Библейские смыслы
Шрифт:
Вечером Третьего Дня Земля сжалась в сушу и раздробилась на множество мест. На утро Третьего Дня Земля вывела из себя растительную жизнь, свершилась как место обитания, перешла в новое и высшее качество существования.
Утверждая сотворенное или созданное Им, Бог видит, что «это хорошо». Что не означает, что в Днях Творения нет изъяна. В каждом из Дней Творения есть свой ущерб, но этот допущенный Творцом ущерб входит в цельную картину Творения, ведущую к человеку: ущербы Творения продуктивно работают для исполнения человеком его назначения. С этой точки зрения виден и произведенный Землею ущерб Третьего Дня.
Солнце, Луна, звезды как духовные сущности созданы в Первый или Второй Дни Творения. В Третий День они заключаются в ракиа Неба. В Четвертый День некоторые из этих сущностей (или существ?) приспосабливаются к Земле, овеществляются и становятся «светилами», «мэорот».
Слово «мэот» обозначает не источник света и не сам свет, а то, что излучает свет, получая его извне, из светоносного источника. «Мэорот» предполагает присоединение света к светилам и пропускание света через них. Светила небесные получают Свет от Неба и, как посредники или проводники, отдают уже ослабленный Свет на Землю, освещают ее.
Какова собственная запредельная функция светил как духовных существ нам явно в Торе не сказано и вряд ли здесь должно нас занимать. Нам важна их функция для Земли. Мы видим над собою звездное небо, которое служит нам знаком о Нем. Светила устанавливают сроки и моменты для встречи Бога и человека во времени. Само время вошло в Творение в Первый День, вместе с приливно-отливной волной Света и Тьмы. В Четвертый День с помощью светил создаются Циклы земного физического времени: года, месяца, суток.
Слово «мэорот» написано в стихе 14 сокращенно (без буквы «вав») и в таком виде обретает смысл чего-то недоброго и грозного. Мэорот управляет физическим временем и в них умерщвляющая сила времени, времени ставшего, неумолимого. В этом состоит ущерб Четвертого Дня Творения.
Есть связь темы Четвертого Дня с темой Третьего Дня. Природная работа дерева, неоднократно «делающего плод с семенем» куда полнее, сложнее и многограннее, нежели работа дерева-плода. Дереву, делающему плод, как и всем созданным потом живым существам, вынашивающим плод, нужно свое время и своя определенная длительность времени, свои моменты и сроки для прохождения всего цикла воспроизводства потомства. Этот цикл жестко включается в цикл земного времени, заключается в него и им размечается. Всему растущему определен срок жизни, но этого мало: все этапы роста и жизненной работы определены на графике собственной временной дистанции всякого дерева или животного, которое живет по закону лемино; и в дистанцию эту ему необходимо уложиться. Всему живому по роду его дано нормативное расписание жизнедеятельности. И нельзя уклониться от этого расписания. Этим, наверное, достигается максимальный динамизм жизнепрохождения земных существ в условиях физического времени.
Стратегическая модель роста одна и та же в единстве всего Творения. Так что все сказанное справедливо не только в отношении живого тела, но и для живой души, и для живого духа на Земле. Всем душам, и особенно душам людей, задан график путепрохождения жизни. Душе, как и телу, нельзя останавливаться в росте. Тут закон для тела и назначение человеческой душе и духу. Каждому возрасту тела соответствует своя полнота созревания души, которую необходимо достичь. И чем дальше по жизни, тем спрессованное становится время. Выполняя свое назначение, душе нельзя остановиться, отстать, не состояться в срок. Сошел с дистанции – и не исполнил своего назначения. В этой спрессованности физического времени и его привязанности к расписанию духовного роста души – драматизм нашей душевной жизни, совершающейся в постоянном напряжении, на пределе сил и возможностей человека, которому всегда грозит опасность не успеть, не состояться в жизни. Но не будем протестовать. Завершив творение Четвертого Дня, Бог подтвердил его: «ки тов», это – хорошо.
III. СОТВОРЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА
1
В Третий День Творения образована суша, воздух и вода. В Пятый День Творения вода и воздух заселяются живыми существами.
