Чтение онлайн

Разумовский ничего не ответил, не обернулся, а продолжал смотреть на дверь с круглой резной ручкой. Снова поднималась удушающая жара, он расстегнул верхние пуговицы на рубашке, подумывая вернуться в палатку. Рядом встал Виктор Альтов, в белом костюме, золотым перстнем на правой руке, знак отличия. Никто не произнёс ни слова, только короткий приветственный кивок.

Михаил хотел уже вернуться в палатку, когда ручка завибрировала, но не повернулась, послышался безобразный скрежет, дрожь прокатилась по земле, гвардия приготовилась атаковать, отошла на приемлемое расстояние и подняла защитный барьер. Дверь распахнулась настежь, и под яркое утреннее солнце выскочила девушка. Всё произошло быстро, он даже не заметил, как она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Девушка тяжело дышала и жмурилась от света, будто не видела его много лет, рюкзак свалился с плеча на землю.

Михаил сделал несколько шагов вперёд, но в плечо вцепилась рука Марова. Альтов во главе с генералом гвардии уже почти подошли к двери. Дальше, фигуру девушки закрыли собой люди Виктора. Досада скреблась внутри, как свирепые кошки, лишившиеся добычи, пришлось послушать единственного друга и отправиться к машинам, чтобы прибыть в город и быть в числе первых, кто услышит правду. Разумовский постарался не замечать того, как к Библиотеке приближаются археологи, историки, несколько химиков. Где-то в солнечном сплетении отдало неприятной дрожью, но даже если он сказал бы хоть слово против, его никто бы не послушал. Это место не вызывало доверие, наоборот в купе с землёй на которой нашли великое достояние, всё нужно было похоронить и никогда не искать.

Он даже не заметил времени, потраченное на дорогу. Но внезапно песок сменился на грунтовую дорогу, дальше раскинулась степь, где кроме сухоцвета ничего не росло, а солнце всё следило за ними, припекая напоследок. Спустя ещё пару минут стали показываться зелёные поля и деревья. Ближайший город - Миртрер - населяли только военные, их близкие, и несколько десятков семей, что не хотели покидать дом, решив, что произошедший ужас до них уже не доберётся. После трагедии девятнадцать лет назад города и сёла в округе опустели. Люди бросали всё и уходили вглубь материка, чтобы начать новую жизнь. Боялись, что всё могло повториться. Долгое время никто не решался приближаться к серой пустоши, которая похоронила всех, кто находился в радиусе ста километров от эпицентра.

Археологи иногда совершают ошибки.

И небольшой город с развитой инфраструктурой, не казался одной серой массой, как ожидалось. Здесь росло много лип, высоких кустарников. Улицы чистые, вывески опрятные. Небольшое население на удивление любило свой городок, через который бежали после трагедии. Здесь было уютнее, чем в Астерии, но непривычно тихо.

В двухэтажном здании местной гвардии собрался Совет Роменклава. Они стояли в просторной комнате вдоль стены с большим стеклом и наблюдали за девушкой, с которой сейчас была Григори 2 . Обследование заняло некоторое время, все застыли в ожидании. Высший Совет снова оттеснил Малый и просил не лезть, чтобы не подвергать излишней опасности ту, кто только выбралась на свет. Григори вышла из допросной комнаты и к ней сразу подошёл Виктор, расспрашивая о заключении. Разумовский отошёл в самый конец толпы и отдалился, к нему присоединился Маров. Вместе они ждали, зная, всю бесполезность попытаться сейчас отстоять свои права.

– Михаил, Александр, рада, что вы здесь. Как всегда, самые спокойные и не терпящие много шума, - Надежда улыбалась. Её черные волосы были собраны в высокий хвост, карие глаза покраснели от усталости, а брючный светлый костюм немного измялся, но она не теряла своего очарования.
– Давайте отойдём, и я всё расскажу.

Мужчины пропустили целителя вперёд. Надежда отвела их в госпиталь при гвардии, где ей разрешили властвовать пока здесь Совет. По её просьбе местный Григори вышел, оставляя их одних в кабинете, где стояло два стола, диванчик и шкафчик с лекарствами для обычных врачей, магия которым неподвластна, и они лечили традиционными, пусть и шагнувшими далеко вперёд методами.

– Как она?
– спросил Михаил, зная, что всё равно никак не поможет.

– В шоке, потеряна. Физически она хорошо себя чувствует, получила солнечный ожог на сетчатке, но я это исправила. Видимо в Библиотеке кромешная тьма. Никаких других повреждений, она в порядке.

– А психологически?
– спросил Александр, немного нетерпеливо почёсывая подбородок.

– Она не говорит, не реагирует. Виктор сказал, что она ни слова не произнесла, как вышла. Уверена, его это не остановит. Думаю, Альтов уже начал свой допрос.

