Чтение онлайн

Мы йомены получили разрешение на четыре десятины земли под пашни на семью, и еще два на каждого из сыновей. Под выпасы и сенокосы по столько же. Но пока тут вовсе ограничений нет. Даже лес можно рубить сколько угодно. Правда, все же лучше начинать со своих земель. Так как если ее не обустроить в течение трех лет отберут. Нам вот с братом надо семь десятин очистить. А простым арендаторам дают две десятины под пашни, два под выпасы. Даже своим крепостным барон разрешил сюда переселяться. Но там свои условия.

– У тебя с сыновьями через три года должно быть двенадцать десятин пашни. Я правильно понял?

– Не совсем. Старший женат. Поэтому у него свои четыре десятин. Правда, тут дело такое, при дележе... ну как наследство там. То он может получить долю только из четырех десятин. Да и то в ровных долях.

– То есть с учетом того, что есть у сына, получается четырнадцать десятин одной пашни надо приготовить, - начал настаивать Лавр.

– А вот оно что. Нет, часть и этих земель можно оставить под выпасы и сенокос. Еще на десять лет. Главное чтобы они использовались. Даже часть деревьев можно оставить на месте. А с пашнями еще как. Можно их и для барона подготовить. Выбрать участок, где покажут и поработать. За это дадут еще десятину земли в лен. Но не только из-за наделов люди сюда идут. Вот с нами переселился наш кузнец. Вернее его племянник. Сын старшего брата нашего сельского мастера. Работал в городе. В последнее время был подмастерьем у дяди. Но вот тоже решил перебраться с нами.

Ну, а что мастера тут тоже нужны. Не на дядю же все время работать. А что его тоам ждало? Ну, выделился бы в Салендере, кузню новую поставил. И что? Кто бы к нему пошел? Хотя он и хороший мастер. Даже уже сейчас поискуснее дяди будет. А тут еще Броники сидят совсем недалеко. Если, что сложное и качественное надо - к ним обращаются. Потому что проверенно и надежно. В городе свои мастера.

А тут он нужен. Заказов много. На самой дороге кузнец из города сел. Но он больше по подковам работает, или на телеге что отремонтировать. Да и то господин Бефар все равно к Марку обращается.

– И он тут, - скорее констатировал, чем спросил Лавр.

– А как же. То же говорит, Вы посодействовали. Может и заглянет. Но работы у него много. Ему же барон триста десятин с лишним пожаловал. Очень хороший участок. Поляна большая, открытая. Есть перелески и небольшие рощицы, речка маленькая протекает, озерцо маленькое. Многие хотели взять эти земли под пашни. Но барон сказал, что господину Бефару такое место нужнее.

Вот и отдал ему весь участок под выпасы. А тот коней своих будет разводить. Перебрался уже сюда. В начале осени поставил несколько стожков. Часть табуна продал барону. Остальное переправил сюда. Правда, говорит, что перед снегами вернется их на старое место. Там все же конюшни хорошие. И корма на зиму и у него на старом месте. Не сюда же везти. А уж в следующем году по весне здесь развернется. Обещал, что можно будет к его жеребцам кобыл водить. Подобрел. Обещал нескольких маток отделить, чтобы для крестьянских хозяйств лошадей выращивать. Вот. А людей у него мало. Да говорил уже. Сына то он все-таки на службу отдал. Тот теперь при бароне.

– А что со старыми землями?

– Так отдаст арендаторам. Которым и пастбища и сенокосы нужны. Кроме того у него крепостных пять семей. Два сюда переводит. Три там оставит. И даже после того как количество рабочих рук на старом месте сократится, все равно оставшимся людям еще немного земли не помешает. А господин Бефар со своими хорошо обращается. Они у него, по сути, от арендаторов не отличаются. Только особо ленивых гоняет сильно. Так это для их же пользы. Вот люди и стараются. Часть старых пастбищ уже вспахали. Улучшать в следующем году будут. Земли там все же оскудели за последнее время. Вот и мои братья в Саледере на будущий год много тыквы посадят.

– Только у меня вопрос. А как тут детей то учить будете?
– поинтересовался Лавр.

– А кто как. Все же в крестьянском деле грамота не самое главное. Только вы уж не обижайтесь. Многие по-простому думают. Нет. Я вот своих учу. Думали мы, как с этим быть. А тут, оказывается, рядом с нами теперь поселок будет. Там еще старые рудные выработки остались. Еще с тех времен как народу здесь больше жило. Ну а Броники барону и сказали, что у нас на каменоломнях работают рудокопы, которые отсюда на левый берег перебрались. Они ведь долго за эти места цеплялись. Пытались тут руду тайно добывать и переправлять. Но эта возня ВТО время оказалась убыточной. Работы много - а результат маленький.

