Чтение онлайн

Христианство к тому же – особая религия. Говорю это не потому, что вырос в его среде. Думаю, что так же думает любой человек на планете вне зависимости от того, какой при этом «знак» он ставит как главный – плюс или минус. Религия не очень большой части планеты, зародившееся вообще на маленьком «островке» под названием Земля Обетованная, оно покорило все тогдашнее Средиземье и наводнением прошло по всему земному шару. Ни одна культура в мире уже не может игнорировать факт его существования. Оно может триумфально пройти по исконно чужой территории, как это произошло в Корее, где христиане насчитывают четверть населения страны. Где-то его пытаются не замечать, как в Саудовской Аравии, а где-то и прямо борются с ним.

Нет такой другой религии, о которой было бы написано столь много. Ее идеи, история, книги, деятельность церквей буквально на слуху. Даже о буддизме или исламе нет такой обширной литературы и это не потому, что они «проще» или «примитивнее». Справедливости ради надо заметить, что они еще не сыграли такой роли в истории человечества, как христианство. В рамках своих зон они сыграли исключительную роль и возможности для их дальнейшего развития и распространения существуют, думаю, не меньшие, чем у христианства.

И все же «на счету» христианского по происхождению и парадигме «мира» столько значимых для всего человечества философских, литературных, исторических, политических, научных текстов, произведений искусства, открытий географических или научных, войн, сколько, не в обиду будь сказано, не «сотворили» еще пока другие цивилизации. В его историю уже давно втянуты все остальные страны мира. Что бы ни произошло в Европе, на это откликается вся планета, пусть даже и не всегда позитивно.

Сейчас европейские ценности, во многом густо замешанные на иудаизме и христианстве, стали основой первой дерзкой попытки объединить все человечество. Разумеется, эта попытка не воспринимается, да и не может быть однозначно воспринята, как только позитивная. Не случайно, практически на всей планете широко распространены опасения, что грядущий век действительно станет веком противостояния цивилизаций.

Думается, что на самом деле это не противостояние цивилизаций, которые предложили одинаковые и потенциально эффективные программы объединения человечества. Это, скорее, борьба с европейско-американским интеграционным проектом. Наиболее потенциально опасным соперником этого проекта является мусульманская парадигма, однако она еще во многом по-разному прочитывается в самом исламском мире и ставит в большей степени задачу объединения этого мира, не больше. То же самое можно сказать и о буддизме, хотя он, может быть, еще более далек от постановки таких амбициозных задач.

Христианско-европейский вариант обсуждается со всех сторон и многие страны готовы принять его, хотя и с поправками и оговорками. Впервые за всю свою историю европейская культура подверглась такой мощной комплексной экспертизе, раньше спорили, в основном, из-за отдельных идей, терминов, фактов.

У первого общепланетарного проекта две парадигмальные основы – иудео-христианская религиозная и греко-римская секулярная традиции, однако был привлечен и опыт нескольких столетий изучения европейцами истории и культуры не только своей, но и многих других народов, данные науки (феномен специфически европейского происхождения). Иначе говоря, европейский проект опирается на синтез религиозных, светских и научных идей. До своего современного уровня и состояния он развивался на протяжении нескольких тысячелетий и на каждом этапе этого развития обладал большим своеобразием.

Существует, причем не столько в науке, сколько даже в обыденном мнении, представление, что развитие европейской парадигмы прошло несколько стадий и может быть уподоблено развитию живого организма. В «античный» период происходило зарождение исходных ее элементов в разных концах тогдашнего евразийского мира – на Ближнем Востоке, в Месопотамии, Греции, Италии. В «средневековый» период она сложилась в религиозной форме и господствовала в сознании, культуре и на практике. В период «новой истории» с этой религиозной формой шла ожесточенная борьба и к настоящему времени она практически ушла если и не из сознания людей, то из широкой практики.

В реальности, видимо, дело не обстоит так просто. Не «побеждена» еще до конца религия и религиозный взгляд на развитие физического и социального миров все еще широко распространен на планете. Очевидно, что иудео-христианские, по происхождению ли, по форме ли, идеи до сих пор не опровергнуты и не отринуты и все еще необходимы человечеству. Более того, как уже говорилось выше, религия сыграла огромную роль в оформлении цивилизационных идей. Христианство и другие мировые религии – единственные мировоззрения, которые четко отталкиваются от изначальной парадигмы («истины»), сформулированной в самом начале цивилизационной истории. Остальные идеологии, так или иначе связанные с мировыми религиями или даже противостоящие им, берут за основу те трактовки парадигмы, которые возникают позднее. Так, США использовали протестантскую этику, а СССР обратился к просветительской критике религии. Все эти варианты уже находятся под сильным влиянием материализма, рационализма и прагматизма и волей-неволей низводят «истину» на уровень случайной этики, которую можно брать, а можно и отказаться от нее. На это, по сути, работает принцип свободы совести, который, провозглашая право на освобождение от религии, в той или иной степени подрывает связь с конкретной цивилизационной парадигмой. Тем самым провоцируется возможность складывания идейной анархии, перехода к иной парадигме (например, к исламу) или движение к глобальной идейной конвергенции. Демократическое общество придало дополнительный мощный стимул для выдавливания христианства в этическое гетто и, поскольку сейчас так или иначе базовые идеи цивилизации приписываются, по сути, только античной культуре, то фактически используется лишь один из доцивилизационных истоков. Их же два, если к тому же не считать «варварской» культуры, которая все еще не получила должной оценки в этом плане.

