Чтение онлайн

Другое могучее средство агитации — это радио. Буржуазия западноевропейских стран и Америки очень умело использует и его. У нас только-только создается радио, еще надо подбирать материал для деревни, у нас только начинается контроль за ним, за всем тем, что передается в деревню по радио. Конечно, если радио попадет в деревню, оно будет помощью избачу.

Кино и радио чрезвычайно могучие рычаги для обслуживания масс. Надо стараться, чтобы кино и радио проникли в деревню, пришли бы на помощь избачу.

1926 г.

Деревня не согласна больше жить по-старому. Она не хочет быть оторванной так, как прежде, от всего мира. Война империалистическая, революция, гражданская война, советский строй, растущая товарность крестьянского хозяйства привели к тому, что теперь крестьянин все желает знать «до точности»: и то, как живут люди в нашем Союзе по селам и городам, и о том, как живут люди в других странах, к чему они стремятся, чего и как добиваются. Крестьянин желает знать и о чудесах подземного мира и о том, что делается на дне морском, что делается за облаками. Он хочет овладеть тайнами прошлого и заглянуть в будущее. Он хочет впитать в себя весь опыт человечества, овладеть наукой, изучить наилучшую постановку сельского хозяйства и приемы нужной ему до крайности техники. Он понимает, что знание — сила. Раньше знание приобреталось лишь годами долгой учебы и, по сути дела, могло быть доступно сравнительно лишь небольшому слою. Теперь благодаря радио и кино знание демократизируется, делается доступным массе. Самая глухая деревушка может получить возможность слушать самых талантливых ораторов, слушать лучших светил науки. Самая глухая деревушка может воочию увидать то, что происходит во всех концах мира. Мы плохо еще учитываем все значение возможности централизации пропаганды и агитации через кино и радио, плохо учитываем то колоссальное влияние, которое этим путем можно оказывать на широчайшие массы. Мы мало думаем о том, что от того, насколько широко мы сумеем радиофицировать и кинофицировать наш Союз, зависит то, насколько быстро мы успеем цивилизоваться, насколько глубоко проникнут в массы идеи коммунизма. Мы забываем, что темп жизни становится сейчас совершенно иным, что мы живем не одни на земле, что мы живем в буржуазном окружении и что никогда нельзя преуменьшать силу врага. Буржуазия борется за свое существование отчаянно, и она умеет прекрасно использовать радио и кино в целях идейного порабощения масс, в целях развращения их, одурачивания их. А мы живем так, точно над нами не каплет. О радио- и кинобоях мы мало думаем. Мы смотрим на радио и кино больше как на средства развлечения, а не как на орудие борьбы с мировой буржуазией. Орудие борьбы, конечно, должно быть тоже современным, нельзя радио превращать в простую агитку и распространяться по радио на поучительные темы, что Болдуин — это балда, или набивать кино одними агитками против самогона и бабок-повитух. Надо отточить как можно лучше радио- и кинооружие.

Совершенно исключительное значение имеет кино. Есть два типа мышления: отвлеченное (абстрактное) и образное (конкретное). Абстрактное мышление свойственно, например, философам, известной части математиков, юристам; конкретное — инженерам, изобретателям, агрономам и пр. Конкретный тип мышления не ниже абстрактного, это только иной тип; человек мыслит не логическими рассуждениями, а живыми образами. Рабочие и крестьяне, постоянно имеющие дело с вещами, чаще всего обладают конкретным мышлением. Вот почему «показ» для рабочего человека убедительнее «рассказа», вот почему кино для него имеет совершенно особое значение, вот почему наши рабфаковцы так страдают и болеют от словесных методов обучения, вот почему они так часто обесцвечиваются. На этом вопросе Главпрофобру нужно бы остановиться поосновательнее. Этот вопрос не входит в предмет нашей статьи, однако. Я хотела только подчеркнуть особое значение кино для широких масс трудящихся.

В заключение остановлюсь еще на том, какое громадное значение имеет кинофикация деревни. Мы живем в эпоху переходную от капитализма к социализму. В эту эпоху должно быть изжито разделение общества на классы. В частности, нам, СССР, в этот период надо будет изжить деление трудящихся на рабочий класс и крестьянство. Экономической базой, которая сделает возможным слияние этих классов, будет индустриализация деревни, приближение обработки продуктов добывающей промышленности к источникам сырья. Параллельно будет идти процесс идейной смычки между этими двумя классами, процесс, который уже начался, но должен быть углублен чрезвычайно. Одним из способов углубления должно быть расширение горизонта крестьянина, разбитие оков деревенской ограниченности, изолированности. Тут кино сыграет совершенно незаменимую роль.

У нас существует «Селькино». Оно только-только еще начало свою работу, но собрало уже немало материала об отношении крестьян к кино, о тех требованиях, которые предъявляют крестьяне к нему. «Селькино» с энтузиазмом взялось за свою работу, но у него часто не бывает под рукой даже нужной сотни рублей. Так дело не пойдет. Нужно как можно больше внимания и помощи работе «Селькино». Эта помощь необходима, без нее будет кустарничество, а тут нужен размах, который на деле помог бы нашей деревне цивилизоваться.

