Чтение онлайн

У каждой женщины должно быть несколько ремней разной ширины и из разных материалов – из обычной или лакированной кожи и ткани стретч. Это весьма недорогой способ освежить гардероб.

Что касается цвета, сегодня женщинам даже не обязательно подбирать ремень к туфлям или сумочке. На самом деле ремень в тон может создать слишком степенный, нарочитый и неуместно тщательно продуманный образ. Если на вас одежда нейтральных цветов, ремень, туфли и сумочка могут внести цветовой акцент в ваш облик. Цвет – это дело вкуса, а с вещами нейтральных цветов вы можете позволить себе выбрать любой. Взгляните на вещи в своем шкафу, чтобы напомнить себе, какие цвета вам больше нравятся.

Созданный в духе сюрреализма ремень от Эльзы Скиапарелли, осень 1934 года.

Мужчины же должны подбирать ремень в цвет. Если на вас коричневый ремень, то и обувь должна быть коричневой, причем того же оттенка. Если обувь рыже-коричневая, то и ремень должен быть таким же. Если же обувь сшита из кордованской дубленой кожи, то и ремень нужен соответствующий. Если туфли и ремень на мужчине разных цветов, будет казаться, будто он одевался в темноте. Когда мужчина жалуется, что подобрать ремень в цвет обуви якобы непросто, я восклицаю: «Сейчас расплачусь!» Мужчинам надо быть благодарными, что у них нет такого богатого выбора, как у женщин. Конечно, когда перед тобой огромные вешалки с ремнями разных цветов, размеров и фактур, выбирать интереснее, но и сложнее.

Все же ремень – наш друг. Он в один момент превращает безвкусную вещь в элегантную. Он может добавить цвета к наряду, зафиксировать на месте брюки, акцентировать талию, придав силуэту форму песочных часов, или сделать все это одновременно. Экспериментируйте!

Однажды, сидя за работой у себя в кабинете в Парсонсе, я услышал, как в мастерской кто-то ругался. Я пробежал по коридору и застал шесть профессоров, которые яростно друг на друга кричали. Когда я их успокоил, мне удалось узнать, из-за чего был весь сыр-бор: из-за рукава «летучая мышь». Преподаватели никак не могли сойтись в определении, причем у каждого было свое мнение. Я отправился к себе в кабинет, чтобы принести «Словарь моды» издательства «Фэрчайлд» (The Fairchild Dictionary of Fashion), надежный источник ответов на подобные вопросы. Вернувшись в мастерскую, я зачитал: «Рукав “летучая мышь” – рукав, глубокий в пройме и сужающийся к запястью, из-за чего со спины напоминает пелерину».

«В “Фэрчайлде” ошибка!» – закричал один из профессоров. Перебранка возобновилась.

Я их прервал. «Нельзя же, чтобы каждый из вас по-разному учил студентов, – настойчиво сказал я. – По поводу этого вопроса мы будем придерживаться пособия Фэрчайлда».

Продолжив бурчать, они согласились оставить свое мнение при себе ради студентов. В конце концов, неправильно, чтобы целый класс старшекурсников прошел учебную программу, узнав шесть разных определений рукава «летучая мышь».

Существует такое бессчетное число терминов, связанных с рубашкой, что голова идет кругом. По моим подсчетам, в «Фэрчайлде» значится 109 названий рукава (тюльпан, венецианский, шутовской, султанский, мадьярский, «баранья ножка», кимоно, пелерина, муфта, фонарик…), 194 названия вырезов и воротников («Питер Пэн», камисоль, лодочка, бабочка, капуцин…), а также 19 названий манжет (французские, мушкетерские, манжета-браслет, отложные…). Теперь вам понятно, почему профессора моды немного чокнутые!

А еще теперь ясно, почему в своей книге я не слишком углубляюсь в детали. Когда дело доходит до моды, ученые и эксперты в большинстве говорят на своем собственном языке и понимают только себя. А обычных людей, у которых нет таких глубоких знаний предмета, это только отталкивает. Поэтому в этой книге я стараюсь занять позицию между простым обывателем и специалистом, то есть максимально упростить крайне запутанную историю происхождения рубашки.