А теперь барон им обратно и предложил переселиться. Ну, они и обрадовались. Все же руду добывать выгоднее будет. Если конечно мешать не будут. Больше полусотни семей сюда еще в сентябре пришли. Кроме того недалеко отсюда уголь каменный есть. Туда еще семей тридцать отправилось. Так что школа в поселке будет. Ну и мы своих детишек туда будем возить. Дорога всего-то полторы версты.

– А не опасно?

– Разбойников стало меньше. За линию они уже стараются не лезть. Баронские егеря каждый день в поиске. Да и мы-то не овечки. Оружие есть. Барон каждые три недели выдает порох. Мы как раз за ним приехали. Так что и зверье опасное выводим. Да и народу тут уже не мало. Люди не только из-за реки идут. Тут из лесов тоже выходят. А что. Жизнь тут была вроде вольная, а не сахар. Да и какая свобода, если чуть ли не каждый день грабят. Живут в землянках, лошадей и инвентаря мало. А без этого много не наработаешь. Многие потому и в разбойники пошли. А теперь и они к барону на работы идут. А он и землю дает, и платит хорошо. У переселенцев многие трудятся. Потому тут и шаек мало стало. Ты уж прости. Заговорился тут я у тебя.

– И ты меня прости. Задержал тебя своими вопросами, отвлек от дел. Но, я тоже пойду, уже смотрители ждут. Бывай тогда.

Йомен уехал, а Лавр записал потом разговор. Теперь же, слушая рассказ Елича, вспомнил упоминание о рудокопах. Действительно если их столько сюда переселилось, кто на каменоломнях работает? Желающих наняться туда не так много. Тем более теперь когда рабочих рук не хватает везде. Тут еще с угольного рудника все на эту сторону перебрались. А на старом месте тоже люди нужны. Вот и отправляют туда схваченных разбойников. Кого месяца на два, а кого и на более длительные сроки. Все зависит от того, кто сколько натворил.

Это Лавр знает хорошо. Все же он член баронского суда. Кроме того принимал непосредственное участие в дознании. Беседовал с попавшими в руки людей барона разбойниками. Записывал их рассказы, задавал вопросы, сверял показания между собой. С некоторыми из пойманных людей приходилось общаться более тесно. Так что, о том из кого состоят ватаги, и какое наказание накладывается на них, представляет хорошо.

Неожиданным оказался визит унтер-лейтенанта Людвига Ретенблака. Молодой офицер не является близким знакомым. Они и виделись то раза три и то мельком. Да конечно молодой человек достаточно приметный. Темно-светлые волосы, складная фигура, красивое мужественное лицо. Подтянут, держит себя с достоинством. Дружелюбен. И все же Лавр с ним до сих пор даже не беседовал ни разу. А тут визит.

– Здравствуйте господин Маржиц, - вопреки ожиданиям Людвиг поздоровался без всяких намеков на субординацию. Более того в мягком тоне нет намека даже на официальность визита.

– Здравствуйте господин Ратенблак.

– Польщен господин Лавр, что знаете меня. Но вынужден сразу перейти к делу. У меня к Вам поручение. Точнее меня попросили передать вот эти корзины с фруктами. Кроме того тут домашнее печенье, - торжественно заявил офицер. В руках у него одна за другой откуда-то действительно появились две достаточно вместительные тары. Даже показалось, что это какой-то фокус. Впрочем, секрет раскрылся сразу же. Корзины с улицы передает солдат.

– Спасибо, - удивился неожиданному вниманию Лавр.
– Но от кого?

– Частично от моей невесты. Но большей частью от ее подруг.

– Простите, а кто ваша невеста? И как-то странно, когда молодой человек передают подарки от своей невесты другому.

– Моя невеста Элен Оленфар, - радостно просветил посетитель.

– О! Тогда все понятно. Она неоднократно приезжала в библиотеку со своей подругой ...Амелией Бекбутен, - вспомнил Лавр. Действительно девушки стали частыми посетительницами книжного зала публичного отдела. Интересовались книгами. Причем не только любовными романами. Например, та самая Амелия Бекбутен внимательно изучила, что имеется по хозяйственным вопросам. Даже посоветовала, что заказать. Так что Лавру даже не раз довелось мило беседовать с этими девушками.