1926 г.

Тов. Ленин не раз повторял, что построить новую, светлую жизнь в стране безграмотной нельзя. Где безграмотность, там темнота и невежество. Человек безграмотный — вроде того, как полудикий. «Безграмотный человек стоит вне политики, его сначала надо научить азбуке. Без этого не может быть политики, без этого есть только слухи, сплетни, сказки, предрассудки, но не политика» [27] .

«Мало того, — говорил Ильич на II Всероссийском съезде политпросветов, — недостаточно безграмотность ликвидировать, но нужно еще строить советское хозяйство, а при этом на одной грамотности далеко не уедешь. Нам нужно громадное повышение культуры. Надо, чтобы человек на деле пользовался уменьем читать и писать, чтобы он имел что читать, чтобы он имел газеты и пропагандистские брошюры, чтобы они правильно распределялись и доходили до народа… Нужно научиться пользоваться тем скудным, что у нас есть… Надо добиться, чтобы уменье читать и писать служило к повышению культуры, чтобы крестьянин получил возможность применить это уменье читать и писать к улучшению своего хозяйства и своего государства» [28] .

От времен царизма у нас осталось море безграмотности. По одной РСФСР неграмотных в возрасте до 35 лет еще имеется 12 миллионов человек. Яснее ясного, что, если мы пойдем обычным путем, путем административным, дело затянется на десятки лет, а из безграмотности, темноты, нищеты, убогости нам нужно вылезать как можно скорее. Где же путь? На том же самом съезде политпросветов Ильич указал его: дело можно завершить только, если сама народная масса помогает.

Ту же мысль Ильич высказал и на III съезде Союза молодежи: «Все говорят о ликвидации безграмотности… Недостаточно того, чтобы Советская власть приказала, или чтобы партия дала определенный лозунг, или чтобы бросить известную часть лучших работников на это дело. Для этого нужно, чтобы само молодое поколение взялось за это дело» [29] .

И вот надо, чтобы все население РСФСР вошло в состав общества «Долой неграмотность», т. е. чтобы оно вплотную взялось за это дело. Тогда справимся так скоро, как и не ожидали.

Надо только, чтобы каждый член ОДН не ограничивался тем, что вносил им самим определяемый взнос в ОДН (взносы необходимы: нужно снабжать желающих учиться букварями и письменными принадлежностями). Надо, чтобы каждый член ОДН проникся до конца важностью задачи по поднятию культуры страны, чтобы он поставил себе целью помогать всеми силами безграмотным обучаться: иногда надо человека убедить, иногда дать в руки ему букварь, иногда помочь ему освободиться на пару вечеров в неделю, иногда подыскать учителя, иногда самому показать безграмотному, как подойти к делу, иногда завербовать новую силу для борьбы с безграмотностью — нового члена ОДН. О грамотности ребят и подростков надо заботиться не меньше, чем о грамотности взрослых.

А дело нашей ВЧК л/б, наших грамчека [30] , всех политпросветучреждений помогать этой народной инициативе, народной самодеятельности, помогать инструкциями, указаниями, советами.

Каждая изба-читальня также должна стать опорным пунктом по борьбе с безграмотностью: вербовать новых членов ОДН, выяснять им их задачи, организовывать их, помогать их самодеятельности, возбуждать среди них соревнование. Нажимом, принуждением можно испортить все дело, но убеждать и убедить мы должны научиться во что бы то ни стало.

Товарищи, беритесь за дело покрепче. Наладить жизнь сытую, здоровую, просвещенную, светлую в стране безграмотной нельзя. Станем все членами ОДН!

1926 г.

Товарищи! Я сегодня хотела с вами поговорить на ту тему, которая в последнее время особенно волнует и захватывает нас, всех политпросветчиков, и которая. также имеет прямое отношение и к библиотекарям. Я говорю о вопросе краеведения. Вопрос этот, конечно, не новый. О краеведении говорится давно. О необходимости налаживать работу и школьную и политпросветскую таким образом, чтобы она соответствовала потребностям данной губернии, разговор шел давно. Но если мы посмотрим наши политпросветские журналы, наши книжки, то увидим, что у нас очень много говорится о методах работ, о разных отдельных очень целесообразных и очень полезных приемах работы. Указывается на отдельные неправильные подходы, а самое большое место занимают вопросы методические. И это по всем видам работ. Я скажу, что это имеет место не только в отношении работы политпросветов, но и в другой работе. Например, в работе соцвосовской также больше всего говорится о методах работы, о подходах, но сравнительно очень мало говорится о краеведении. Мне приходится знакомиться с местными журналами. И вот, например, Уральская область — область чрезвычайно характерная, своеобразная, непохожая на другие области, а берем местный журнал — там об этих особенностях ничего не говорится (я говорю в разрезе Соцвоса), а говорится о всяких общих вопросах. Мало говорится о том, чем живет, чем дышит эта Уральская область в смысле производственном, каковы перспективы ее развития.