– Он может попытаться залезть в её голову?
– Маров посматривал на дверь, будто боялся, что сейчас кто-то ворвётся.
– Хотя я не думаю, что кто-то из Малого Совета ему поможет.

– Сейчас этого лучше не делать, и уверена Виктор меня услышал. Её отец и брат скоро будут здесь, так что он не станет рисковать.

– Николай не сможет забрать её. Не сейчас, когда вышла только она одна. А где же ещё девятнадцать человек? Так что она останется здесь, пока Виктор не сможет вытрясти из неё правду.
– Маров не унимался.
– Но я больше переживаю за людей, кто вошёл в Библиотеку сегодня. Дверь снова открылась, и Виктор сразу отправил экспедицию учёных. Видела бы ты сколько он пригнал грузовиков, надеясь поживиться. Глупое решение, когда мы не знаем ничего об этом древнем хранилище.

– Уверен, у Николая Медичи найдутся козыри, чтобы забрать дочь.
– Михаил говорил так, будто не слышал последних слов, поправил манжеты и вышел из госпиталя, за ним сразу направился Александр, что постоянно называл себя его другом.
– Ты не думаешь, что нам следует вмешаться, попросить царей об остановке допроса? Ей нужна помощь, Виктор своей нетерпеливостью сделает только хуже.

– Приказ поступил от царей.

Они прошли по длинному коридору, вошли в помещение и присоединились к наблюдателям. В допросной комнате были Виктор Альтов и Виктория Роса. Драгана Медичи никак не вступала во взаимодействие. Ещё трое из Высшего Совета, наблюдали отсюда, удобно сидя на стульях и улавливая каждое слово, которое старались записать, обдумать и требовали абсолютную тишину. Михаил и Александр встали и у стены, молча наблюдая, к ним присоединилась Алина Бергадова, и она почти сразу отгородилась барьером, чтобы их не подслушивали.

– Я отправила Артемия встретить гостей, остальные вернулись к Библиотеке. Виктор торопится, но это бесполезно, Драгана не реагирует. Даже не шевелится. Ей нужна помощь, а не допрос.

Михаил ничего не ответил, только смотрел на медно-каштановые волны волос, что в беспорядке лежали на узких плечах, потерянный взгляд, смотрящий куда-то в сторону, что не рассмотреть цвета радужек, напряжённые пальцы, которые словно вот-вот придут в движение и вцепятся в голову. Но ничего не происходило. Губы Виктора расползлись в змеиной улыбке, на которую не хотелось смотреть лишний раз, болотные глаза поблёскивали под светом ламп, а чёрные волосы сильно зачёсаны назад. Виктория тоже была в белом костюме, но вместо улыбки настороженная ухмылка, глаза цвета янтаря, подведены чёрной подводкой, что уже смазалась в уголках, а светлые волосы заплетены и уложены короной. Узкое лицо выглядело серым. Болезнь не шла ей на пользу.

Немыслимо долгое представление. Попытка не увенчалась успехом, Виктор ударил по столу, и Михаил заметил запоздалую реакцию Драганы и это единственное, чего от неё смогли добиться за несколько часов. Роса вышла из допросной, Альтов тоже смирился с неудачей. Разочарование тянуло за собой тишину и быстрые, косые взгляды. Разумовский вышел в коридор, ориентируясь на шум, послышался спор, и он увидел стремительно приближающего Томаса Медичи, который открывал одну дверь за другой не его пути. У входа стоял разъярённый Николай, в упор, смотрящий в глаза Виктору. Крепкий, высокий мужчина, с копной ярко-медных волос и бородой был в ярости, что его дочь отправили на допрос, а не оказывали медицинскую помощь, как положено. Михаил следил за ними, а сам открыл дверь для Томаса. Приёмный сын Николая всегда работал с ним и насколько можно понять с Драганой у них прекрасные отношения, если судить, как она бросилась ему на шею заливаясь слезами.

Спор между Виктором и Николаем не прекращался, Александр вышел на шум и предусмотрительно перекрыл барьером путь для любопытных. Драгана вместе Томасом прошли мимо отца, а Медичи-старший что-то шепнул Альтову и пошёл за детьми.

– Что он ему сказал?
– Маров подошёл к другу, подозрительно улыбаясь.
– У Виктора лицо перекошено. Почему Виктор их отпустил?

– Это Николай Медичи, у него всегда есть что сказать.

Михаил никому не сказал, что видел, как Драгана запихнула свой блокнот из толстой кожи в рюкзак. Виктория бегло пролистывала его во время допроса, но по глупости оставила на столе. Видимо решила, что потрясение девчонки слишком сильное. Коридор пустел, внезапно поднявшийся шум стихал, Разумовский избавился от общества Александра и направился к выпавшему листу из дневника, который никто так и не заметил.