Чтение онлайн

Я сейчас кончаю, потому что то время, которое полагается, уже истекло, я хочу сказать только вот что — что клуб у нас до сих пор производит работу главным образом в стенах клуба, а задачи его — охватить все стороны жизни рабочей массы. Поэтому чрезвычайно важно, чтобы работа клуба распространялась и на работу жилтоварищества и на работу во всех тех местах, где собираются рабочие. Нужно, чтобы все стороны жизни клуб охватывал. Он должен вести распространительную работу, как говорят англичане. Эта распространительная работа в данный момент имеет громадное значение.

И, наконец, я бы хотела обратить внимание еще на чрезвычайную важность организации клубов в колхозах и совхозах — клубов, которые опирались бы на клубы-читальни в отдельных селениях, на красные уголки и тоже являлись центрами, притягивающими массы. Важно создать такой культурный центр, который обслуживал бы не только постоянных рабочих, но и сезонных рабочих, который действительно охватывал бы массы, только что пришедшие в совхозы, которым предъявляются большие культурные требования и которые с этими требованиями не могут справиться.

Позвольте, товарищи, закончить этим свое приветствие и пожелать вашей конференции всякого успеха в ее работе.

1930 г.

Вчера мне пришлось быть на конференции школ молодежи. Там были делегаты-подростки, работающие в окружении колхозов. Эти подростки чрезвычайно активны. Конференция была довольно интересной в том отношении, что несколько месяцев назад мы имели такую же конференцию с делегатами из тех же школ, и мы могли видеть, насколько за эти несколько месяцев выросла эта публика, насколько выросла колхозная молодежь.

Самое показательное, что совершенно изменился язык. Несколько месяцев назад язык делегатов был специфически деревенским, а сейчас они говорят литературным языком, и притом не только мальчики, но и девочки, что тоже показательно. Раньше была большая разница между выступлениями мальчиков и девочек. Язык изменился. Сейчас они совершенно просто говорят о кадрах, о дифференциации деревни, о плановости, вообще у них появился целый ряд новых слов, новых понятий, которые вошли в язык. Кроме того, виден рост настроений. У них совершенно другая заряженность, чувствуется, что они варились в котле классовой борьбы.

Мне было интересно знать, как идет культработа в колхозе. Такая конференция интересна в том отношении, что она дает неприкрашенную картину того, что делается в колхозе. За вчерашний вечер высказалось довольно много народу, и общее впечатление такое, что прежде всего везде есть библиотеки, чего несколько месяцев назад не было. Затем все отмечают большую потребность в книге. Те книги, которые имеются, читаются нарасхват, зачитываются до дыр. Затем почти каждая школа выделяет ребят для сбора книг и для проведения читок. Читают они газеты, читали статью Сталина [50] , читают книги. Видны рост, поднятие культурного уровня.

Таким образом, мы, может быть, просто излишне нервничаем и не улавливаем того, что имеет место в колхозах. Но вот все ребята отмечали, да мы и сами знаем, что книг чрезвычайно мало. Каждая книжка зачитывается до дыр. Сейчас удельный вес книги очень изменился. Если раньше мы имели вообще книги для самообразования, для развлечения и т. д., то сейчас книга превратилась в орудие борьбы, в орудие организации. Есть такие книжки, которые перечитываются буквально всем селом уже после того, как они были громко зачитаны. В связи с новыми формами хозяйствования чрезвычайно повысился интерес к партийным директивам, к политической книжке.

Перехожу к вопросу об учете. Если не считать выборочного учета, который производится бригадами [51] , привозящими в центр сведения о том или другом колхозе, то настоящего учета у нас нет. Может быть, представитель Колхозцентра расскажет нам о том, что у них это дело поставлено лучше, но в статье «Статистическое обозрение» говорится:

«Совершенно невозможно сказать, как сейчас обстоит дело с культурой в социалистическом секторе сельского хозяйства, потому что количество колхозов все время меняется, то оно увеличивается, то уменьшается. Невозможно установить точные границы соцсектора сельского хозяйства».

Я думаю, что если ЦСУ каждый раз будет пересчитывать свои статистические данные, то этой работе не будет конца, потому что количество колхозов все время растет. Конечно, меняется и снабжение, например снабжение книгой. Сейчас библиотечная работа ведется более быстрым темпом, но и это учесть очень трудно, потому что в одной и той же области работает много разных организаций.

На партсовещании по народному образованию [52] очень много говорилось о необходимости единого плана культурной работы, но пока никаких конкретных результатов еще нет, каждая организация продолжает работать, даже каждый местком посылает от себя библиотеки в порядке шефства, не говоря уже о том, что профсоюзы действуют сами по себе, Колхозцентр — сам по себе, политпросветы — сами по себе. Продолжается та же разобщенность, которая была до. сих пор. Плана единого нет, и потому говорить о планомерном снабжении пока еще трудно.

Но все-таки какой-то учет нужен был бы. Нужно в отношении статистики сговориться с ЦСУ о новых методах учета. Можно было бы поставить только два вопроса: первый — есть ли там библиотека, или изба-читальня, имеющая библиотеку, или красный уголок, или ничего нет. Этот вопрос, по-моему, можно было бы очень быстро разрешить, а затем надо было бы учесть другое — количество книг.

Если бы мы вздумали сейчас спрашивать точные цифры, то из этого ничего не получилось бы. Мы не можем даже сказать, как идет счет книг: в сотнях, тысячах или десятках. Если это красный уголок, то там насчитываются книги десятками, если это изба-читальня, то иногда десятками, иногда сотнями, а иногда и тысячами.

Учет библиотечного имущества колхоза можно было бы провести, если бы использовать радио, дать при его помощи заказ «всем, всем, всем» и получить через округа ответы. Тогда вы могли бы, конечно, сократив обработку, получить своевременно необходимые нам данные. Цифры нам нужны, без них посылаются книги туда, где уже имеются хорошие книги, и не посылаются туда, где ничего нет. Получается «в одних местах густо, а в других — пусто».

Поскольку приходится следить за провинциальной прессой вообще, надо сказать, что в некоторых областях Местная пресса играет крупную роль в смысле учета. Я некоторое время внимательно следила за «Орловской правдой». Она дает очень полную картину того, что делается в колхозах, сообщает, например, о том, что привезено 100 тысяч книг. Конечно, это величина тоже весьма условная, потому что может быть привезено 100 тысяч книг по 5 копеек, а может быть 100 тысяч книг по рублю. Но все же местная печать дает картину, как эти книги распределяются и т. д.

Можно было бы добиться, чтобы местная пресса давала полную картину положения в каждом округе, что там делается по библиотечному делу.

Нельзя сказать, чтобы в каждом районе библиотека имела одинаково актуальное значение. В тех районах, где население грамотнее, где оно привыкло к книге, там библиотека имеет огромное значение и там она важна. Там должны быть книги, удовлетворяющие все потребности. Но мы имеем и отсталые области, где гораздо меньше грамотных, способных читать, там библиотека имеет совершенно другой характер. Там надо иметь главным образом такие книжки, которые можно читать вслух. Вообще здесь не так важно количество книг, как их злободневность, популярность.