Сперва этот предмет одежды не имел ворота; он появился в 14 веке, а воротник-стойка – в 15-м. Жабо вошло в обиход в 17–18 веках. Съемные воротники и манжеты придумали в 19 веке, а пристежные завоевали популярность лишь в 1920-х годах. Сотни лет считалось, что рубашка должна быть белой, но в середине 1800-х появились рубашки розового цвета (да, розового!), а также рубашки с рисунком и белым воротником. В конце 19 века на рубашках появились полоски. Мужские деловые рубашки были традиционно белыми, но с 1960-х годов цвет вошел в моду, и сейчас каких только расцветок и узоров не встретишь.

Во время работы над этой книгой мне постоянно задавали один вопрос по истории моды: «Почему пуговицы на мужской рубашке справа, а на женской – слева?»

Ответить непросто!

Одни считают, что для этого есть религиозные предпосылки. Во Второзаконии 22: 5 сказано: «На женщине не должно быть мужской одежды, и мужчина не должен одеваться в женское платье, ибо мерзок пред Господом Богом твоим всякий делающий сие». И это один из грехов, в которых обвинили Жанну д’Арк, приговорив ее к сожжению на столбе в 1431 году.

Другие полагают, что все дело в пуговицах, появившихся на Западе и на мужской, и на женской одежде в 13 веке, – они стоили дорого, а значит, у женщины, на платье которой они были, имелась служанка, помогавшая ей одеваться, поэтому для удобства пуговицы находились от служанки справа. Прочие говорят, что пуговицы на мужской рубашке стали пришивать на другую сторону, когда представители сильного пола начали прятать под одеждой оружие и нужно было быстро расстегнуть рубашку и выхватить его.

Есть еще и космологическая теория: на кафтане хасида петли, в которые продеваются пуговицы, расположены справа в знак победы добра над злом, потому что правая сторона ассоциируется с добром, а левая – со злом (1). Если перенести эту теорию в современную Америку, то только женщинам дано победить в схватке со злом!

Мне больше всего нравится следующая теория: когда рыцари дрались на пиках, они подставляли врагу левую, защищенную щитом, часть тела. Примерно в 1300-х годах на смену щитам пришли пластинчатые доспехи, удар в основном приходился в левую половину доспеха. Поэтому доспехи должны были заходить внахлест на правую половину, чтобы пика не застревала в стыках лат, а скользила. В книге о доспехах, изданной Метрополитен-музеем, написано, что именно поэтому мужские рубашки и пиджаки до сих пор имеют пуговицы справа. Значит, не лишено смысла и предположение о том, что, когда на женских нарядах появились пуговицы, их костюм должен был отличаться от мужского в соответствии с заповедями из Второзакония. Каждый раз, застегивая пуговицы на рубашке, я ощущаю связь с рыцарями, готовящимися к битве, и чувствую себя гораздо лучше вооруженным перед утренними встречами!

Рыцари в пластинчатых доспехах.

В 14 веке поверх рубах мужчины носили жиппон. Он плотно облегал тело, был подбит ватой, а спереди имел шнуровку или пуговицы. Благодаря такому крою талия мужчины казалась узкой, а грудь – широкой. Постепенно жиппон превратился в дублет, и какое-то время мужчины носили подплечники, которые могли бы заткнуть за пояс наряды дам из сериала «Даллас».

Теперь о воротниках. Ничто так ярко не символизирует костюм определенного периода, как раф – круглый накрахмаленный воротник, который иногда пришивали к рубашке или платью, а часто надевали как самостоятельный элемент. Когда я вижу изображения женщин с такими воротниками, все, о чем я думаю: «Как у нее можно было украсть поцелуй?» Огромные пышные воротники служили настоящей баррикадой. Они похожи на «елизаветинский» воротник.