Господь одесную тебя.

Он в день гнева своего поразит царей;

совершит суд над народами... (Пс. 110)

Среди псалмов встречаются плачи (молитвы страждущих). Обычно в них находит отражение уныние народа или группы верующих по поводу постигшего несчастья (войны и связанной с ней разрухи, засухи, землетрясения и так далее), или же передаются жалобы человека, которого несправедливо обвинили, или же страдающий от болезни молит о выздоровлении.

Яхве, услышь молитву мою,

и вопль мой да придет к тебе...

Ибо исчезли, как дым, дни мои,

и кости мои обожжены, как головня;

Сердце мое поражено, и иссохло,

как трава, так что я забываю есть хлеб мой;

От голоса стенания моего

кости мои прильнули к плоти моей.

Я уподобился пеликану в пустыне;

я стал как филин на развалинах;

Не сплю и сижу, как одинокая птица на кровле (Пс. 102).

Но вот несчастья и беды преодолены, народ или отдельный человек обязан воздать хвалу божьей помощи. В таких случаях приносились жертвы в храме, одновременно пелись благодарственные гимны:

Величайте Яхве со мною,

и превознесем имя его вместе.

Я взыскал Яхве, и он услышал меня,

и от всех опасностей моих избавил меня.

Кто обращал взор к нему, те просвещались,

и лица их не постыдятся.

Сей нищий воззвал,- и Яхве услышал

и спас его от всех бед его (Пс. 34).

Имеются в Библии и псалмы, которые исполнялись исключительно в храме во время службы:

Приидите, воспоем Яхве,

воскликнем, твердыне спасения нашего;

предстанем лицу его со славословием,

в песнях воскликнем ему (Пс. 95).

В псалмах-мудростях воспевается мудрое поведение людей перед богом:

Блажен муж, боящийся Яхве

и крепко любящий заповеди его...

обилие и богатство в доме его,

и правда его пребывает вовек (Пс. 112).

Своеобразны и весьма непривычны для нашего слуха

псалмы-проклятия, которые адресуются грешнику, врагу, злоумышленнику:

Поставь над ним нечестивого,

и диавол да станет одесную его.

Когда будет судиться, да выйдет виновным,

и молитва его да будет в грех;

да будут дни его кратки,

и достоинство его да возьмет другой;

дети его да будут сиротами,

и жена его - вдовою;

да скитаются дети его и нищенствуют,

и просят хлеба из развалин своих;

да захватит заимодавец все, что есть у него,

и чужие да расхитят труд его;

да не будет сострадающего ему,

да не будет милующего сирот его (Пс. 109).

Псалмы-проклятия были вычеркнуты Вторым Ватиканским собором из списка молитв для священников.

С древних времен христиане выделяют покаянные псалмы (6, 32, 38, 51, 102, 130, 143), которые играют особую роль в католическом богослужении. В них обычно говорится о несчастьях, бедах, которые рассматриваются как следствие греха:

Нет целого места в плоти моей

от гнева твоего;

нет мира в костях моих

от грехов моих,

ибо беззакония мои превысили голову мою,

как тяжелое бремя отяготели на мне... (Пс. 38)

Автор их кается в надежде, что Яхве перестанет наказывать его, спасет от всех бед и несчастий.

Помилуй меня, Яхве, ибо я немощен;

исцели меня, Яхве, ибо кости мои потрясены...

Утомлен я воздыханиями моими:

каждую ночь омывая ложе мое,

слезами моими омочаю постель мою (Пс. 6).

Литературная ценность псалмов весьма различна, но бесспорно есть среди них такие, которые мы вправе отнести к шедеврам мировой литературы, оказавшим неоспоримое влияние на развитие лирической поэзии.

Книга Песни песней Соломона отличается от всех ДРУГИХ книг Библии своей поэтической формой и содержанием. Собственно, это не что иное, как собрание любовно-эротических песен и свадебных гимнов. В них рассказывается о взаимной любви мужчины и женщины. Герои их - жених (Соломон) и невеста (Суламифь).

Песнь песней является гимном любви. В ней нашли отражение народные свадебные обычаи, элементы свадебного ритуала. Не исключено, что песнь первоначально была связана со священным браком, распространенным на Востоке, а затем стала элементом свадебной церемонии священного царя. Вопрос о том, каким образом любовная песнь оказалась в Библии, до конца не ясен. И отнюдь не случайно сомнения по поводу божественного авторитета книги возникали не раз.

Тем не менее и иудаизм, и христианство решительно выступают за богодухновенность Песни песней.

Для современного читателя все-это кажется странным. Но надо заметить, что на Древнем Востоке эротика и плотская любовь воспринимались как нечто возвышенное и святое. Аскетизм был чужд духу этих культур. Он появляется позже под влиянием поздней греческой философии и утверждается в христианстве и в известной мере в иудейской религии.

Весьма популярные и высокохудожественные строки Песни песней по-разному толкуются иудейской и христианской теологией: первая видит в них символы отношений между Яхве и избранным народом, вторая - между Иисусом Христом и церковью. То есть книга традиционно интерпретируется как аллегория. Подобное толкование остается в силе и в наши дни.