Стоит заметить, что и тот синтез «сакрального» и «секулярного», который произвела «христианская» цивилизация в самом своем начале, а именно в период раннего христианства и патристики, отрицается особенно упорно. Именно против него, существовавшего в виде двух блоков – «Священного Писания» и «Священного Предания», активно выступил М. Лютер, гуманисты, просветители, марксисты. В итоге исходная парадигма современной культуры рассыпана на свои составляющие. Вероятно, особая заслуга в этом принадлежит гуманистам, которые через излишнее возвеличение человека произвольно усилили одну из составляющих (античность), дискредитировав две остальные (христианство, варварская культура). Просвещение попыталось создать исключительно секулярный синтез, фактически без христианства и на основе античной и «варварской» культур как «прогрессивных» и он оказался достаточно хорош на этапе противостояния с уходящим традиционным обществом, но пробуксовывает в конце тысячелетия. Естественно, напрашивается мысль о том, что в современной культуре необходимо использовать все «три источника», что без «религиозных» идей и современная культура невозможна. Дело не в лежащей в ее основе идее сверхъестественного, хотя и она окончательно не опровергнута, а лишь отброшена как якобы ненужная. Это отбрасывание (цель и суть крайнего атеизма), кстати, всегда особенно заметно в переходные периоды, что великолепно показали советские историки религии на примере истории свободомыслия.

Отбрасывание «религии» хорошо при проведении политической или экономической экспансии. Религия, акцентируя внимание на таких «потусторонних» ценностях, как совесть, справедливость, любовь, явно в этом случае путается под ногами. Можно вспомнить при этом историю Римского государства, которое особенно в период империи проводило активную экономическую экспансию. Римляне по сути предложили себя как некий экономический штаб, как своеобразную маркетинговую фирму и после того, как была окончательно инициирована моноцентричная (римоцентричная) конструкция «Средиземноморья», естественно на свет появилась и политико-социальная модель империи, которая, однако, была в этой привязке отвергнута евразийским сообществом. Это и было сутью той «революции» при переходе от античности к средневековью, которую пытались описать советские историки. Империя («pax romana») была отвергнута как «тюрьма народов» и ей на смену пришел «христианский мир» («pax christiana») как общекультурная дисперсная цивилизация.

Беда и современной цивилизации в этом разрыве светского и религиозного, который наблюдался в период римского «язычества». Это кажется логически необходимым, ибо складывается светская цивилизация, но не стоит забывать, что религиозное это не только культовое и эмоциональное. В таких формах религия существует в период своего расцвета и заката. Против этих форм и выступают, как правило, «еретики» и «революционеры». Они действительно отдаляются от важных общественных проблем и даже ежедневных народных нужд. Как неплохо показано в марксистских исследованиях, такая «религия» и такая «церковь» и способствуют распространению «опиума для народа». Права и возможности низших, особенно маргинальных слоев населения максимально ограничены. Эти люди фактически «эксплуатируются», т. е. используется почти так же хищнически, как рабочий скот, они нужны лишь как примитивные исполнители. Естественно, что тяжелый труд, тяжелые условия жизни и ее самый низкий уровень порождают стремление к использованию лишь компенсаторной функции религии. Религия действительно (наряду с примитивной культурой, попсой, алкоголем и т. п.) начинает превращаться в вариант духовного наркотика, задача которого держать народ «в узде». Против такого «сползания» религии и церкви всегда активно выступали вожаки крестьянских восстаний и пролетарские предводители. Разумеется, такую опасность видят и сами деятели церкви и пытаются ее предотвратить. В нововременной литературе подобные «грехи» церкви изображены особенно ярко и критично.

И все же религия и церковь сложнее. Это институты, у которых великие заслуги перед человечеством и об этом тоже надо помнить. Еще важнее те идеи, нормы и рецепты, которые христианство предложило человечеству.

Само христианство может и не использоваться, но эти идеи все еще востребованы. Кстати, именно генетической связью религии с цивилизационной парадигмой и обусловлена так называемая пронизанность средневековой культуры религиозными представлениями и настроениями. Христианство потому и господствовало в культуре, что являлось формой общецивилизационной парадигмы и «говорило» на языке своего времени.