«И сказал Бог: да воскишат воды (йишрэцу hа маим)
Что такое «шерэц нефеш хая»?
«Хая» – сама жизненность, та особая энергия, которая заряжает жизнью тело, делает его живым
«Нефеш»– душа, то самое, что каждое живое существо знает в себе как центр себя, то, благодаря чему оно сознает себя со своим телом единым, целостным и выделенным из всего остального. Нефеш содержит сознание единичности существования, выделенности из Всего и своей отграниченности от другого и других. Слово «нефеш» связано со словом «нафац» – вырваться, отделиться, оторваться. В отличие от растения, корнями накрепко связанного с почвой, живое существо оторвано от земли и обладает большей свободой проживания. В нефеш есть это сознание оторванности, отделенности – составная часть сознания «я».
«Нефеш хая»– живая душа. И растение живет, но только жизнью плоти. Живое существо живет ещё и душевной жизнью, то есть, переживая чувствосознание «я», желает и не может не желать блага «я», стремится к увеличению наслаждения жизнью в «я» и избегает страданий жизни. В этом основополагающем желании и стремлении «я» живого существа – движущий мотив его жизни в каждое мгновение ее.
«Шерэц»– своего рода наименьшая частица, обладающая нефеш хая. Это всякая мелкая кишащая тварь, которая бегает (рац), обладает независимым движением: мухи, муравьи, жуки, рыбы и рыбешки.
В следующем стихе (Б. 1:21) второй раз в Торе звучит слово «бара», творение. Творение живых существ, как и творение небесного и земного, есть творение из ничего. Напомню, что «бара» и «йивра» (сотворим) – это ещё не делание («асия») и не создание, формирование (йецира), а порождение Замысла Творения.
Элоким породил в Замысле всевозможные виды живых душ, долженствующих обитать по родам их в водах и воздухе. Воплотить этот Замысел – работа Земли.
Но кроме нефеш хая Элоким сотворил в Замысле ещё какие-то загадочные существа – «эт hа таниним hа гдолим». Слово «гдолим» (огромные или великие) звучало выше, в стихе 16, где оно понадобилось для характеристики великих светил Земли – Солнца и Луны.
«Танин» (от корня «нун» – производить потомство) – слово загадочное, в значение которого веками пытаются вникнуть мистики. Это не какое-либо отдельное существо, а то, что существует на уровне «Бриа» и оттуда управляет всем царством живых существ -то, от кого в мистическом смысле производится (как потомство -»нун») это царство. На такое понимание намекает и слово «эт», стоящее перед hа таниним, с определенным артиклем.
«И благословил их Элоким, сказав (лемор): плодитесь и множтесь (пру у-рву) и наполняйте воды в морях, и птицы да множатся на земле» (1:22) Благословить (йиварэх) их – положить в них закон и соответствующее ему влечение жизни. «Лемор» (сказав) – от слова «амар» – имеет особый оттенок и предусматривает необходимость незамедлительного и безоговорочного исполнения данного благословлением закона и влечения. Но это не голое и самодостаточное стремление к удовлетворению. «Множтесь» («рву») предписывает заботу о потомстве, без чего нет и увеличения числа, умножения.
В Пятый День заселялись воды и воздух. В Шестой День Творения заселяется Земля.
«Пусть выведет Земля из себя: душу живую породу (нефеш хая лемино)», существа, которые называются «беhема», пресмыкающихся и зверей земных по их роду. (1:24)
«Беhема» – важное и интересное слово. Это не зверь («хайто эрец»), а совершенно другое животное, приписанное к человеку, по самой своей природе; оно для человека «бама» – то «подножие», на котором он в своей повседневной жизни и работе может надежно опереться. Оказывается, среди животных есть такие особые виды – неважно, в диком они состоянии или одомашнены – заранее предназначенные быть человеку «бама», поддержкой. Беhема призваны освобождать человека от природного тягла, облегчать его труд, давать ему досуг для духовной жизни. В известном смысле человек становится человеком, опираясь на беhема, которые подключены к человеческой душе не в результате умелой дрессировки, а своей нефеш хая.