Чтение онлайн

В Законе акцентируется, что никому из левитов не полагается иметь собственных земельных наделов [264] – «нет левиту части и удела с братьями его: Сам Господь есть удел его» (Втор 10:9). На содержание священников и всех левитов определялась десятина, которую должны были уплачивать все израильтяне, отделяя десятую часть урожая и приплода скота (Лев 27:30; Чис 18:20–32). Кроме того, священники получали часть от практически всех приносимых людьми жертв.

Значение жертв. В отличие от языческих культов, где жертвы воспринимались прежде всего как «кормление» божества, в ветхозаветном Писании четко проводится мысль, что Сам Бог не нуждается в жертвах. Совершение жертвоприношения было способом выразить любовь и преданность Богу, признать власть Бога над миром и зависимость человека от Бога, и воздать благодарность Богу как источнику всех благ. Подобные жертвоприношения по большей части были добровольными.

Другое важнейшее назначение жертвоприношения – напоминание о связи греха и смерти. Совершив грех, человека становится виновен пред Богом, а последствием греха является смерть (Быт 2:17; 3:17–19; Рим 6:23). В случае совершения грехов принесение жертвы было необходимо – «без пролития крови не бывает прощения» (Евр 9:22). Грех человека как бы переходил на животное, и его смерть вместо человека была заместительной, «искупительной». Жертвоприношение означало осознание греха человеком, выражало его покаяние [265] .

В жертву предназначались продукты питания – человек «делил с Господом то, что составляло основу его жизни» [266] . В жертву можно было приносить только домашний скот, а не диких животных: именно домашние животные представляли для человека настоящую ценность. Бедным людям разрешалось приносить голубей. Для жертв употреблялись тельцы (быки), овцы, козы, голуби, в большинстве случаев – особи мужского пола. Человек, который хотел принести жертву, должен был отобрать самое лучшее животное из своего стада, без физических недостатков. В присутствии священника человек клал руки на голову животного, с силой надавливал на лоб – как бы отождествляя себя с животным – и исповедовал свои грехи. После этого он должен был сам зарезать свое животное, причем нанести удар точно, чтобы избавить животное от лишних мук. Этот обряд постоянно напоминал о связи греха и смерти, виновности человека пред Богом и милосердии Бога. Священник выливал кровь жертвы к подножию жертвенника (в других случаях кропил ей жертвенник либо мазал роги жертвенника) – это подтверждало, что вина грешника пред Богом оплачена жертвоприношением, а также символизировало возвращение души животного к Богу.

Перечислим виды ветхозаветных жертв.

Жертва всесожжения (Лев 1) – важнейшая жертва, приносимая священниками ежедневно (утром и вечером). Это жертвоприношение символизировало полную преданность Господу. Название отражает особенность этой жертвы – после заклания все животное целиком (кроме шкуры) сжигалось на жертвеннике; еврейское название – «ол'a», «возносимое» – подчеркивало, что жертва возносится к Богу в виде дыма.

Жертва за грех (Лев 4) приносилась за невольные грехи, совершенные по слабости или неведению; к примеру, случайное ритуальное осквернение [267] . Цель этой жертвы – очистить людей от последствий греха. Чем выше было общественное положение человека, тем крупнее и ценнее должно было быть животное для жертвоприношения [268] .

Жертва повинности (Лев 6) приносилась за грехи против ближнего (кража, обман) или против собственности, посвященной Богу. Вина за грех приравнивалась к долгу перед Господом. Прежде принесения жертвы для искупления таких грехов надлежало возместить ущерб потерпевшим [269] .

Жертву мирную (Лев 3) предполагалось приносить во всех случаях, когда человек хотел употребить в пищу мясо животного. Эта жертва имела характер радостного праздничного торжества, и совершаемая после жертвоприношения трапеза символизировала единение с Богом.

Кроме жертвы всесожжения, обычно только часть жертвы сжигалась на огне (чаще всего жир), а другая часть шла в пищу священникам. При принесении мирной жертвы основная часть отдавалась приносившему жертву, и он с семьей должен был съесть это мясо в тот же день.

Хлебное приношение, или бескровная жертва (Лев 2), приносилась в виде пшеничной муки или пресных лепешек [270] . В хлеб добавляли елей и благоухающий фимиам – символ радости. Часть хлебов сжигалась, а часть шла священникам. Хлебное приношение полагалось приносить в праздники (Лев 23:37), им также сопровождались жертвы по случаю очищения от проказы (Лев 14:10,20). Основное значение хлебной жертвы – благодарение Бога.

Отметим, что все жертвы обязательно должны были посыпаться солью (Лев 2:13) – соль, предотвращающая гниение, символизировала очищение и твердость; показательно, что Завет между Богом и Израилем именовался «завет соли» (Чис 18:19).

Как и прочие древние народы, израильтяне подразделяли все в мироздании на «священное» (Сам Бог и все, что было отделено для Бога или связано с Богом) и «несвященное» (все остальное). Понятие «несвященное» вовсе не означало «греховное», а просто нечто повседневное. В свою очередь, несвященное могло быть «чистым» – так обозначалось нормальное состояние предметов и человека, или «нечистым» – то есть оскверненным. «Нечистоту» человеку могла причинить нечистая пища, прикосновения к нечистому предмету и определенные физические состояния. В состоянии «нечистоты» человек не имел права участвовать в богослужебных собраниях и ритуалах. Таким образом, нечистота человека фактически являлась ритуальной. Очищение производилось с помощью воды – у каждой израильской семьи были сосуды для омовений. После длительного периода нечистоты надлежало также принести жертву за грех. Очевидно, что ритуальную нечистоту «нельзя отождествлять с грехом, ибо грех не переносится внешним путем… и может быть устранен только жертвой, а не омовением» [271] .

Согласно Закону, нечистыми были мертвые тела и прокаженные (кожа которых как бы гнила заживо) – прикоснувшийся к ним считался ритуально нечистым семь дней. Ритуально нечистыми также считались люди, имевшие те или иные половые выделения (Лев 12,15) [272] или имевшие в тот день супружеские отношения. Эта нечистота была небольшой – она длилась лишь один день и очищалась простым водным омовением. Брачное общение считалось в Израиле безусловно благим делом; возможно, через признание его ритуальной нечистоты подчеркивался контраст с религиозными практиками язычников, где были широко распространены оргии в честь богов плодородия.

Конец ознакомительного фрагмента.